— Что случилось? — рыкает он обалдело. Защищая, обнимает меня за плечи. И тут же напрягается, заметив перекошенного Игоря Петровича. Тот выбегает следом. Никого и ничего не видит, но несется прямо на меня

— Сука! Сука! — верещит он, морщась Хромая, направляется ко мне и замирает, увидев Антона.

— Ну, понятно, — выдыхает яростно младший Лютов. — Ты отстранен, — указывает пальцем на Логинова. Затем переводит тяжелый взгляд на Варвару. — Ты тоже. Вниз спускайтесь. Сейчас брат с вами разбираться будет, — велит спокойно и даже лениво.

А потом выглядывает за дверь и зовет парней из охраны.

— Дима, Артем, поднимайтесь сюда. Какого там расселись?

— Но я… Она сама спровоцировала, — лепечет бледный доктор, а Варвара кивает.

— Сомневаюсь, — усмехается устало Антон. — Но камеры покажут, кто где срал, господа, — добавляет с издевкой.

— Камеры? — в ужасе выдыхает Варвара, а доктор лишь посылает ей предостерегающий взгляд.

Дескать, молчи!

Только я молчать не собираюсь!

— Лида, вернись к Стефании, — просит меня Антон. Легонько касается моего плеча. Жест вроде бы дружеский. Но меня сейчас лучше не трогать. В душе все переворачивается до дрожи. Самой себе кажусь грязной и совершенно беспомощной.

— А вы, господа беспредельщики, двигайте в ординаторскую, — оглядывается по сторонам младший Лютов. Звонит кому-то. Наверное, старшему брату.

Но, видимо, звонок переключается на среднего.

— Кхмм… Яша… Юре не могу дозвониться, бл… Ты можешь к Стефании подойти? Да, срочно, — отдает он приказания, а сам подталкивает меня к комнате больной.

— А я к тебе шел, — улыбается, подмигивая. — Хотел, пока Мыша спит, пригласить тебя погулять. Кстати, почему она все время спит? Раньше вроде сонливостью не страдала, — зачесывает назад длинные русые волосы.

Антон среди братьев Лютовых — красавчик. Широкие плечи, правильные черты лица, задумчивый взгляд и волосы, которым бы позавидовала любая женщина.

Но меня его красота оставляет равнодушной. Да и не за этим я здесь, чтобы на мужчин заглядываться.

— Доктор Логинов прописал ей транквилизаторы в повышенной дозе. Я возражала. Но я же не специалист… Он меня не послушал.

— Ну, ясно, — морщит нос Антошка. — Братан приехал. Разберется. Когда это началось?

— Сегодня с утра, — лепечу, как двоечница. — Я Юрию Дмитриевичу написала, что жду его. Хотела лично доложить…

— Да он в отрыв пошел, — мотает головой Антон. — Теперь через неделю выйдет из спальни. Синим и уставшим, — фыркает негодующе.

«Значит, будет пить и трахаться со своей размалеванной куклой», — закипает у меня в душе. Но я сразу же гашу порыв негодования.

Кто ты ему?

Прислуга.

Вот и помалкивай.

Невдалеке хлопает дверь, слышатся голоса.

— Побудь с Мышей, — лишь на секунду сжимает мою руку Антон. Быстро идет навстречу брату. И сталкивается в дверях с Юрой.

— Что тут у вас? — спрашивает тот хрипло. — Стеха как, Лида? — переводит на меня тяжелый взгляд.

— Лепила к ней домогался, — в упор смотрит на него Антон, загораживает меня от брата.

— К кому? К Лиде? — уточняет мрачно старший Лютов. Грозный большой мужик. Совершенно не похожий на того, в камере. Расслабленного и добродушного.

— Да, — кивает Антошка. — Лидка ему по яйцам треснула и сбежала. А тут я…

— Данные с камер наблюдения давай, — Юра устало садится на приставленный к кровати Стефании табурет. Берет за руку дочь, а сам давит меня темным взглядом. — Как вы тут, Лида? — спрашивает хрипло.

А мне кажется, он сейчас меня сожрет.

Просто проглотит и костей не выплюнет.

Глава 23

Позвать с собой Таню, поселить ее в моем доме… О чем я думал? И Яшка предупреждал. Все равно, как идиот, срываюсь к Лиде. Стоило только ее маляву наивную прочитать, как сразу подорвался. Как танк попер. Остановил бы кто, челюсть сломал.

— Котик, ты куда? — изумленно воркует Таня.

— Дела, — с трудом удостаиваю ее ответом. — Отдыхай, — бросаю на ходу и, петляя по коридорам, спешу в крыло, где разбит мини-госпиталь на одного больного.

Натыкаюсь на Тоху, потом перевожу взгляд на Лиду. И меня подрывает. Просил же брата!

Но тот уже докладывает спокойно и четко. И получается, вовремя поспел. Иначе… Даже представить боюсь.

— Как ты, малыш? — усевшись рядом с дочерью, беру в руки худую ладошку. Стефания спит. Дышит ровно. На щеках слабое подобие румянца. На лбу испарина. — Лида, — оборачиваюсь к сиделке. — Проверь…

— Температуры нет. Это от дозы, — мотает она головой и чуть не плачет. — Может, вывести эту дрянь из организма?

— Сейчас, — тяжело поднимаюсь на ноги. Звоню сначала Михайлову, своему начбезу, а потом Басаргину. — Лида, лист назначений дай, — приказываю, пока идут гудки.

Девчонка срывается с места, а я, как баран на веревочке, следую за ней.

— По камерам наблюдения что? — рычу на брата. Знаю, что он не виноват. Наоборот, вовремя вмешался. Я его благодарить должен. Но душу давит от черной ревности.

Я же просил к Лиде не приближаться. Выходит, Антоша пустил по звезде мои указания. Пренебрег. Сам себе начальник… Ну да. Ну да.

Распоясались тут. Два года, видать, не прошли даром. Только я гайки закручу.

— Да, Юра? Ты как? — слышится в трубке баритон Басаргина. — Хотел тебе звонить, братан…

— Я дома. Подъехать сможешь? — бубню еле слышно. А сам вспоминаю наши кричалки.

«Миша, выходи!»

«А Юра выйдет?»

«Саня, домой!»

Хорошее было время. Самое главное, казалось, что все впереди. Небо было большим, планы грандиозными… Поступить в летное. Жениться на однокласснице Свете. Жизнь была простой и понятной. Кто свой, кто чужой. И ясно было, кто победит. Мы, конечно! А теперь…

Все сложно, бл. дь.

Там у меня в спальне лежит готовая ко всему телка. Профессионалка, мать вашу. А я хочу скромную наивную Лиду, сиделку моей дочери. До мозга костей хочу. Понимаю, что нельзя. Но ничего не могу с собой поделать.

— У меня опять проблемы, брат, — бурчу нехотя.

Хотел же как лучше. А получилось… Опять какиех-то криминальные разборки, бл. дь. Как и вся жизнь моя.

— Что-то с Лидой? — спонтанно выдыхает Миха.

А мне и смешно, и больно. Еще один жених выискался!

— Нет, Лиду уберегли, — захожу в ординаторскую, где, привязанные к стульям, сидят доктор и сиделка.

— Вы одурели, твою мать? — зыркаю на охрану. — Еще бы к батарее пристегнули…

— Так Антон Дмитриевич…

Перевожу недоуменный взгляд на брата, а тот просто пожимает плечами. Компьютерный гений наш. Кнопка «резет» тут явно не предусмотрена.

— Юра, — бычится в трубку Басаргин. — Что у тебя?

— Да Стеше неправильно лечение назначили. Можешь подъехать…

— Я планировал на кладбище смотаться. Давай, а? — напоминает о