Мысли Джаспера мгновенно унеслись к его родной душе. Его великолепная, идеальная Эбигейл, порой всё еще такая же колючая, как в день их знакомства, и оттого еще более милая. Всю её жизнь Рождество было для неё источником напряжения и несчастья, а не временем для праздника.

И его дочка. Руби уже достаточно подросла, чтобы ждать Рождества с той самой минуты, как заканчивается Хэллоуин. И у неё не было того горько-сладкого отношения к празднику, которое когда-то было у него. Она была летним ребенком и одним из лучших событий в его жизни. Разделять с ней магию праздников значило делать их волшебнее с каждым годом.

Именно поэтому этот год должен был стать лучшим. Для них.

— Нет, — уверенно ответил он на вопрос Хардвика. — Ничего другого. И перестань на меня так щуриться. У нас есть работа.

Джексон скрестил руки на груди.

— Мы еще не сказали «да».

Джаспер ждал. И, как он и надеялся, друзья не подвели.

— Ладно, Рождественский дракон. Ты полгода тратишь на то, чтобы Рождество для всех остальных в этом городе было невероятным, так что мы просто обязаны вмешаться и помочь. Что от нас требуется?

Глава 3

Эбигейл

Раньше в Pine-Valley Рождество олицетворяло всё то, что Эбигейл ненавидела. Да и Рождество в принципе было ей не по душе. Но этот уютный городок, вкладывающий в праздники всю душу, сумел изменить её сердце.

Или, скорее, это сделал один помешанный на Рождестве дракон, который здесь жил.

Теперь она обожала всё это. Декорации. Рынок на городской площади. Запах корицы и сосны. Рождественские гимны.

Да, даже гимны! Теперь, когда она не стояла за кассой, слушая весь день одни и те же хриплые записи сомнительного качества, она научилась ценить и их.

И множество других людей тоже любили этот праздник — благодаря тому титаническому труду, который Джаспер вкладывал в торжества.

Неужели она действительно собиралась поставить всё это под угрозу?

Не будь дурой, — сказала она себе, собирая сумку. — Я не собираюсь портить Рождество! Я просто… собираюсь его украсть… совсем чуть-чуть…

Она сдержала вздох, вспомнив мимолетную вспышку напряжения в глазах Джаспера этим утром, когда он смотрел на их елку. Она была самой большой за все годы их совместной жизни, и Эбигейл в шутку заметила, что, если в следующем году они захотят дерево еще выше, им придется пристраивать к дому еще один этаж.

Он ухмыльнулся, словно принял вызов, но золотые узы в её сердце болезненно сжались.

Проблема была очевидна: он переутомлялся, даже если не хотел этого признавать. Она не собиралась портить Рождество. Она собиралась помочь мужу, своей истинной паре, расслабиться и получить удовольствие.

И получить свое.

О боже, как же ей хотелось получить свое.

Жар с неожиданной скоростью разлился по коже, и она невольно сжала ноги. Дело было не в том, что у них никогда не было времени друг на друга. Просто почему-то сейчас она чувствовала себя… чрезмерно возбужденной?

Она винила Шину за то, что та подкинула ей эту мысль.

— Все готовы? — крикнула она, направляясь к входной двери. Джаспер скатился по лестнице. Он и Руби были в одинаковых костюмах рождественских эльфов. Как и сама Эбигейл — ведь в конце концов она была частью этой безумной, влюбленной в Рождество семьи.

Даже если она собиралась испортить им праздник.

Ничего я не испорчу! — огрызнулась она на саму себя и зазвенела ключами.

— Кто последний до машины, тот тухлое яйцо!

Городская площадь будто специально была создана для рождественской ярмарки. Насколько знала Эбигейл, так оно и было.

Каждая витрина сияла огнями и праздничными украшениями. В центр выкатили елки в кадках из винных бочек, создав подобие леса, сквозь который тянулись усыпанные мишурой тропинки, петляющие между фудтраками и зонами для пикников. Там была большая открытая площадка со сценой, где должен был выступать местный хор. Пахло праздничным пиром в заколдованном заснеженном лесу.

Рождественская ярмарка открывалась каждый год небольшой церемонией, достаточно ранней, чтобы дети успели ею насладиться. Джаспер поцеловал Эбигейл и Руби и выскочил на сцену, чтобы дать официальный старт торжествам. Были речи от Джаспера и местных владельцев бизнеса, призы за лучшие костюмы и самое веселое рождественское подтрунивание. Наконец Джаспер уступил сцену хору, чтобы те возвестили пением начало праздничного сезона.

Он подхватил Руби и посадил её себе на плечи. Эбигейл, казавшаяся совсем маленькой рядом с ними обоими, прижалась к мужу и счастливо вздохнула.

— Как же здесь чудесно. Совсем как в прошлом году, — сказала она с улыбкой.

— Прямо так же? — переспросил Джаспер.

Ей показалось, или он прозвучал почти разочарованно?

— А мы купим пончики на палочке, как в прошлом году? — спросила Руби, широко раскрыв глаза.

— Еще бы, — ответила Эбигейл. — Ты их помнишь?

— Ты сказала, что в этом году мне можно пять штук, потому что мне пять лет!

— Во-первых, тебе четыре с половиной. Во-вторых, я точно этого не… но я готова к переговорам. — она с улыбкой хрустнула костяшками пальцев. — Можем начать с пончиков, а потом проверим… Джаспер?

Он одарил её той самой обезоруживающей улыбкой, от которой у неё екнуло сердце.

— Мне… возможно, придется ускользнуть ненадолго, — признался он.

— Что ты задумал? — спросила она, и ей самой не понравились предостерегающие нотки в собственном голосе.

— Только самое прекрасное, — пообещал он. — Смотри, вон Кейн и Миган!

— Смотрите, вон Джаспер и Эбигейл! — парировала Миган, подходя к ним с улыбкой. Она обняла подругу, и Эбигейл получила бонусное объятие липкими варежками от малыша, пристегнутого за спиной Миган. Следом подошел Кейн с другим близнецом на плече, который заливисто хохотал.

— Ярмарка в этом году выглядит потрясающе! Вы идете за едой?

— И… — Джаспер заговорщицки взглянул на Кейна. И взгляд Миган мгновенно встретился со взглядом Эбигейл. Она решительно кивнула. Ни одна из них не обладала телепатией оборотней, но сейчас она им и не требовалась. Операция «Спасти-Украсть-или-Вдребезги-Разнести-Рождество» началась.

— И что? Что вы двое задумали? — Миган ткнула мужа кулаком в грудь.

— Ну…

— Что происходит? — остальная стая адских гончих догнала их, и Шина была впереди всех.

— Привет, Эбигейл, Джаспер, Руби! Как дела?

— Мы…

— О, кто это заговорил о фейерверках? — воскликнула Шина, и Эбигейл поняла, что кто-то только что с треском провалил попытку удержать телепатический шепот в тайне. Шина ухмыльнулась.

— Что нам нужно делать?

— Я собирался… — начал Джаспер.

— Ну уж нет. Фейерверки — это дело адских гончих. И адских овец.

— Я