Чингиз Гизатов – основатель двух франчайзинговых сетей: сети кофеен Happy Island и сети вендинговых аппаратов по продаже авторских напитков Baly Bar.

Happy Island – это современная концепция кофеен с уникальной линейкой напитков и атмосферой райского острова, позволяющей быстро и с минимальными рисками открыть стильное заведение в торговых центрах и общественных пространствах.

Baly Bar предлагает инновационные вендинговые автоматы с натуральными авторскими безалкогольными энергетиками и лимонадами, отличающимися необычными тактильными этикетками и ярким дизайном. Они работают 24/7 с минимальным управлением, становясь источником пассивного дохода для франчайзи.

Это история человека, строящего бизнес с душой и вниманием к деталям, создающего продукты и сервисы, которые не только востребованы рынком, но и дарят радость и заботу своим клиентам.

– Предлагаю начать с детства. Точнее, с истории Вашей семьи.

Очень часто предпринимательство либо передаётся по наследству, либо приходит в жизнь как личный выбор. Что Вы могли бы рассказать о своих корнях?

– Глубоко свой род я, честно говоря, не знаю. Максимум, кого могу назвать, – это прабабушка. Истории бабушек и дедушек фрагментарны. Слышал только всегда, что у нас мощная, сильная генетика. Поэтому то, что есть во мне сейчас, в большей степени смесь её с личной индивидуальностью.

Мой отец вырос в полях Бурятии, в каторжном селе. Его здоровье сформировалось на свежем воздухе, баранине и молоке. Кости, волосы, зубы, ногти – всё очень крепкое, будто полузвериное, если можно так выразиться. Он родился в 1948 году: детство пришлось на послевоенное время. В восьмом классе он уже уехал из дома и начал жить самостоятельно. Вся его юность – это тяжёлое существование и труд. Считаю, многое из того, что есть во мне сегодня, пришло именно оттуда, в том числе инстинкт выживания.

Про бабушек и дедушек со стороны отца знаю мало – только имена и фотографии. Историй почти не осталось, потому что в их семье было не принято много говорить. Все предки молчаливые и спокойные. Наверное, поэтому я так остро чувствую людей. Когда мы встречаемся с отцом, то общаемся без лишних слов. Мы понимаем друг друга по жестам, движениям, взглядам. Отсюда и гиперэмпатия. Я могу многое считать по мимике и моторике, так как это был мой способ коммуникации с детства.

Теперь про маму. С её стороны знаю немного больше родственников. Мой дед Имран был моряком. Очень трудолюбивый, педантичный человек, многое умел делать своими руками. Думаю, именно от него у меня аккуратность, любовь к порядку, чистоте и к тому, чтобы всё было по полочкам. Друзья иногда даже шутят, заходя ко мне домой, что им нужны бахилы, настолько у меня ни пылинки в квартире.

Бабушка со стороны мамы – творческая весёлая натура, душевная женщина. Любила играть на гитаре. При этом она была очень умная, пробивная и работала главным бухгалтером в крупной компании в Узбекистане.

От мамы мне тоже достались многие черты. Она родилась в Тольятти, хотя все родственники по её линии из Ульяновской области. Это настоящая татарская женщина, очень хозяйственная, повар шестого разряда. Благодаря ей я умею готовить вкусно и разнообразно почти любые блюда. Это то, что действительно у меня получается хорошо, всем обычно нравится.

У мамы также была непростая судьба. После школы она уехала в Пакистан учиться, потом вернулась. Не буду ударяться в подробности, но её жизненный путь – это история преодоления, где, несмотря ни на что, она сохранила человечность, доброту и силу духа.

Отец и мать – два примера стойкости и внутренней опоры. Они не сломались, не ушли в сторону, остались добрыми хорошими людьми. Наверное, во мне это тоже есть. Несмотря на всё, через что приходится проходить, я стараюсь оставаться открытым человеком с чистым сердцем и улыбкой. Даже в жёстком, материальном мире.

– Кстати, раз уж Вы упомянули родителей, хочется спросить о них. Как они в целом относились к Вашему жизненному пути? Они поддерживали, вдохновляли, говорили: «Давай, ты можешь, у тебя всё получится»? Или, наоборот, волновались, переживали, просили не рисковать?

– Главное, что всегда со мной – это материнская вера. Я чувствовал её постоянно. Это тот редкий, по-настоящему глубокий элемент, который нельзя описать словами, но он есть и очень много значит.

Не могу сказать, что это произносилось вслух или мама делала какие-то специальные шаги. Нет, но я всегда знал: она верит в меня абсолютно и безоговорочно. Всегда была её внутренняя уверенность в том, что у меня всё получится, я справлюсь. И сюда обязательно стоит добавить ещё один важный элемент: опыт и знания отца. Пусть это было не так явно, не напрямую, но всё это однозначно присутствует во мне и работает в моей системе. Он передал это по-своему, через свой стиль, и оно стало частью моей опоры.

– Сейчас Вы – уверенный в себе человек с яркой улыбкой. А каким Вы были в детстве? Весёлым или грустным? Спокойным или шустрым?

– В целом вообще ничего не изменилось, какой был – такой и остался. Себя не предал. Я всегда был весёлый, и меня всегда было много. Даже сейчас, если я слишком долго нахожусь рядом с человеком, тот от меня устаёт. Это и хорошо, и плохо одновременно.

С одной стороны, со мной нужна дозировка. Я максимально концентрированный в энергиях и позитиве. Так было с самого детства. У меня существовал огромный запал на общение. Когда учителя, воспитатели, друзья уже не могли продолжать, я только разогревался. У меня оставалось в запасе ещё 350% энергии, и это чувствовалось.

Наверное, эта особенность осталась со мной и до сих пор. Только при таком уровне энергии и концентрации можно держать на себе большое количество направлений. У нас их пять, и все разные. Где-то они пересекаются, где-то – нет, но по всем направлениям я финально ответственный.

Такое постоянное напряжение и обязательства можно выдерживать, только если у тебя внутри есть эти дополнительные 300%. Думаю, если пообщаться с другими предпринимателями, особенно с теми, кто ведёт сразу несколько бизнесов, выяснится, что у всех имеется такой ресурс – запас энергии в два-три раза выше нормы.

Уверен, у Артура Ранасовича – то же самое. Ведь у него, кроме самого «Франч Брокера», есть и направление по рыбе, и наш с ним Baly Bar, кофейня Happy Island и другие проекты. Они на первый взгляд смежные, но всё равно разные. А нести за всё ответственность и при этом оставаться энергичным – это особое состояние.

– Интересно, во что превращалась такая активность в детстве? Выражалась ли она в попытках что-то