Врать Дафна явно умела и любила, но сейчас я чувствовал, что она говорит правду, а не устраивает трогательную сценку. Не опустилась бы она до подобного признания своей слабости, не отреагировала бы на применение мною силы подобным образом в том случае, если бы лгала…

— Значит, Нотт, — сказал я.

— Нотт, Нотт, — фыркнула Дафна. — Делай с этой информацией что хочешь, а ко мне после такого лучше не приближайся, пока не извинишься, понял?

— Вот ещё, — я фыркнул в ответ, пока девчонка приводила в порядок помявшуюся школьную форму. — Сначала я проверю, что это правда, а потом уже подумаю, достойна ли ты моих извинений.

— Кретин, — сказал она напоследок и, вся взъерошенная, отправилась прочь.

Со слизеринцами так и надо — другого языка они не понимают.

— Кайл, все нормально? — ко мне подошёл Гарри, а за ним плелась Уэнсдей.

— Лучше не бывает, — сказал я с сарказмом. — Просто образовался ещё один враг, за которым нужно приглядывать… Пойдём, новый урок скоро начнётся.

Нотт… сука. Я и правда не воспринимал его обиду всерьёз и не особо беспокоился на этот счёт, больше опасаясь старших курсов, нежели этого злопамятного слизеринца. Неужели и правда он всему виной? Дамблдор говорил, что школа тут ни при чём, так что это вполне может оказаться правдой… Хотя и не удивлюсь, если в итоге окажется, что его подбила на действия эта мегера МакГонагалл, для которой я как бельмо на глазу.

В любом случае, я это запомню. И жест Гринграсс, и информацию о Нотте. Он явно может забеспокоиться из-за моего возвращения и ожидать ответки, так что спешить ни к чему. Вряд ли подонок знает о том, где держат ребят — насчёт этого в курсе только Помфри, Квирелл и, может, ещё кто-то из преподавательского состава. Так что трогать его прямо сейчас опасно и несвоевременно.

Я дождусь. Удобного момента, подходящего плана, более спокойной обстановки в школе. И тогда нанесу свой удар… После него Нотт сполна пожалеет, что решил вредить моим друзьям.

* * *

POV Люк Фергюсон

— Ты уверен, Люк? Я, конечно, не прочь взять выходной, да и по Лютному переулку с этой внезапной премией прошвырнулся бы с радостью, но… Как-то это всё странно, не находишь?

Старый Пит прищурился и будто бы попытался заглянуть в его нутро.

— Вот так, значит, а? — Люк порядком разозлился на него. — То есть столько лет ты возмущался копеечными зарплатами и работе почти без выходных и отпусков, капал мне на мозги всё это время, а как только твои требования исполнились, так подозреваешь злой умысел?

Люку нужно было спровадить его. Слишком часто Пит спасал ему жизнь, привлекая дементоров на себя и позволяя выйти живым даже из самого скверного прорыва. Он просто не мог не попытаться отплатить старожилу ответным спасением, даже если для этого придётся выдумать всю эту чушь с внеплановой премией.

— Ладно-ладно, ты чего разгорячился? Какой злой умысел, в самом-то деле, — Пит поднял примирительно руки. — Да я просто удивился, только и всего. Раз ты говоришь, что надо, значит надо… Я, это, значит, — он почесал макушку, — вернусь через пару суток, да?

— И не минутой позже, Пит. Нам скоро смену сдавать, не забывай, — продолжил Люк заговаривать ему зубы, чтобы это выглядело как можно убедительнее.

— Понял, понял, буду как штык! И даже не пьяный, честное магическое, начальник! — он осклабился, выставляя на показ свои гниловатые зубы.

— Иди уже, забулдыга. Выручку в штабе получишь, там предупреждены, — он отмахнулся и сделал вид, что продолжает внимательно рассматривать какие-то бумаги за столом, хотя на самом деле его трясло и лишь невероятным усилием воли он скрывал это.

Старый Пит ушёл, и вскоре портал перенёс его из Азкабана.

— Люк, ну что за дела! — возмущался спустя десяток минут Рой, который прилип к нему как банный лист после того, как узнал от напарника о его внезапном двухдневном отгуле и, что более важно, внеочередной премии. — Батрачим тут как самые захудалые маглы, а все лавры достаются Питу?

— Выслуга лет, — пожал Люк плечами, стараясь очистить сознание и не давать волю своему волнению.

— Да я и сам здесь восьмой год как проклятый!

— Всё, Рой, иди, а, — от сощурился и помассировал виски. — Поговорю я с начальством насчёт тебя, поговорю. А теперь иди на свой пост и не доставай меня, пока я не разозлился.

— Понял, босс, спасибо, босс, — он козырнул ему и отправился на восьмой этаж.

«Чёртовы подчинённые… Клянусь Морганой, как мне всё это надоело…», — размышлял он, теребя в руках свою волшебную палочку. — «Скоро всё закончится. Назад дороги нет, вы уж простите меня…»

Время с самого утра тянулось до жути медленно. И вот, наконец, нужный час настал.

— К чёрту всё, — ругнулся Люк, вышел из своего кабинета и направился напрямик к порталу.

Последний год выдался у него достаточно неприятным на события. Сначала он чуть не умер от поцелуя дементора. Потом домашние ссоры стали случаться всё чаще, а скандалы с женой с каждым разом становились всё громче. Ну и в довершении всего были те трижды проклятые маглорождённые выскочки, что свалились ему как снег на голову.

Бюрократическая машина Министерства Магии почему-то решила не учитывать, что вместе с его сменой начальника надзирателей Азкабана Люку придётся одновременно возиться с летними подопечными Хогвартса. Выход он нашёл благодаря помощи своей любимой бабушки и уже успел сотню раз об этом пожалеть.

«Они её убили… Точно убили. И не понесли за это никакого наказания!», — сокрушался он после того злополучного разговора с Минервой МакГонагалл.

Заместитель директора подспудно пригрозила ему крупными неприятностями, и Люк так и не решился совершить самосуд или нечто подобное. Да, он немного отыгрался, когда всё же решил взять детей-убийц с собой в Азкабан, поменявшись ради этого сменами. Но на большее его смелости и безрассудной злости не хватило. Инцидент с той дерзкой девчонкой он не рассматривал всерьёз — так сложились обстоятельства и у Люка даже и мысли не возникло, что во время её профилактического заключения за свой длинный язык дементоры могут столь скоро совершить новый прорыв.

После этого всё пошло наперекосяк ещё сильнее — будто бы мало было Люку смерти бабушки. Ему сделали серьёзный выговор за ненадлежащее обеспечение безопасности подопечных. А кое-кто из знакомых из министерства и вовсе намекнул,