Я сел на кровати и скрестил ноги, сжимая телефон в пальцах.

- Правду, - повторил я. - Все, что он когда-либо делал, это говорил мне правду, так почему бы мне не поступить так же? - Странное чувство облегчения охватило меня, когда эта идея, словно виноградная лоза, начала виться в голове. Кинг уважал честность. Я бы просто объяснил, почему не могу постоянно находиться рядом с ним. Даже если мне придется раскрыть перед ним больше, чем хотел, я бы смог это сделать.

- Кристофер, мне нужно идти. Я позвоню тебе позже.

Я повесил трубку, прежде чем Кристофер успел ответить. Позже нужно будет извиниться за это, но я был слишком сосредоточен на том, что, как надеялся, было ответом на «не-оставляющий-меня-Кинг» проблему.

Я практически выпал из кровати, споткнувшись о Феттучини, так как торопился осуществить свой грандиозный план. Я выбежал из своей комнаты и направился прямиком на кухню, где, как предполагал, Кинг готовил завтрак или, по крайней мере, пил кофе. Но на кухне было пусто, как и в гостиной.

Неужели он ушел? Неужели он только и ждал, чтобы преподать мне урок, прежде чем снова уйти от меня?

Внезапная, болезненная хватка, казалось, сдавила сердце.

Он ушел.

Он снова ушел, не попрощавшись.

Я должен был быть счастлив, потому что это было именно то, чего я хотел, но теперь, когда пришлось столкнуться с реальностью ситуации, хоть убей, не мог найти повода для радости.

Я медленно побрел обратно в свою комнату, намереваясь забраться под одеяло и притвориться, что внешнего мира больше не существует. Может, мне просто отказаться от борьбы и попросить отца приехать и забрать меня.

Как ни странно, я не испытал настоящего огорчения, признав свое поражение. Возможно, потому, что было слишком больно от того, что меня в очередной раз предали. Я уже почти дошел до своей комнаты, когда увидел Феттучини, стоящего возле ванной. Дверь была закрыта, но собака сосредоточенно обнюхивала низ. Когда он поднял свою большую лапу и провел ею по дереву, что-то внутри взорвалось, и я рванул вперед, пока не передумал.

Я распахнул дверь в ванную, и мне открылось одно из самых красивых зрелищ, которые я когда-либо видел.

Он все еще был здесь.

Он не бросил меня.

- Все в порядке? - Спросил Кинг, явно удивленный тем, что его прервали.

На нем были только джинсы, и он как раз брился. Его щетина выглядела немного короче, а горло он смазал кремом для бритья, предположительно, чтобы избавиться от лишних волос на шее. Я до смешного обрадовался тому факту, что он не сбрил щетину, так что, возможно, еще будет время, когда я почувствую ее на своей коже.

- Джио?

- Что? - Спросил я в замешательстве.

Я оторвал взгляд от отражения Кинга в зеркале, но не смог посмотреть ему в глаза. Вместо этого мой взгляд блуждал по его великолепной груди. В своем изумлении я понял, что на самом деле никогда не видел Кинга с голым торсом. Я часами представлял, как бы он выглядел и без футболки, и без брюк, но мозг не мог отдать должное его красоте.

Он выглядел так, словно был вылеплен из глины, за исключением всех этих маленьких шрамов, покрывавших его тело. Я хотел расспросить о каждом из них. Как он их получил, где, от кого…

Глаза продолжали внимательно изучать его, но остановились на рубце кожи чуть выше бедра. Шрам, похоже, тянулся вдоль нижней части спины. Но прежде чем я успел спросить его о ране, из-за которой остались такие ужасные шрамы, Кинг повернулся, полностью скрывая спину от меня. Он даже пошел еще дальше и схватил футболку с закрытого унитаза, где она лежала, и быстро натянул ее через голову, хотя все еще был в креме для бритья. Кинг немного растянул вырез, чтобы избежать попадания пушистой белой массы, но немного все равно попало на воротник.

Стеснялся ли он шрамов на своем теле? Я открыл рот, чтобы сказать ему, что меня это нисколько не беспокоит, но Кинг заговорил раньше, чем успел я.

- Тебе что-то нужно? - спросил он более резким, чем обычно, голосом.

Его тон заставил занервничать, но, к сожалению, не заставил меня замолчать, потому что я быстро ответил:

- Я думал, ты ушел. Я... я думал, ты снова меня бросил.

Выражение лица Кинга смягчилось.

- Джио, я же говорил, что никуда не уйду...

- Ты уже говорил это раньше, - перебил я.

В его глазах промелькнула какая-то эмоция, но так же быстро исчезла. Когда Кинг заговорил снова, его голос был холодным и опустошенным. Он вернулся к бритью, полностью игнорируя меня.

- Тебе нужно что-то еще? - спросил он ровным голосом.

В этот момент он снова стал для меня незнакомцем. Я подумал о словах Кристофера, что Кинг прячется за улыбками и шутками. И хоть убей, не мог припомнить, чтобы он когда-либо так поступал со мной. Он всегда был откровенен. Честен. И иногда я верил, что он показывал мне ту часть себя, которую никто другой никогда не видел. Я списывал все это на свою безмерную влюбленность в этого человека, но, наблюдая за ним сейчас, уже не был так уверен.

Что касается Кинга, то меня как будто больше не существовало. Он сохранял невозмутимость, бреясь.

Я почти отвернулся, чтобы убежать в свою комнату и погрязнуть в собственном унижении, но когда бросил еще один взгляд в сторону Кинга, то увидел это.

Легкую дрожь в его руке.

Если бы на него не повлияло мое заявление или напоминание о том, как он предал меня, его рука была бы твердой и верной. Я оказался прав насчет дрожащей руки Кинга, когда он порезался бритвой.

- Блядь, - пробормотал Кинг, потянувшись за полотенцем для рук и вытирая шею.

Порез был не таким уж серьезным, но что-то в виде ярко-красной крови почти успокаивало. Это напомнило о том, что передо мной всего лишь мужчина. Он чувствовал, он прятался и истекал кровью, как и я, как и мой отец, как и все мужчины, которых Кинг называл братьями.

Как я мог пропустить это четыре года назад? Кинг был рядом со мной с самого первого дня, но я не мог сказать того же. Я никогда не спрашивал Кинга, как у него дела или чем он занимается. Я слышал обрывки разговоров в семье о Кинге, но у меня не хватало смелости задать ему какие-либо