Звонок от Лианы застаёт меня на следующее утро за кофе.

— Кирилл, — говорит она усталым голосом с виноватой интонацией, — мне очень неловко, но врачи настаивают. Нужно уходить раньше, чем мы планировали. С понедельника.

Я слушаю и думаю о том, что жизнь иногда выбирает неожиданные моменты для своих поворотов.

— Лиана, всё в порядке?

— Да-да, врачи перестраховываются, — успокаивает она. — Кирилл, Анна Сергеевна справится. Я уверена в ней.

Официальное уведомление о переводе уходит в час дня. Короткое письмо, приказ приложен, всё чётко. Я подписываю и отправляю, и потом долго смотрю в окно на город.

Анна становится директором отдела.

Я думаю о том, что она заслужила это. По-честному, без всяких моих вмешательств.

К трём часам дня собираюсь и иду к ней.

Она за столом — ноутбук, несколько открытых документов, кофе в кружке с каким-то смешным слоганом. Поднимает голову, когда я вхожу. Её лицо — спокойное, закрытое, то самое профессиональное выражение, которое она носит как доспехи.

— Поздравляю, — говорю я. — Директор отдела. Заслуженно.

— Спасибо, — отвечает она.

Ровно. Вежливо. Как полагается.

— Ты хорошо справлялась всё это время. Лиана говорила, что сразу видела потенциал. Команда тебя приняла.

Она молчит. Ждёт.

— Хочу предложить отметить, — говорю я. — Ужин. Ресторан. Не обязательно сегодня, но такие вещи принято отмечать. По-деловому.

По-деловому. Я сам слышу, как это звучит. Как плохо придуманный предлог. Как слова, за которыми стоит совсем другое.

Она встаёт из-за стола. Медленно, без спешки, подходит к окну — привычным жестом, который я уже успел изучить. Она всегда идёт к окну, когда не знает, куда деть взгляд.

— Нет, — говорит она.

Я смотрю на её спину.

— Нет?

— Нет. — Она оборачивается. Смотрит на меня прямо, без уклонения. — Кирилл, я ценю твою поддержку. По-настоящему ценю. Но...

— Но?

— Не подходи ко мне, — говорит она. Тихо. Твёрдо. — Не с личными разговорами. Не с предложениями куда-то пойти. Не вот так.

Я молчу.

Жду.

— Я хочу работать. Делать это хорошо. Я хочу нормальные рабочие отношения без подтекстов и без нашей истории, которую ты тащишь в разговор. Мне нужна земля под ногами, понимаешь?

Я стою и смотрю на неё.

Все слова, которые я мог бы сказать, — они есть. Я знаю их. Знаю, что мог бы сказать про Инессу, про вчерашний разговор, про то, что теперь всё иначе. Что это не просто предлог, что это не деловой ужин, что я готов рисковать, что я люблю её, что я всегда любил.

Но она сейчас не хочет этого слышать.

— Хорошо, — говорю я наконец. — Я понял тебя.

— Спасибо.

Я иду к двери.

— Поздравляю с должностью, — говорю от порога. — Ты справишься.

Выхожу. Закрываю дверь.

Глава 17

Я делаю правильно.

Стою у окна в своём новом кабинете — директорском кабинете, надо же! — и повторяю эти слова как мантру. Я делаю правильно. Отказать Кириллу было единственным разумным решением.

У него невеста. Беременная невеста. Через два месяца свадьба. Они ждут ребёнка. А я что — должна была согласиться на ужин? На что именно? На то, чтобы сидеть напротив и делать вид, что между нами ничего не было? Или, наоборот, вспоминать?

Нет. Не надо вот этого всего. Прошлое не вернуть. И не нужно возвращать. Мы оба выросли, стали другими людьми, построили другие жизни.

То, что было когда-то, кануло в прошлое не случайно. Мы не сумели тогда, не сумеем и сейчас.

Я сажусь за стол и открываю ноутбук. Отчёты. Планы. Бюджеты на следующий квартал. Вот что мне нужно. Работа. Конкретные задачи. Цифры, которые сходятся или не сходятся, но никак не зависят от моих чувств.

А чувства... чувства я закрою обратно в те самые ящики, где они лежали все эти годы. Должна закрыть.

Дома вечером хожу по пустой квартире и думаю о том, как здесь тихо. Слишком тихо. Я включаю музыку, завариваю чай, сажусь на диван с ноутбуком. У меня есть недочитанный отчёт, но глаза скользят по строчкам, не цепляясь за смысл.

В голове крутится один и тот же разговор. «Хочу предложить отметить. Ужин. Ресторан». «Нет». А что, если бы я сказала «да»? Что было бы тогда?

Ничего. Ровно ничего. Мы бы сидели, вежливо разговаривали о работе, он бы проводил меня до машины, пожелал удачи, и всё. Потому что он порядочный человек. И потому что у него есть Инесса. Я закрываю отчёт и открываю папку с документами. Просматриваю файлы в поиске чего-то нужного и вдруг замечаю в самом низу старую папку.

«Наши фоточки». Надо же, сохранилась. Я думала, удалила всё после того развода. Видимо, пропустила эту. Или не смогла заставить себя нажать кнопку «удалить». Курсор замирает над папкой. Не стоит. Зачем мне это?

К чему ворошить прошлое, когда я только-только начала приводить настоящее в порядок? Двойной клик. Фотографии загружаются одна за другой, и я чувствую, как что-то сжимается в груди.

Я и Кирилл. Молодые, смеющиеся, счастливые. Первая фотография — я в его объятиях, мы оба смотрим в камеру и улыбаемся. Моё лицо светится от счастья, у него в глазах та самая искра, которая заставляла меня терять голову. Мы на фоне нашей убогой съёмной квартиры, но выглядим так, будто владеем всем миром. Вторая — он готовит что-то на кухне, я обнимаю его сзади, тянусь поцеловать в шею. Кто-то фотографировал — наверное, Матвей. Мы даже не смотрим в камеру, поглощённые друг другом. Третья — новогодняя ёлка, мы сидим на полу среди оберточной бумаги. Я в его свитере, который мне велик, он целует меня в висок. На лице у меня такое выражение абсолютного счастья, что даже сейчас, глядя на фотографию, я помню это чувство физически.

Какой он был красивый. Молодой, энергичный, с этой особой притягательностью человека, который уверен, что способен на всё. Растрёпанные волосы, улыбка, от которой перехватывало дыхание, руки, которые всегда находили меня в темноте.

А сейчас он ещё лучше. Мысль приходит сама собой, и я не успеваю её остановить. Сейчас у него есть всё то, чего нам не хватало тогда — деньги, статус, уверенность. Но есть и то, что было всегда — эта способность заполнять собой пространство, эта энергия, этот взгляд. Я закрываю ноутбук резко, как будто он обжёг меня. Вот именно поэтому нельзя было соглашаться на ужин. Вот именно поэтому я сказала «нет». Потому что меня к нему тянет. До сих пор тянет, несмотря ни на что. И это неправильно.

На следующее утро я прихожу