— Сергей, проверьте ещё раз время отправки этого письма.

Он тыкает в клавиши, хмурится:

— Всё правильно. 15:43.

— А где находилась Анна Сергеевна в это время?

— Ну... не знаю. На рабочем месте, наверное.

— Неправда. В это время она была на планёрке. С нами. Я это точно помню.

Сергей бледнеет:

— Возможно, письмо было поставлено в очередь заранее... или отложенная отправка...

Ерунда. Я изучаю остальные документы ещё внимательнее. И нахожу ещё одну нестыковку. Потом ещё одну.

IP-адрес, с которого отправлялись письма, не совпадает с рабочим местом Анны. Два письма отправлены в те дни, когда она точно не работала. А одно — в тот день, когда она отпрашивалась на пару часов по личным вопросам.

— Сергей, — говорю я жёстко, — кто ещё имел доступ к системе под учётной записью Анны?

— Никто! То есть... технически... ну, администраторы системы, конечно, но мы бы никогда...

— Кто конкретно из администраторов?

Он называет несколько имён. Среди них один знакомый — Дмитрий Козлов, младший IT-специалист. Я его помню, потому что он несколько месяцев назад просил повышения и прибавки к зарплате. Получил отказ — должность не предполагала такого уровня.

Интересно.

Вызываю Козлова к себе. Молодой парень, лет двадцати пяти, нервный, явно чем-то обеспокоенный.

— Дмитрий, расскажите мне про доступы к системе. Кто может войти под чужой учётной записью?

— Никто! — отвечает он слишком быстро. — То есть, теоретически администраторы могут, но это же нарушение всех правил...

— А вы нарушали?

Он бледнеет ещё сильнее:

— Нет! Конечно, нет!

— Дмитрий, я знаю, что вы врёте. Лучше расскажите правду сами.

Долгая пауза. Потом он ломается:

— Мне... мне заплатили. Сказали, что это просто розыгрыш, что никого не накажут.

— Кто заплатил?

— Женщина. Красивая. Долларами платила. Сказала, что нужно отправить несколько писем с чужого компьютера и скопировать документы. Обещала, что никого не уволят, что это просто... ну, разыграть хотели.

Мир вокруг меня становится красным. Женщина. Красивая. Доллары.

— Как она выглядела?

— Блондинка. Высокая. Очень элегантная. Дорого одета.

Инесса.

Я отпускаю Козлова, сажусь в кресло и пытаюсь успокоиться. В голове стучит одна мысль: Инесса. Она подставила Анну. Подкупила IT-специалиста, подделала доказательства, заставила Алексея оговорить Анну.

Все кусочки складываются в картину. Алексей всегда был амбициозным, всегда хотел расширить свои полномочия. За хорошую плату он мог согласиться на что угодно. Марина из кадров тоже не святая — я помню несколько эпизодов, когда она скрывала нарушения некоторых сотрудников. Наверняка за деньги.

А главное — мотив. Инесса ревновала к Анне. Видела, как я смотрю на неё, чувствовала угрозу. И решила убрать соперницу.

Беру телефон, набираю номер Инессы. Не отвечает. Ещё раз. Тот же результат.

Еду к ней домой.

Она дома, открывает дверь сама. Выглядит спокойной, даже довольной. Улыбается, как будто ничего не произошло.

— Кирилл! Какой сюрприз! Заходи.

Захожу, прохожу в гостиную. Она идёт следом, садится на диван, грациозно закидывает ногу на ногу.

— Чай? Кофе? У меня есть твой любимый...

— Инесса, — говорю я тихо, — ты подставила Анну.

Улыбка не сходит с её лица:

— О чём ты говоришь? Какую Анну?

— Ты подкупила IT-специалиста. Подделала доказательства. Заставила Алексея оговорить её.

Теперь улыбка становится шире:

— Докажи.

Одно слово, сказанное с такой холодной уверенностью, что у меня мурашки по коже.

— Зачем ты это сделала?

Инесса встаёт, подходит к окну. Стоит спиной ко мне и молчит минуту. Потом поворачивается:

— Потому что я тебя люблю. А ты бросил меня из-за неё.

— Ты разрушила жизнь невинному человеку!

— Невинному? — Инесса смеётся. — Ты уверен?

Она подходит ближе, и я вижу в её глазах что-то страшное. Не ревность — одержимость.

— Я потратила на тебя столько времени, — продолжает она. — Я всегда старалась для тебя. Элегантная, успешная, идеальная пара для генерального директора. А потом появляется эта... эта твоя бывшая жена, и ты готов всё бросить ради неё! Кстати, имей ввиду, ей было сказано, что это ты приказал ее уволить.

— Инесса, ты больна.

— Больна? — Она смеётся истерически. — Я влюблена! Я сделала то, что должна была сделать любая женщина на моём месте. Убрала конкурентку.

Я смотрю на неё и понимаю: передо мной чужой человек. Тот, кого я никогда не знал по-настоящему. Красивая, холодная, готовая на всё ради достижения цели.

— Где гарантия, что ты завтра не подставишь кого-то ещё? Или меня самого, если я тебе надоем?

Инесса пожимает плечами:

— Не надоедай. Люби меня так, как я заслуживаю. И проблем не будет.

Я иду к двери.

— Кирилл! — кричит она мне вслед. — Ты же понимаешь, что она тебя теперь возненавидит? Ты же понимаешь, что я выиграла?

Не оборачиваюсь. Выхожу, захлопываю дверь.

Сажусь в машину и понимаю: Инесса права в одном. Анна меня теперь ненавидит. Она думает, что я поверил в её виновность, не дал ей объясниться, назвал предателем.

Глава 24

Еду на работу и думаю о том, что нужно делать дальше. В голове ясность — холодная, жёсткая ясность человека, который понял, что его предали.

Всех причастных — уволить. Немедленно. Алексей, Марина из кадров, этот Козлов из IT — все вон из компании. Предатели мне не нужны, неважно, за какие деньги они продались.

А вообще надо обратиться в полицию. Пусть им неповадно будет. Никак не думал, что Инесса так легко организует всё это. Подкупит кого надо, заставит оговорить невинного человека. Страшно подумать, на что ещё она способна.

Хотя, если посмотреть с другой стороны, хорошо, что эта ситуация показала, какие гнилые люди рядом со мной работают. Теперь я знаю, кому нельзя доверять. В компании должны остаться только честные сотрудники.

Но что делать с Анной? Вот это главный вопрос.

Она меня избегает. Телефон заблокировала, дверь не открывает.

А может она с Андреем? Ведь он тогда говорил мне, что они вместе, что она его девушка! Может быть, она переспала со мной и пожалела об этом? Решила, что это была ошибка, и вернулась к нему?

Но тогда странно получается. В загородном доме, когда Андрей пришёл на террасу и застал нас после поцелуя... она же не побежала к нему. Наоборот — ушла с базы вообще, даже не попрощавшись ни с кем. Если бы между ними что-то было, она бы осталась с ним, правда?

Или