— Ну и стрёмное место, конечно, — высказала наше общее мнение Джек, когда осмотрелась по сторонам. — И нам здесь предстоит жить целый месяц? Бр-р-р… — Девочка отвлеклась на клетку с собственной совой, проверяя её после удачного перемещения по камину.

Надо бы мне тоже завести в этом году сову. А то привык при необходимости обращаться к общедоступным школьным, а на прошлых летних каникулах Локхарт позволял нам пользоваться своими собственными крылатыми почтальонами. Теперь, вот, придётся либо просить Джек, либо ждать писем от своих друзей, совы которых смогут передать ответ.

— Надеюсь, что это какая-то ошибка. Если здесь живёт волшебник, то почему всё такое старое и грязное? — Гермиона не удержалась и начала колдовать парочку очищающих чар.

— И, что самое главное, где этот самый Фергюсон… — ответил я.

Лили Мун тем временем прошлась по всему первому этажу, парочка комнат на котором были закрыты. Она лишь подёргала ручки и, не добившись результата, вернулась к нам.

А потом старая дверь одной из комнат стала с противным скрипом отворяться.

— Кто-о ко мне-е пожа-аловал? — произнёс гнусавый старческий голос.

Мы со страхом переглянулись:

— С-студенты Хогвартса, прибыли на летние каникулы, — ответил я за всех из гостиной.

Девочки придвинулись поближе ко мне и стали выжидающе глядеть в тёмный проход коридора. Из-за открывшейся двери послышались медлительные шаги, совмещённые с периодическим постукиванием дерева о дерево.

Спустя некоторое время невысокая сутулая фигура покинула комнату и оказалась в проходе. В руках у неё был то ли посох, то ли трость, на которую та опиралась.

Это оказалась бабка. Маленькая, сутулая и очень старая. Кожа на её руках и лице была дряхлой и ссохшейся, глаза оказались глубоко посажены за морщинами и складками, а нос виднелся настолько сухим и облупившимся, что, казалось, был готов вот-вот отвалиться.

Одета же бабка была в замшелую мантию грязно-серого цвета. Того самого, который был буквально везде в этом древнем неухоженном доме.

— Студенты, зна-ачит, — старуха медленно приближалась к нашей пятёрке. — Ах-х, да. Подопечные… — проскрежетала она последнее слово, и зашла в гостиную.

— Всё верно, миссис?..

— Фергюсон, вы что — забыли, чей дом называли? — бабка противно усмехнулась, продемонстрировав нам свои немногочисленные гнилые зубы, прикус которых не исправили бы даже самые лучшие зачарованные брекеты. — Да ещё и все-е полы-ы уже успели испачкать свои-им прихо-одом, — она скривилась.

Гермиона уже хотела было возмутиться столь несправедливым ложным обвинениям, но я успел вовремя её одёрнуть.

— Простите, миссис Фергюсон, мы сейчас всё уберём, — ответил я покладисто. Спорить с такими вредными старухами было бесполезно.

— Как тебя зовут, мальчик? — она подошла поближе, а мне в нос ударил кислый запах мочи и плесени.

— Кайл Голден, миссис Фергюсон, — сказал я, стойко выдерживая столь противную вонь.

Стараясь не думать об амбре от старухи, я пришёл к забавной мысли, что эта Фергюсон сама отправляла нам письма, а значит и имя моё знала, так как я был единственным мальчиком в нашем прибывшем коллективе. Попеняла на мою забывчивость, а сама-то…

— Голден… Не Голдштейн? Хм… Не припомню такой фамилии в среде волшебников.

— Я маглорождённый, — напомнил я старухе.

— Ах-х, да, — махнула она рукой, скривившись и потеряв ко мне всякий интерес.

Миссис Фергюсон ещё немного попридиралась ко всему: к нашему виду, к запоздалому прибытию, к ответам — дерзким, в случае с Джек, или скудным, касаемо Лили Мун. И все её претензии были точь-в-точь обычным старческим трёпом, что был напрочь лишён хоть каких-то справедливых укоров.

— Мой внук не смог вас забрать из-за его важной работы. Поэ-этому вы будете под моим присмотром, пока он не освободится. В доме не хулиганить и не шуме-еть. А сейчас идите, располагайтесь в своей комнате, — старуха села на диван и посмотрела в окно. — И ещё: приготовьте мне чаю!

— А где именно наша комната? — пискнула Софи.

— Вон там, сами разберётесь, — указала старуха дряхлой рукой в сторону крутой лестницы, что вела на чердак. — Я туда не полезу — годы не те, да…

— Миссис Фергюсон, подскажите пожалуйста — где находится уборная? — взяла слово Гермиона, что умело скрывала своё крайнее недовольство за вежливостью.

— Сортир на улице, где же ещё… Там он всего один, не ошибётесь.

Таща свои вещи, мы с девочками забирались на верхний этаж, что и правда оказался дрянным чердаком, который, судя по абсолютному отсутствию хоть какого-то убранства, не видел людей уже как минимум два десятилетия.

— Как тут вообще можно жить?! — возмутилась Джек. — Да голый пол в спальнях Хогвартса и то был более комфортным, чем эта, эта… — не находилась она со словами.

— Затхлая клоака?

— Я хотела сказать более грубо, но да, Кайл, твоё определение тоже подходит. Посмотрите, там целое гнездо пауков!

— И как мы будем жить здесь все пятеро?.. — спросила тихо Софи. После её слов большинство девочек смущённо посмотрели на меня.

Точно… Девочки явно стеснялись делить со мной одну комнату. Возраст уже был подходящим, чтобы пубертат начал вносить свои изменения во взаимоотношения между полами, да…

— Если тебе, Софи, что-то не нравится, то скажи об этом миссис Фергюсон, — взяла после неудобной паузы слово Гермиона. — А насчёт грязи, пыли и всего остального мы сможем позаботиться и сами — волшебники мы, или кто?

Хм, заряд оптимизма от Гермионы удивлял. Чего это она так заактивничала, если буквально только что наравне с остальными возмущалась и домом, и словами старухи?

Однако, мою подругу все послушались, после чего мы стали приводить наше новое место жительства в относительный и максимально возможный порядок.

Что же, Гарри Поттеру довелось пожить в чулане. Видимо, настал и наш черёд, но уже на чердаке.

Недовольный крик миссис Фергюсон прервал наши старания. Точно, чай…

Всеобщим голосованием была выбрана Софи, которая недовольно помчалась ублажать хотелки старухи. Вскоре мы услышали её громкий писк — как оказалось в дальнейшем, бабка очень любила подгонять нерасторопных постояльцев её дома жалящими заклинаниями, которые она колдовала прямиком из своей палки, при помощи которой перемещалась.

Всё-таки странной была эта старуха — колдовать умела, а жила в полном сраче и запустении.

Дом был из разряда магических — здесь отсутствовала как электрическая проводка, так и водопровод. И конечно же я, как единственный представитель мужского пола в доме, пошёл за водой к колодцу. Миссис Фергюсон утверждала, что вода, созданная заклинанием «Агуаменти» непригодна для использования, так что пришлось её послушаться и обязаться таскать воду по-магловски. Но до чего же странное утверждение про воду из заклинания, ни разу до этого не слышал ничего