Нина Авсинова
Снова развод. Не его, не твоя
Глава 1
Я люблю утра, когда всё идёт по плану.
Кофе готов ровно в семь — крепкий, без сахара, в высокой белой кружке с надписью «Сначала кофе», которую Дмитрий подарил мне на прошлый день рождения.
Я укладываю волосы, надеваю любимое бордовое платье — то самое, приталенное, которое сидит так, словно сшито на заказ — и смотрю на себя в зеркало с тихим удовлетворением. Тридцать четыре года, и я выгляжу хорошо.
Я выгляжу уверенно. Я выгляжу как женщина, у которой всё получилось.
Потому что всё действительно получилось.
Дмитрий ещё спит — он вернулся из больницы заполночь, а через пару дней у него дежурство. Я тихонько заглядываю в спальню: он лежит на спине, одна рука закинута за голову, дышит ровно. Красивый.
Надёжный.
Мой.
Я улыбаюсь и осторожно прикрываю дверь.
Сегодня мой первый рабочий день в «Империя Медиа» — крупнейшем рекламном холдинге города. Три месяца переговоров, два тура собеседований, одно предложение, от которого я чуть не задохнулась от радости, — и вот я там.
Старший маркетолог. На эту позицию я и претендовала. Но на финальном собеседовании что-то пошло не так. Вернее, не так — это неправильное слово.
Пошло иначе. Лучше.
И я теперь заместитель директора по маркетингу отдела цифровых коммуникаций. Директор, Лиана Валентиновна, через три месяца уйдет в декрет, и мне обещали, что если всё пойдет хорошо, то я временно займу её место. О такой должности я мечтала десять лет.
Именно десять.
Я не случайно называю эту цифру — она отмеряет не только карьеру.
Она отмеряет целую жизнь, которую я построила с нуля, по кирпичику, после того как однажды ранним осенним утром подписала бумаги о разводе и вышла на улицу с ощущением, что мир закончился.
Но этого не случилось.
Я допиваю кофе, беру сумку, бросаю прощальный взгляд на нашу квартиру — светлую, уютную, с живыми цветами на подоконнике и книжными полками в пол — и выхожу навстречу своему новому утру.
* * *
Офис «Империя Медиа» занимает двенадцатый и тринадцатый этажи делового центра в самом сердце города. Стекло, металл, панорамные окна, из которых видно реку и мосты.
Меня встречает ассистент — молодая девушка по имени Света, с профессиональной улыбкой и папкой документов для подписи — и ведёт по коридорам, рассказывая о структуре компании, дресс-коде и расположении переговорных комнат.
Я слушаю, киваю, запоминаю.
— Сегодня совещание с гендиректором, а Лиана Валентиновна отпросилась срочно в поликлинику, так что вам придется идти вместо неё, как её заместителю, — говорит Света у двери с матовым стеклом. — Понимаем, что для вас это неожиданно, но зато сразу втянетесь в основные дела. Все уже собрались. И Кирилл Андреевич тоже.
— Кирилл Андреевич? — переспрашиваю я машинально. — Это кто?
— Генеральный директор, — отвечает она с лёгким удивлением, будто я спросила о чём-то очевидном. — Вы же знаете, кто ваш главный руководитель?
Я не знаю.
Откуда мне было знать и зачем? Мой непосредственный начальник — Лиана Валентиновна.
Я ни разу не видела генерального директора — зачем маркетологу встречаться с ним, тем более до первого рабочего дня?
Света нажимает на ручку двери и распахивает её передо мной.
Я делаю шаг вперёд.
И застываю.
* * *
Комната большая — длинный стол, восемь или девять человек вдоль него, ноутбуки, бумажные стаканчики с кофе, чья-то презентация на экране. Обычная переговорная, каких я видела сотни. Я должна сделать ещё один шаг, улыбнуться, представиться, занять своё место.
Но я не могу сделать этот шаг.
Потому что во главе стола сидит Кирилл. Кирилл Андреевич.
Мой Кирилл.
Тот, чьё имя я уже давно разучилась произносить вслух. Тот, с кем мы ели дошираки в съёмной квартире и клялись друг другу в вечной любви, пока за окном выл ноябрьский ветер и у нас не было денег даже на нормальное отопление. Тот, с кем мы ругались до хрипоты, до слёз, до той последней страшной тишины, которая бывает только тогда, когда говорить уже нечего. Тот, кого я похоронила в себе. Глубоко. Аккуратно. Под слоем новой жизни, новых привычек, нового счастья.
Он смотрит на меня.
Спокойно.
Слишком спокойно.
Так смотрят на человека, которого ждали.
Секунда длится вечность. Я чувствую, как что-то сжимается у меня в груди — не боль, нет, что-то другое. Что-то, у чего нет названия, или я просто давно забыла, как оно называется.
Он изменился — конечно, изменился, десять лет это десять лет. Виски чуть тронуты сединой, черты лица стали чётче, взгляд — тяжелее и спокойнее одновременно. Дорогой пиджак, безупречная осанка человека, который давно привык, что за ним наблюдают. Но руки те же. Я замечаю руки — и тут же ненавижу себя за то, что замечаю.
— Присаживайтесь, — произносит он ровным голосом, и кивает на свободное кресло. — Мы только начали.
Просто вежливое приветствие руководителя. Просто слова.
Я присаживаюсь.
Я улыбаюсь всем за столом. Отвечаю на приветствия. Называю своё имя и должность. Говорю что-то умное про стратегию и команду — слова сами собой складываются в правильные предложения, потому что я умею это делать даже на автопилоте.
А сама не слышу ничего, кроме собственного сердцебиения.
* * *
Совещание длится ровно час. Кирилл ведёт его чётко, коротко, без лишних слов. Он хороший руководитель — это видно сразу, по тому, как команда реагирует, по тому, как он формулирует задачи, по тому, как умеет слушать и давать слово другим.
Я наблюдаю за ним краем внимания и думаю о том, что двадцатипятилетний Кирилл, который не умел договариваться даже со мной, был бы удивлён этим Кириллом.
Он не смотрит на меня больше, чем на остальных.
Ровно столько же. Может быть, чуть меньше.
Когда все поднимаются, он останавливает меня коротким:
— Анна Сергеевна, на минуту.
Команда выходит. Мы остаёмся вдвоём. Я смотрю на него и жду — не знаю чего. Объяснений. Растерянности. Хоть какого-то знака, что он тоже не знает, как это всё воспринимать.
— Рад вас видеть в команде, — говорит он. — Ваше резюме впечатляющее. Думаю, мы хорошо сработаемся.
Вот и всё.
— Спасибо, — отвечаю я. — Я тоже на это рассчитываю.
Мы смотрим друг на друга три секунды — или вечность, я уже не понимаю. Потом он чуть кивает и открывает ноутбук. Разговор окончен.
Я выхожу из
