Начал копать: как увеличить число автоматов, чтобы цена минуты моего времени стала более интересной. Выявил несколько вариантов – филиалы, инвесторы или франчайзинг. Начал углубляться в эту тему, изучать. И буквально через пять дней я был уже у компании «Франчайзинг 5». Говорю: «Вот мой бизнес. Хочу франшизу. Упакуйте. Хочу по всей России продавать». А они: «Ты чем вообще занимаешься? Ничего не понятно». Объясняю: «Я сдаю кофемашины в аренду». Они: «Как так? У тебя же нет точек». А у меня и правда нет – только кофемашина и точка партнёра. Объяснил всё, показал доходность. Упаковка стоила около 400 000 рублей. Всё выстроили, просчитали и к Новому году упаковали продукт.

Когда я купил кофейные автоматы, уже тогда – как и сейчас – мне нельзя было поднимать тяжёлое по состоянию здоровья. А обслуживание автоматов требует физической нагрузки: воду таскать, кофе, упаковку. На перемещения я звал друзей. Они помогали затаскивать и вытаскивать машины, грузили в багажник, а потом снова помогали на точке. Я на каждой оставлял 30–40 литров воды, а поднимать мог только по пять литров. Так что заходил туда по восемь раз – туда-сюда с бутылью. Потом упаковку принёс, потом кофе. И так каждый раз. Надо мной, конечно, посмеивались. «Что, один раз не можешь всю воду занести?» А я отвечал: «Мне так проще. Какая тебе разница?» Это было уязвимо, но я не сдавался. Для себя решил, что так надо.

Сейчас, когда кто-то жалуется, что лень принести воду на точку, мне хочется в лицо сказать: «Ты охренел? Я восемь раз бегал по пять литров, а ты жалуешься, что машина за 50 метров и тебе тяжело?» Такие люди раздражают. Я, может, и пытаюсь переучить, но чаще понимаю – это диагноз. Люди начинают ценить, только когда жизнь их прижмёт. Иногда, чтобы понять ценность времени, нужно лицом к смерти подойти.

Я бы каждому предложил: возьми свою текущую точку в жизни, посчитай, сколько лет тебе осталось по средней продолжительности жизни в России. Раздели на недели, потом на дни. А потом ещё на два, потому что половину времени ты проспишь. Вот тогда станет ясно, как мало времени у нас действительно есть, чтобы что-то успеть сделать.

Таскал воду, обслуживал автоматы сам. Оператор у меня появился только в 2020-м или 2021 году. В 2019 году купил дом. Потому что жил на пятом этаже, таскал коробки по три-четыре килограмма с товаром по лестнице, и каждый день на это уходило полдня. Устал. Сосед как-то поделился: «Я дом купил». Я офигел: «Как? Мы же соседи, вместе в "однушке" и "двушке" живём». Он рассказал, где и за сколько. Я пришёл домой, сказал жене: «Нам нужен дом». Она: «Какой дом? У нас кредитов куча». А я: «Надо. Построим гараж, сделаем склад кофейный, таскать будет удобнее. Автоматы платят ипотеку, всё будет хорошо». Она подумала, но не запрещала. Я благодарен ей, что не подавляла мои желания. Боялась мешать, чтобы мои амбиции и стремления не заглушить. Видимо, думала: «Пусть ошибается сам». Все кредиты были на мне, ей нечего было бояться.

Я и подумал: «Ну не пойдёт – продам автоматы». Я всегда рассчитывал на такой вариант. Если кофе никому не нужен будет, окей, продам оборудование и закрою кредит. Это же актив. Пусть не недвижимость, но имущество. Хоть за полцены, но продам, хоть что-то обналичу. Это не производство латунных вилок, которые никому не нужны. А кофейные автоматы – востребованы и много где применимы. Продать можно всё, вопрос – по какой цене.

Купил дом. Упаковка тогда закончилась. Я пришёл к знакомым ребятам, которые мне раньше помогали, – Ильнар и Артур. Сказал им:

– Ребята, продавать надо. Я неуверенно себя чувствовал, не понимал, где искать клиентов.

Артур ответил:

– Что ты хочешь?

– Хочу, чтобы много машин продавали мой кофе. Много.

– Значит, тебе важны не деньги, а масштаб.

– Да.

Мы договорились, что пока на франшизе я не зарабатываю. Мне важно долгосрочно поставлять автоматы и сырьё. Я изучил маржинальность, прикинул цифры, понял: кофе – стабильнее, чем, например, автомасла. Значит, получится.

Запустили рекламу. Сидим дома, как раз коронавирус начался. Февраль. Познакомился с первым менеджером, Айнуром. Он говорит: «Всё, реклама пошла». А тут Владимир Владимирович объявляет: «Все сидим по домам». А я за городом живу. Кофемашины у меня в городе. И я думаю: «Как я к ним поеду? Что делать вообще?» Блокпосты, автоматчики кругом стоят. Я в шоке. Как в фильмах про апокалипсис. Думал, это – конец. А жить-то как? Есть хочется. В новостях объявляют: всё закрыто, работают только продуктовые магазины, аптеки и еда навынос.

Я быстро собрал свои машины. Начал звонить всем по продуктовым точкам, куда ещё не заходил. Говорю: «Давайте поставим кофе. Люди будут брать». Развёз машины по магазинам. Некоторые кафешки вообще на улицу вышли – шаурму у крыльца продавали. Кофемашина рядом стояла и движение пошло.

Сделал себе пропуски. Указал, что еду на конкретные торговые точки обеспечивать людей кофе. Понял – схема рабочая. Жизнь налаживается. Мчался мимо автоматчиков, как сайгак. Тогда я купил машину, уже не первую иномарку – Камри. Обслуживаю точки, езжу и думаю: «Ну всё, сейчас будем продавать франшизу». А мне менеджер пишет: «Стоимость рекламы выросла в три-четыре раза. Мы, мол, приостанавливаем бюджет». Думаю: «Ёшкин-матрёшкин». И так на полгода – тишина.

– Как продавались Ваши первые франшизы?

– Первая франшиза ушла 30 июля 2020 года в Калининград. Я говорю: «Вы ближе город не нашли? Где это вообще? За Европой, что ли? Как я туда машину отправлю?» Страшно. Не понимаю, что делать. А ещё говорят: «Покупатель – бывший фээсбэшник. Воду таскать не хочет. Пообщайся с ним». Я в ступоре: фээсбэшник? Думаю: «Ну всё, если сделаю что-то не так – достанет меня». Уже морально три раза умер.

Звоню. Голос такой грубый, что я теряюсь. Думаю: «Как его учить? Никаких схем, ничего нет. Все знания у меня в голове». Айнуру говорю: «Что делать?» – «Обучай. Как сам открываешь точку, так и объясняй». Я и начал рассказывать. Сказал – надо пять машин. Надо выставить счёт. А как это сделать, если у