Роуэн: Кто с тобой, Клара?

Клара: Ретт спит у себя. А я... я тут одна, в своей любимой атмосфере... и с мыслями о твоих охренительных глазах.

Я резко поднялся на ноги. Проходя мимо офиса, крикнул на ходу:

— Закончим утром. Уже поздно.

Шаги по лестнице, два пролета за раз, и я в своей комнате быстрее, чем успел осознать. Закрыв дверь на замок и скинув обувь, я быстро накатал новое сообщение.

Роуэн: Ты трогаешь себя, думая обо мне?

Ответ прилетел мгновенно. Три маленькие буквы, от которых мое сердце в груди на мгновение замерло.

Клара: Да.

Глава 5

Клара

Телефон зазвонил, и на экране вспыхнуло имя Роуэна.

При нормальных обстоятельствах я бы ни за что не взяла трубку. Особенно сейчас, когда водила головкой своего любимого вибратора по клитору, рисуя медленные круги.

Но вино, выпитое за вечерним FaceTime с Бритт, когда мы вместе догоняли сериалы, размыло мои границы достаточно, чтобы я все-таки ответила, выдыхая в трубку хриплое:

— Алло?

Голос Роуэна, низкий и хриплый, скользит по телефону, заставляя мои бедра дернуться, а пальцы, сильнее прижать вибратор к себе.

— Клара, — его голос звучит так, будто он мучается. Но между его тоном и вибрациями там, где мне нужно, я не могу сдержать приглушенный стон.

— Роуэн... пожалуйста... я не могу кончить. Помоги мне.

В трубке звучит его хриплый, полный напряжения голос:

— Выключи вибратор и убери руки.

Я нахмурилась от неожиданности, но подчинилась.

Как только дрожащий гул стих, он спрашивает:

— Во-первых, насколько ты пьяна?

Я раздраженно выдыхаю:

— Я не пьяна. Просто слегка навеселе... и до безумия возбужденная.

В его тоне сквозит усмешка:

— Возбужденная в целом... или из-за меня?

Прикусывая губу, признаюсь:

— Из-за тебя. С тех пор как мы познакомились, мысли о тебе, единственное, что доводит меня до оргазма.

Я начинаю ерзать на месте, когда его голос снова звучит в трубке, теперь он другой: жесткий, властный, не допускающий возражений.

— Переведи меня на громкую связь. Так ты сможешь использовать обе руки.

Я тут же выполняю приказ: кладу телефон между грудей.

— Готово.

— Положи правую руку себе на тело, — его голос становится низким, властным. — Представь, что это моя рука скользит по твоей коже.

— Теперь одним пальцем медленно начни водить по клитору. Легонько, Клара. Мне нравится сначала дразнить.

Первое же прикосновение заставляет меня тихо застонать.

Черт, как же хорошо.

— Левой рукой тронь грудь. Поиграй с сосками. А теперь, правым пальцем аккуратно войди в себя. Скажи мне, насколько ты мокрая.

С трудом дыша, я выполняю его команды и выдыхаю:

— Я вся мокрая... Господи, Роуэн, пожалуйста, можно я возьму игрушку?

Я слышу его усмешку, даже через телефон.

— Терпение, детка. Сейчас я здесь главный.

Он замолкает на секунду, потом добавляет, голос становится чуть мягче:

— Но раз уж ты такая послушная девочка... Расскажи мне про свою игрушку.

Не веря до конца, что все это реально, я продолжаю действовать, будто это просто сон, в котором не нужно ни о чем жалеть.

И прекращать сейчас, все равно что умереть.

— Фиолетовый вибратор с стимулятором клитора, — признаюсь я.

С его стороны доносится тяжелый стон.

— Включи его на минимальную мощность и вставь в себя.

Я с нетерпением выполняю его приказ, задыхаясь от стонов, когда ввожу в себя игрушку, и волна удовольствия прокатывается по всему телу.

— Вот так, детка, — его голос становится низким и хриплым. — Найди свой ритм. Представь, что это я... что это мой член в твоей киске и мои пальцы играют с тобой.

Я стону громче, находя идеальный темп. Все тело горит, трепещет под натиском наслаждения. Я близко. Черт, я уже совсем близко.

— Я на грани, Роуэн... Помоги мне, прошу.

В трубке слышится тихий звук расстегиваемой молнии, а затем сдавленный стон Роуэна:

— Вот так, детка... Черт, ты такая идеальная. Блядь, отдайся мне. Я хочу слышать, как ты кончаешь.

Оргазм где-то совсем рядом, я уже балансирую на грани, но не могу сорваться.

С разочарованным стоном я запрокидываю голову назад.

Роуэн выдыхает в трубку короткий смешок:

— Ты готова, Клара?

— Да... пожалуйста, я так близко...

Голос Роуэна снова становится властным, не терпящим возражений:

— Тогда сожми клитор и кончи для меня. Сейчас. Я хочу это услышать.

И этого достаточно.

Оргазм накрывает меня с головой, срывает с края.

Я слышу, как сама выкрикиваю его имя:

— Роуэн...

Но мне плевать, что я громкая. Я вся растворяюсь в волнах наслаждения.

Где-то на фоне доносится его тяжелый, срывающийся стон:

— Клара...

И я понимаю, что он тоже кончил.

Мы молчим, несколько минут просто дышим в трубку, все еще окутанные остаточным блаженством.

Наконец он первым нарушает тишину:

— Спокойной ночи, Клара.

Сон начинает одолевать меня, и я едва слышно шепчу:

— Спокойной ночи, Роуэн...

На следующий день я крепко держу сына за руку и внимательно смотрю по сторонам, прежде чем мы переходим улицу к кафе-мороженому, что в паре кварталов от нашей квартиры.

Ретт буквально светится от восторга, стараясь идти по внутренней стороне тротуара.

Для него это настоящий праздник. Я экономлю на всем, на чем только могу, собирая каждую копейку, но иногда... иногда просто необходимо позволить себе маленькую роскошь.

Кто-то тратится на одежду, сумки, машины, черт побери. А мы с Реттом позволяем себе мятное мороженое с шоколадной крошкой.

Я краем сознания слежу за тем, что происходит вокруг, но мысленно все еще застряла в том вчерашнем звонке с Роуэном. Ничего подобного я никогда раньше не делала. И никогда прежде не испытывала ничего подобного. Роуэн заставляет меня чувствовать то, чего я даже не знала о себе. Это невозможно. Наверное, просто мимолетное увлечение. Возможно, нам просто нужно это пережить. Я раскачиваю Ретта за ручку взад-вперед, когда слышу это. Громкий сигнал машины. Крики людей. Я поднимаю голову и вижу, как автомобиль несется прямо на нас. Меня парализует, ноги словно вросли в асфальт.

В следующий миг нас кто-то резко толкает вперед и к земле, и огромное тело закрывает нас собой.

Сердце бешено колотится в груди.

Я судорожно поворачиваюсь к Ретту, он лежит рядом, широко раскрытые глаза полны слез, а маленькая дрожащая губка предательски подрагивает.

Машина теряет управление, врезается в бордюр, ее заносит, и она, виляя по дороге, с визгом шин уносится прочь. Тело, что накрыло нас собой, поднимается и протягивает руку, помогая нам подняться. И тут я слышу голос, который обжигает меня совсем другим теплом. Я поднимаю взгляд, и кровь отливает