Хочется врезать ему, но сдерживаюсь. Он же не виноват в том, что я довёл ситуацию до такого состояния.

Андрей выходит из машины, проверяет время на часах. Выглядит серьёзно, по-деловому. Заходит в подъезд.

Через несколько минут из подъезда выходят они оба. Анна в джинсах и куртке, с небольшим чемоданом и сумкой через плечо. Выглядит усталой, грустной. Волосы собраны в хвост, на лице почти нет макияжа, но она всё равно красивая. Моя красивая, грустная Анна.

Андрей берёт у неё чемодан, аккуратно укладывает в багажник своего «БМВ». Движения у него заботливые, осторожные — как будто она хрупкая и может разбиться.

Они обнимаются. Долго, крепко.

У меня всё сжимается внутри. Так может, всё таки, они вместе?

— Ну что, выходишь? — спрашивает Матвей. — Драка будет?

— Погоди, давай проследим за ними.

Андрей помогает Анне сесть в машину, сам устраивается за рулём. Заводит мотор. Я вижу, как он что-то говорит ей, как она кивает. Наверное, уточняет, всё ли взяла, не забыла ли чего.

— Поехали, — говорю я.

Матвей заводит «Мазду», и мы трогаемся следом за «БМВ» Андрея. Держимся на почтительном расстоянии — достаточном, чтобы не потерять их, но и не привлечь внимания.

— Знаешь, братец, — говорит Матвей, умело лавируя в потоке, — а ведь это романтично. Погоня за любимой женщиной, которая уезжает из города. Прямо как в кино.

— Романтично будет, если я её верну, — мрачно отвечаю я.

Машина Андрея поворачивает на проспект, ведущий к вокзалам. Значит, поезд. Или автобус. В любом случае, у меня есть шанс перехватить её до отправления.

— А план-то какой? — интересуется Матвей. — Выскочить из кустов с криком «Стой! Не уезжай!»? Или будем действовать более тонко?

— Посмотрим, что получится, — говорю я, не отрывая взгляда от чёрного «БМВ» впереди.

Сердце колотится, как в юности.

Сегодня всё решится.

Глава 25

Машина Андрея поворачивает к железнодорожному вокзалу, и я чувствую, как в груди всё сжимается.

Поезд. Значит, она действительно уезжает из города. Уезжает от меня, не дав даже шанса объясниться.

Андрей паркуется у входа в здание вокзала. Я вижу, как он выходит из машины, обходит её, открывает дверцу для Анны. Джентльмен, чёрт возьми. Помогает ей выйти, достаёт чемодан из багажника, берёт её сумку. Они идут к зданию вокзала рядом, и в каждом его движении читается забота, внимание.

— Матвей, припаркуйся где-нибудь, — говорю я, не отводя взгляда от них. — Я пойду за ними.

— Кир, может, не стоит? — осторожно говорит брат. — Видишь же, как он с ней. Может, они действительно...

— Нет, — обрываю я его. — Я должен выяснить.

Выхожу из машины, иду следом за ними в здание. Вокзал полон людей — кто-то торопится к поездам, кто-то провожает родных, кто-то ждёт. Обычная суета, но для меня сейчас существуют только две фигуры впереди.

На платформе они останавливаются у длинного состава. Поезд уже стоит, но до посадки ещё время — табло показывает, что до отправления больше получаса. Они приехали заранее, видимо, Андрей хотел побыть с ней подольше.

Я становлюсь в стороне, за колонной, откуда их хорошо видно, но они меня не замечают. Сердце колотится так сильно, что мне кажется, его слышно на всю платформу.

Анна выглядит усталой, растерянной. Она стоит рядом с Андреем, но немного отстранённо, будто её мысли где-то далеко. Он что-то говорит ей, наклонившись ближе, и я вижу, как она кивает, отвечает.

Они разговаривают ещё несколько минут. Я напрягаю слух, но с такого расстояния слов не разобрать, только интонации. Его голос звучит заботливо, успокаивающе. Её — тихо, немного печально.

И тут он обнимает её.

Снова.

Крепко прижимает к себе, гладит по волосам. И на этот раз объятие длится слишком долго. Слишком интимно. Я вижу, как она прижимается к нему, как закрывает глаза, как её плечи слегка вздрагивают — то ли от холода, то ли от эмоций.

Всё. Терпение лопается.

Я выхожу из-за колонны и иду прямо к ним. Быстро, решительно, не давая себе времени передумать. Люди на платформе расступаются перед моей решимостью.

Они замечают меня, только когда я подхожу совсем близко. Анна отстраняется от Андрея, поворачивается — и застывает. На её лице такое выражение, как будто она увидела призрак.

— Кирилл? — шепчет она.

Андрей тоже поворачивается. Его лицо мгновенно темнеет.

— Так вот почему ты не берёшь от меня трубку? — говорю я, глядя на Анну, но чувствуя, как злость поднимается волной. — Не пускаешь домой! Не разговариваешь со мной! Всё дело в нём?

Я перевожу взгляд на Андрея, и в голосе появляется жёсткость:

— Если ты выбрала его, могла бы сказать прямо!

Анна моргает, как будто пытается прийти в себя от шока. Потом в её глазах вспыхивает злость:

— Что ты здесь делаешь? Хватит нести чушь!

— Разговаривай нормально с Аней! — вмешивается Андрей, делая шаг вперёд.

Я разворачиваюсь к нему всем корпусом:

— А ты кто такой, мне указывать?

— Кирилл, хватит! — Анна видит, что обстановка накаляется, и поворачивается к Андрею. — Андрей, спасибо тебе большое за всё! Ты же опоздаешь, поезжай. Я сама разберусь.

Андрей смотрит на меня с нескрываемым гневом:

— Ты уверена?

Анна оборачивается, бросает на меня быстрый взгляд — холодный, отстранённый:

— Конечно. Тем более нам особо не о чём разговаривать.

Эти слова бьют меня больно, но Андрей слышит в них то, что нужно. Он ещё раз смотрит на меня — взглядом, полным предупреждения — и уходит. Я провожаю его глазами, пока он не скрывается в толпе.

Мы остаёмся вдвоём. Стоим и смотрим друг на друга. В её глазах злость, в моих — отчаяние, которое я пытаюсь скрыть за напускной уверенностью.

Вокруг нас шумит вокзал, объявляют поезда, люди торопятся со своими чемоданами и сумками. А мы стоим в эпицентре этой суеты как два полюса, между которыми искрит невидимое электричество.

— Зачем ты приехал? — спрашивает она тихо.

Я смотрю в её глаза — такие знакомые, такие родные, такие сердитые сейчас — и понимаю, что всё, что я планировал сказать, улетучилось из головы.

— Сначала скажи, давно ли ты встречаешься с этим... с этим... с ним! — выпаливаю я.

Она не отвечает. Просто смотрит на меня молча, и в этом молчании больше холода, чем в зимнем ветру.

Я замечаю, что люди на платформе начинают на нас посматривать. Наша сцена привлекает внимание.

Вдруг из динамиков раздаётся объявление о посадке на поезд.

Анна наклоняется, чтобы взять свой чемодан. Я опережаю её, перехватываю ручку.

— Я сам, — говорю