Мы видели пагрэ ослабленным, лишенным ориентира, полусонным, потому, возможно, не понимаем, с чем мы имеем дело. У каждого из нас есть сверхспособности, и, как мы полагаем, они от того, что наши гены подвергли изменению, сделав их подобными генам пагрэ. То есть наши сверхспособности – от них. Понимаете?

Лично я поняла, и мне опять стало страшно. Я прижалась к Фредди, словно пытаясь спрятаться за него.

– Если сверхспособности есть у нас, то у них они тоже есть! – сказала Куинни. – И то, что мы видели – далеко не все, на что они способны. Представьте себе, что нас нет. Представьте себе, что Земля осталась один на один с этими Тварями. Удастся ли ей выжить?

– Нет, – тихо сказала я, и то же сказали Дарья, Льдинка, Призрак, Джинн…

– Мне кажется, – сказала Куинни, – но я не могу это доказать, что нас готовили как погонщиков для Тварей. Они знают, что мы можем с ними справиться, и рассчитывают на нас.

Неожиданно она резко согнула локоть, приложив к нему с внутренней стороны предплечье другой руки, и сказала зло:

– Neanche'cazza! Они готовили нас как загонщиков, а мы выступим как те, кто сможет их остановить. И к этому мы должны готовиться.

– Кажется, мы что-то упускаем, – сказал Джинн. – Нет, в целом я согласен с Куинни, но все равно…

– К нам гости, – сообщил Талисман, вскочив на стол, за которым мы сидели. – Откроете?

– А кто там? – спросила я.

– Леди Н., – ответил котенок. – Но какая-то странная.

Джинн

Открывать пошли мы с Призраком. Остальные ребята притихли и ждали.

Откровенно говоря, я не понимал. Дверь блока была открыта для любого участника цепочки и для любого из Кураторов. Раньше за Леди Н. такой щепетильности давно не наблюдалось. Она, как правило, предупреждала и входила, исключения можно было пересчитать по пальцам, а с тех пор, как у нас появились изолированные каюты, их вообще не было.

Мы открыли дверь. На пороге стояла Надин, и я сразу понял, почему Талисман назвал ее странной. Вот только что в ней странного, я не мог сказать. Какая-то она была… необычная.

Впрочем, все прояснилось почти сразу.

– Можно войти? – спросила Надин.

– Che cazza, а мы можем вам запретить? – ответил Джинн.

– Вы наш Куратор, – сказал я. – Конечно, вы всегда можете к нам зайти.

Надин улыбнулась, и ее улыбка показалась мне смущенной и какой-то неуверенной.

– Вы меня не за того принимаете, – сказала она. – Хотя ваша ошибка понятна. Простите, я не подумала…

– О чем? – удивился Призрак.

– За кого мы вас принимаем? – удивился я.

– Я выгляжу как Леди Н., – сказала Надин. – Но я не она. Леди Н. сейчас у себя с Бракиэлем. А я решила пойти к вам.

– Проходите, – спохватился я. – Не на пороге же разговаривать…

– Спасибо, – сказала Надин, проходя по коридору, – вы правы, лучше представиться сразу всем. Хотя я полагала, что вы меня узнаете.

– Cazzarolla, мы вас узнали, – буркнул Призрак. – Но, как оказалось, неправильно. Так кто же вы?

– Мы с вами летали на шаттле, – сказала Надин, в нерешительности встав у входа. – Мое имя Норма.

– Incazzinato, – сказал Призрак. Это было какое-то новое слово из его лексикона, я его не знал и не был уверен, что хочу знать, что оно означает.

– Норма? – удивилась Льдинка. – Вы сестра Не… Леди Н.?

– Я бы хотела, чтобы это было так, – сказала Норма, опустив глаза. – И сама Леди Н. говорит, что хотела бы видеть меня своей сестрой. Конечно, это странно, ведь она сверхчеловек, а я…

– Норма – андроид, – сообщил Фредди.

– Вы не похожи на андроида, – сказала Льдинка. – Вообще, мне кажется, что вы просто меня дурачите… но…

– Поверьте, я не дурачу вас, – сказала Норма. – У меня тело Надин, она одолжила мне одно из своих…

– Что?! – воскликнул я, и, по-моему, не один я.

– Как это «одно из своих»? – вытаращился на Норму Призрак. – У нее что, их несколько?

– Шесть, насколько я знаю, – сказала Норма. – Было семь, одно она отдала мне.

– Так, – сказал я. – Стоп. Норма, присядьте, пожалуйста. Хотите чаю или кофе?

– Нет, спасибо, – ответила Норма. – Я не имею нужды в пище и питье сейчас.

– Точно андроид, – тихонько сказал Призрак. Я кивнул.

– Мы бы хотели расспросить вас немного, – сказал я. – Вы не возражаете?

Интелект андроида имеет накрепко прошитые протоколы. Основываются они на трех законах Азимова. Повреждение любого из этих протоколов ведет к распаду личности андроида вплоть до простейших рефлексов. Потому человек может не бояться восстания машин – хотя ходят слухи о том, что разум андроида можно хакнуть. Бр-р-р…

Но с обычными андроидами просто – при протокольной форме обращения они обязаны подчиниться. Я применил протокольную форму, одну из.

– Я к вашим услугам. – Норма присела, машинально поправив юбку. – Что бы вы хотели узнать?

– Что за запасные тела? – нетерпеливо спросил Призрак.

– Возле медлаба есть отсек, именуемый «гардеробной», – ответила Норма. – Там у каждого Куратора имеется по семь запасных тел. В случае критического поражения носимого тела сознание Куратора посредством симпатической связи переносится в одно из этих тел. По занятии тела начинается производство следующего, чтобы количество запасных тел не снижалось. Производство тела занимает три с половиной недели…

– Спасибо, – сказал я. Норма замолчала, мы с ребятами переглянулись.

– Лорд? – спросил Фредди. Я кивнул и спросил:

– Норма, могу я уточнить? – Она кивнула. – Когда ты сказала «каждого из Кураторов», ты имела в виду всех, включая Лорда?

– Да, – ответила она.

– То есть Лорд мог выжить? – предположила Льдинка. Норма ответила, хоть вопрос был адресован не ей конкретно:

– Нет. В гардеробной присутствуют все тела Лорда, и последнее поступление его клон-тела было довольно давно. Я немного осмотрелась, пока ждала Надин. Чаще всего тела теряет Барака, а Лорд с Апистией сменили тела лишь по разу за все время.

– А Николь? – спросил Микеле и, видя недоуменный взгляд Нормы, пояснил: – В смысле, Леди Н.

– Чуть реже, чем Барака, – ответила Норма. – Последний раз она переоделась еще до того, как я перевелась в Проект, как раз накануне этого.

– Выходит, она тоже пострадала, – сказала Дарья.

– Лорд об этом говорил, – сказал я. – Но сам факт интересный.

– По моему опыту, – сказала Норма, – процесс переноса не