— Ты… ты… как? — выдохнула она, глядя на меня широко раскрытыми глазами, в которых ужас начал сменяться недоумением.

— Что «как»? — удивился я. — Бегаю, как и ты. От этого… что это вообще было?

И тут я заметил, что вокруг нас… кипит жизнь. По коридору спокойно шли студенты, переговариваясь, смеясь, кто-то нёс книги. Никто не обращал на нас внимания. Никакого панического бегства, никакого безголового рыцаря.

«Неужели кому-то не интересна наша игра?» — мелькнула у меня первая, глупая мысль. Но потом я присмотрелся. Форма на этих студентах… она была немного другой. Не та, что носят сейчас. Более старомодного покроя, с другими нашивками и символами. Такая же, как на Эле — та самая, «старого образца».

Эля, видя моё замешательство, схватила меня за руку. На этот раз её пальцы были обычными — тёплыми, живыми, без инея и ледяного ужаса.

— Пошли, — прошептала она, и в её голосе появилась решимость, сменившая прежнюю панику. — За мной. Скорее.

Не дав мне опомниться, она потащила меня за собой, лавируя среди студентов. Мы свернули в боковой коридор, затем ещё раз, и она втолкнула меня в пустой, тёмный класс, где пахло мелом и старой бумагой. Она быстро закрыла дверь за нами, прислонилась к ней спиной и выдохнула.

Я уставился на Элю, чувствуя, как реальность подо мной начинает плыть, как зыбкий песок.

— Какого чёрта происходит⁈ — вырвалось у меня, голос прозвучал резче, чем я планировал.

— Я тебя хотела спросить о том же, — её голос дрогнул. — Как ты прошел за мной? Сквозь границу?

— За тобой? Куда? Какая еще граница?

— В моё время, — она обвела рукой пустой класс. — Точнее… в цикличный месяц.

— Чего? — я только и мог выжать из себя, чувствуя, как у меня кружится голова. Время? Циклы?

Эля глубоко вдохнула, словно собираясь с силами, и отошла от двери к ближайшей парте. Она провела пальцами по пыльной поверхности, оставив чистые полосы.

— Эля! — я сделал шаг к ней. — Что происходит, блин? Кто этот рыцарь? И… мы что, правда переместились во времени? В прошлое? Так ты… из прошлого?

— Не совсем, — она медленно опустилась на стул, и в её позе читалась невероятная, многовековая усталость. — Это не прошлое в обычном смысле. Это цикличный месяц. Для меня октябрь постоянно повторяется. День за днём. Неделя за неделей. Как и для других студентов, которые тут застряли.

— Не очень понял, — честно признался я, прислонившись к стене. Мои колени вдруг стали ватными.

— Я умерла, Роберт, — сказала она тихо, глядя прямо на меня. Её глаза были огромными и печальными. — Тридцать пять лет назад. Как и двенадцать других учеников Академии Маркатис. В одну октябрьскую ночь.

Воздух в классе стал ледяным. Я замер.

— С этого момента, — прошептал я. — По порядку.

Эля кивнула, её пальцы нервно теребили край формы старого образца.

— Ты слышал легенду про октябрь в академии? Что в этом месяце особенно гуляют призраки, двери сами открываются, а по коридорам бродит что-то нехорошее?

— Ну… да, слышал. Все поголовно. Считается мрачной сказкой для первокурсников.

— Это правда. А точнее… так было не всегда. Это началось тридцать пять лет назад. Из-за… из-за глупости группы студентов. Нас было тринадцать. Мы нашли старый, запретный ритуал. Думали, это просто страшная игра, способ поднять адреналин в канун Праздника Урожая… — она замолчала, её голос сорвался. — Мы ошиблись. Мы призвали не то, что ожидали. Или… оно само воспользовалось нашей глупостью. В ту ночь все тринадцать погибли. Но смерть не стала концом. Она стала ловушкой. Теперь мы обречены повторять этот октябрь снова и снова, застрявшие между мирами. Мы — те самые «призраки октября», о которых все шепчутся. А он… Рыцарь Без Головы, Страж Порога… это то, что мы призвали. Или часть его. Он следит, чтобы цикл не нарушался. Чтобы никто не сбежал. А сегодня… — она посмотрела на меня с новым страхом, — сегодня он пришёл за тобой. Он назвал тебя «Енотом». Почему?

Я внимательно слушал, пытаясь увязать её слова со своими обрывочными знаниями. Когда она спросила про «Енота», я пожал плечами.

— Моя… особая магия связана с таким существом. Хранителем. Но я не знаю, зачем этот рыцарь пришёл за мной. Хоть убей, не понимаю.

Эля недовольно посмотрела на меня, и я спохватился.

— Извини. Не хотел обидеть неуместной идиомой.

— Ничего, — буркнула она, махнув рукой.

— Постой. А что с Громиром? Он-то тут при чём?

— Я… я случайно, — виновато опустила глаза Эля. — Я пыталась использовать его… его жизненную силу, его связь с тобой и нынешним временем, как якорь. Хотела сбежать через него. Но вышло… совсем не так.

— Мой друг из-за этого лежит в коме! Он чуть не умер!

— Да, — тихо согласилась она. — Но он придёт в норму, когда закончится этот октябрьский цикл. Он будет жить. Я… я больше не буду пытаться.

— Надеюсь, — сухо сказал я. — Ладно. А зачем этот рыцарь преследует именно тебя сейчас?

— Не только меня. Он преследует всех тринадцать. Каждого в свой день. Он… убивает нас. Точь-в-точь так же, как и тогда. Моя смерть должна свершиться тридцать первого октября. У других — раньше.

— Раньше? — переспросил я. — Но вы же вызвали его в ночь праздника, тридцать первого, верно?

— Это… — она замялась, и в её глазах мелькнула тень ещё более глубокой тайны.

В этот момент дверь в класс с скрипом распахнулась. Мы обернулись как один. На пороге стояла девушка. Высокая, с гордой осанкой, тёмные волосы убраны в строгую, но изящную причёску. Её красивое лицо искажала гримаса брезгливого негодования. Я узнал эти черты, этот пронзительный взгляд. Кейси?

— Эля! — гаркнула она грозно, окидывая нас обоих уничтожающим взглядом. — Опять нового мужика в класс тащишь? У тебя что, совести нет⁈

— Эклипс, отвали! — огрызнулась Эля, вставая между мной и дверью. — Не видишь, мы важным делом заняты?

Девушка презрительно осмотрела меня с ног до головы, задержавшись на моей современной форме «Венценосцев».

— А ты ещё кто такой? Что это за вычурный наряд?

Мозг заработал на пределе. Я выпрямился, стараясь выглядеть максимально официально.

— С первого курса. Новенький. Мы… э-э… тестируем прототип новой спортивной формы. Оцениваем удобство в полевых условиях.

— Не знаю, какую «форму» вы тут тестируете, — язвительно сказала девушка, — но судя по уединению в пустом классе, раздеваться намерены явно не для спорта. Я всё расскажу директору!

— Рассказывай, — спокойно, с вызовом парировала Эля. — Нам всё равно.

— Тебе вообще плевать на своё будущее⁈ — возмутилась Кейси.

— Да, — ледяным тоном ответила Эля, и в её