Если вспомнить детство, я всегда работал: скотину смотрел и пас, сено убирал, таскал, привозил-увозил, зерно добывал, картошку сажал, полол, убирал, в огороде поливал и многое другое. А после четвёртого класса, когда мне было 11 лет, я пошёл работать к мужу сестры помощником комбайнёра, в колхоз, чтобы заработать денег. За всё лето мне дали 200 рублей и часы наручные на 1 сентября. Помню, председатель колхоза сам приезжал и вручал. Торжественно поздравлял всех, и это давало пример другим детям. И в принципе очень много ребят в деревне работали в колхозе: помощниками комбайнёра, на зернохранилищах и фермах.

Было время, когда я на каникулах начал ездить в город на стройку, чтобы зарабатывать и обеспечивать себя. Потому что хочется всегда большего, а у меня мама одна, я понимал, что, даже если попрошу у неё денег, она не даст. А может, и дала бы, но я не спрашивал. Больше думал о том, как самому заработать.

Мама старалась тоже держаться в тренде. У меня, наверное, практически у первого в деревне появился телефон. Не знаю, она в кредит брала или нет, главное, чтобы у сына был. Первый скоростной велосипед – в седьмом классе. Помню, в Казань мы съездили на пазике, купили, и я его обратно пять часов держал в руках. Стоил он тогда 4500 рублей, наверное, за последние деньги мамы его купили. Я всю дорогу ехал с воодушевлением, что я сейчас по полю как поеду на этом велике!

В деревне у меня пару лет мотоцикл был. Я его попросил у родственника: он в гараже валялся лет 15. Я говорю: «Дайте мне, пожалуйста, я попробую. Если он заведётся, можно, я покатаюсь?» Они сказали: «Если заведёшь, забирай». В итоге я катался потом два года на нём.

Курить я тоже научился на улице, ещё в деревне. Не знаю, в каком классе. Потом на велосипеде и на мотоцикле ездили подальше, чтобы, когда обратно ехали, сигаретный запах выветривался. Сейчас я уже восемь лет не курю и сразу чувствую курильщика. И бабушка, думаю, понимала это также про меня.

У мамы есть старший брат, а у него дочери – я их младше лет на десять. Они приезжали в гости и ходили вечером в деревенский клуб. Мы не знали, где он находится. А пацанам же такое интересно! И вот мы следили за ними, как шпионы, крались сзади. Так и познавал постепенно этот мир. Это сейчас: «Окей, Гугл, где клуб?» А тогда идёшь по болоту до основной улицы в галошах, потом надеваешь кроссовки или туфельки – и в клуб приходишь опрятный и чистый.

Вспомнить 20 лет назад: в клубах всегда было много людей, а сейчас уже нет такого, деревня умирает. А в нашем детстве она прям жила. В ней был асфальтный завод, своя пекарня, даже гостиница, своё производство. Это сейчас логистика всё разрушила: из Москвы за сутки может фура привести хлеб, а раньше ты должен был его сам производить. Я понимаю, почему заводы умирают в деревнях, потому что нет смысла держать производственные мощности.

– Расскажите про времена, когда Вы поступили в институт – как сделали выбор в пользу именно этого вуза?

– На тот момент у меня был друг, по возрасту старше меня. Он пошёл в платный юридический институт, бывший Чебоксарский государственный университет, который открыл филиал в Казани – Казанский институт предпринимательства и права (КИПП). Друг сказал, что поможет и поддержит, если что. Поэтому я решил поступать туда же. Тем более что в городе ещё жил двоюродный старший брат, который тоже был бы рядом в случае чего.

Выбрал я профессию – юриспруденция, по образованию сейчас юрист. Поступил в 2007-м, окончил в 2012-м. Это коммерческий институт, первый год мне мама помогла его оплатить. А дальше уже всё сам. Стоило обучение в то время 24 000 рублей.

Один из моих дальних родственников был очень известным адвокатом из Ижевска. Работал и судьёй. Я тогда думал: «Ну, всё отлично. Фарит абый точно меня примет к себе. Я же юрфак окончу, у меня есть наставник, который поможет, возьмёт под крыло. Значит, без работы не останусь». Тем более он сам часто приезжал в Казань. Заказов у него было – завались, и ценник совсем не детский. Он уже тогда ездил на белом большом джипе Range Rover, а все вокруг – на «девятках» да «шестёрках». Я смотрел на него, думая: «Какой успешный человек! Хочу так же». У меня в голове тогда так и сложилось: окончу институт, и пойдёт по накатанной, где всё понятно. Однако, когда я был на втором курсе, у него случился сердечный приступ, и родственник умер. Вся моя картина мира посыпалась. Я сидел с единственной мыслью: «Ёшкин-матрёшкин, а дальше-то что? На кого я теперь опираться буду?» Реально стал задумываться о том, чтобы бросить институт, потому что считал, что буду никому не нужен с этим образованием.

– И что Вы решили делать дальше?

– Я начал копать – сколько вообще зарабатывают юристы? Как живут? Что умеют? Раньше я даже не интересовался этим. Просто знал, что есть Фарит и он всё устроит. А без него – пусто. И вопрос встал остро: а юристы, вообще, как выживают?

Надо сказать, что я уже на первом курсе работал. Возле института устроился на автомойку. Ночью мыл машины, спал по два-три часа – с трёх до шести. Потом нас будили на генеральную уборку мойки. В семь-восемь утра бежал в институт, учился. Потом приходил домой. Не помню, ел я там или нет. Знаю только, что собирался – и снова на мойку. Жизнь моя в тот момент была как замкнутый круг: днём – учёба, ночью – работа. И так каждый день.

Мама тогда тоже работала. Для неё самое главное было – понимать, где я, что я делаю, чтобы всё было в порядке. А я в это время уже сам зарабатывал на проезд и еду. Маму не дёргал.

Потом устроился системным администратором в игровые автоматы. Тогда это было популярно. Я там опять трудился по ночам, а днём учился. Домой приходил – упал, поспал и снова по кругу. Это был, наверное, второй курс. И в какой-то момент я себя спросил: «А зачем я на работу хожу?» У меня тогда была чёткая картина мира. Мне почти 19 лет. Я отучился на права. Следующий шаг – машина. Поставил себе цель: заработать и купить.

И в мае,