— Эм… А сейчас я ещё подвержен им? — спросил Гарри с опаской. Он очень не любил находится под какими бы то ни было чарами.

— Не-а, они работают только на лестнице — со второго этажа и по четвёртый. В общем, за домовика я приношу свои извинения — он у нас чудаковатый, как ты мог заметить.

Экспертом по определению чудаковатости домовиков Гарри себя не считал. Единственная встреча с домашним эльфом до этого у него проходила лишь в разгар Хеллоуина на втором курсе, да и там домовик пытался покалечить учеников, пока его не раскрыли — вряд ли это можно было назвать адекватным поведением.

«Если и есть нормальные домовые эльфы, то я пока что таких не встречал. А до тех пор предпочту считать всех их психами и, желательно, держаться от них подальше», — подумал Гарри.

— Ну… Ладно, наверное. Ничего же страшного не произошло, да? Кстати, а почему он у вас такой?

— Мне не говорят, — с обидой в голосе ответил Мелвин. — Отец лишь сказал, что Кикимер когда-то его дважды здорово выручил, и оттого стал вот таким. Собственно, именно поэтому он его и не прогоняет — позволяет жить в доме и мыслить о судьбах мира. А мне, между прочим, пришлось пить то отвратное зелье, чтобы не попадать в его ловушки! — возмутился мальчик. — Ладно, проехали, — он, видимо, понял, что его обида прозвучала слишком по-детски и поспешил сменить тему, — как тебе твоя комната?

Гарри ещё раз осмотрел помещение. Самое обычное и ничем не примечательное.

— Выглядит… Довольно уютно, — попытался он подобрать подходящие этикету слова.

— Да ладно, скука смертная, а не комната, — Мелвин усмехнулся. — Но мы можем её обустроить, если хочешь. Пойдём, покажу свою комнату и некоторые прикольные магические штуки. Хочешь?

— Да, давай, — сразу же согласился Гарри, заинтересованный магическими приблудами.

Он закатил свой чемодан под кровать и вышел из комнаты вслед за Мелвином. Им пришлось спустится по лестнице на третий этаж — именно там находилась комната мальчика — и никаких желаний погрузиться в пучины сознания у Гарри не возникло.

— Опять заколдованные лестницы, прямо как в Хогвартсе, — пробурчал Гарри еле слышно.

Однако, Мелвин его услышал:

— Что, в Хогвартсе на лестницах наложены какие-то чары?

— Да там… Ой, — Гарри закрыл ладонью рот.

«Я совсем забыл! Мелвин же поступает на первый курс! Мне категорически нельзя ему ничего говорить о школе! Мистер Блэк же предупреждал об этом ещё при первой встрече на платформе!»

— А, точно, забудь, — сказал Мелвин и потерял к сказанным Гарри словам всякий интерес. Или умело притворился, что потерял.

«Он знает, что мне запрещено с ним об этом говорить? Или Мелвин просто проявил вежливость из-за моей реакции?», — размышлял Гарри, следуя за сыном Блэков.

Вскоре они попали в комнату Мелвина. Она не шла ни в какое сравнение с комнатой Гарри: само помещение было куда больше; на стенах висели зачарованные анимированные постеры; одеяло не лежало на кровати, а парило в воздухе в нескольких дюймах над матрасом; в большом шкафу-трансформере что-то пощёлкивало, а сам он умело переставлял свои отсеки с разными вещами; лампа на потолке светила переливающимся неоновым светом и перемещалась по нему со скоростью летящего заклинания.

— Ва-а-ау! — восхищённо высказался Гарри, разглядывая столь необыкновенную комнату.

— Я всё сам здесь обустраивал, — сказал с гордостью Мелвин. — Ну, может, мама немного помогала. Но в основном я сам!

До этого Гарри был в магическом доме лишь однажды — в прошлом году, когда весь август они провели в Норе. Но там во всём здании и близко не было столько волшебных штук и примочек, что находились в одной лишь комнате Мелвина.

— Круто, да? Я просто обожаю заполучать разные зачарованные вещи, и родители меня с этим балуют. У меня есть друг, который живёт в мире маглов — представляешь, у них там ничего магического нет! Только э-лек-три-чес-тво, — произнёс Мелвин по слогам слово, которое сам Гарри прекрасно знал.

— Я сам вырос в доме маглов, — пожал он плечами, продолжая с интересом рассматривать содержимое комнаты мальчика.

Его взгляд переместился на квадратную каменную тумбу, что стояла у большого зеркала. Прямо на ней лежала газета «Ежедневного Пророка». Гарри вздрогнул, когда увидел колдофотографию его школы на титульной странице и устрашающий заголовок:

«ВОЛАН-ДЕ-МОРТ ВЕРНУЛСЯ! ПОГИБШИЕ УЧЕНИКИ ХОГВАРТСА СТАЛИ ЕГО ПЕРВЫМИ ЖЕРТВАМИ!»

— Ты… Читаешь газеты? — спросил Гарри нервно. Он не знал, как принято в семьях волшебников скрывать от детей информацию об опасностях Хогвартса. По крайней мере Джинни Уизли никаких газет читать не позволяли, да и она сама к этому не стремилась.

«Он же догадается, что что-то здесь нечисто по одному лишь этому заголовку… Или Мелвин уже знает?»

— Их читает отец, а я так — уношу, бывает, интересные экземпляры к себе, — ответил беззаботно мальчик.

Гарри показалось, что беззаботность эта была наигранной. Он хотел расспросить Мелвина поподробнее о его мыслях касательно возвращения Тёмного Лорда, но так и не решился этого сделать.

«Как с ним общаться, не затрагивая школу Хогвартс? Это очень сложно. Мне необходимо тщательно выбирать темы для разговора, чтобы не заработать себе проблем. Мистер Блэк вряд ли будет доволен, если я своим длинным языком устрою мальчику лишних проблем при поступлении».

Мелвин вновь очень чутко понял мысли Гарри и переключился на магические изобретения. Он показал ему глубокую миску из непонятного металла, которую можно было надеть на голову и она каким-то образом делала случайную причёску, что было довольно весело. Потом Мелвин мельком продемонстрировал большое человеческое ухо из какого-то пластичного материала, из которого можно было услышать различные незнакомые голоса. После Мелвин и вовсе взмахнул своей палочкой и шкаф-трансформер окружил их со всех сторон и создал импровизированную версию эдакого шалаша, в котором они смогли посидеть и познакомиться получше.

Гарри проникался симпатией к единственному сыну Блэков. Пусть он и был на два года младше его самого, но Мелвин компенсировал свой возраст довольно глубокими познаниями в магическом мире, задорным характером и доброжелательным настроем по отношению в Гарри.

«Кажется, если я найду здесь нового друга, то каникулы будут не такими уж и плохими», — решил Гарри, слушая в полуха о том, как Мелвин рассказывал о прочих магических штуках и показывал их работу.

Заселение в дом Блэков прошло успешно.

* * *

Три недели спустя.

Плохой сон разбудил мальчика спозаранку.