— Красиво, — сказал Алекс, глядя вокруг.

— Пока красиво, — ответил я. — Посмотрим, что скажешь через неделю, когда задница онемеет от седла.

Он фыркнул, но промолчал, мы с ним так себе были ездоками.

Мы ехали молча, привыкая к ритму. Караван двигался медленно, но уверенно. Повозки шли друг за другом, оставляя за собой не такие уж и глубокие колеи как я мог бы подумать, да и маршрут удя по тому, как было впереди всё укатано был давно проторен.

Охрана держала строй, не отставая и не забегая вперёд, но общую картину всего мы видеть не могли.

Через час монотонной езды Алекс не выдержал и начал болтать.

— Как думаешь, что мы встретим первым? Зверей или дикарей?

— Без разницы, — ответил я. — Главное, чтобы не встретили нас врасплох. Смотри давай по сторонам.

— Да ладно тебе, расслабься. Мы ж не одни, тут сотня ветеранов. Они знают, что делать. Тем более что я видел, как десять наших всадников ушли в бок.

— Это не повод терять бдительность. — ответил капрал Рик, молчавший до этого и слушавший нашу болтовню.

Алекс закатил глаза.

— Капрал правильно сказал, нужно смотреть в оба, ответил я.

— Ты вечно такой напряжённый. Научись получать удовольствие от момента.

— Получу удовольствие, когда вернусь живым.

Он хотел что-то ответить, но вдруг замолчал, глядя наверх. Я тоже поднял взгляд и увидел открытое окно на втором этаже ближайшей повозки. Оттуда выглядывала фигура в капюшоне. Лица не было видно, но силуэт был явно женским.

— Это опять вы? — раздался голос, удивлённый и одновременно насмешливый.

Я замер. Этот голос. Я его слышал. Та незнакомка, что плыла с нами на барже, когда мы шли из Тёплого Стана. И потом, в караване из Ногайска в Степной Цветок. Та самая таинственная попутчица, которую охранял Карл.

Алекс, видимо, тоже вспомнил, потому что его лицо вытянулось.

— Э-э… Здравствуйте, госпожа, — пробормотал он неуверенно.

Девушка откинула капюшон, и я увидел её лицо. Молодая, лет двадцати, с каштановыми волосами, собранными в косу, и острыми чертами. Глаза были серыми, холодными, но в них плясали искорки любопытства. На этот раз она не скрывалась и явно была рада видеть мимолётных попутчиков, в отличие от меня и Алекса. Мы хорошо помнили ее охранника Карла.

— Значит, вы тоже идёте с караваном, — сказала она, оглядывая нас. — Интересно. Я думала, вы остались в городе.

— Мы… служим, — ответил я осторожно. — В ополчении.

— Ополчение, — повторила она, словно пробуя слово на вкус. — Вы именно за этим сюда шли? Я думала вы искатели истины, под взглядом Венату.

— Так точно, — кивнул Алекс и ответил весьма витиевато. — Мы именно искатели, но в Цветке Венату перестал смотреть за своими идущими по дороге, и нас… эээ… и мы в общем тут.

Она усмехнулась.

— Тогда держитесь. Говорят, Великая Степь не прощает ошибок. Я рада что меня охраняют такие великие воины как вы.

— Мы справимся, госпожа — сказал я, стараясь не смотреть на нее, и ощущая невероятное смущение.

— Посмотрим, — она снова натянула капюшон и скрылась внутри повозки. Окно закрылось.

Алекс выдохнул.

— Теера милостивая, она снова тут. Думаешь, Карл тоже?

— Наверняка, — ответил я. — Но это не наше дело. Забудь про них.

— Легко сказать. Карл сумел мне внушить правильное желание не лезть в чужие дела.

Мы продолжили ехать. Не сказать, что было жарко, но я чувствовал, как пот стекает по спине под бронёй. Лошадь под мной тяжело дышала, но шла ровно. Караван не останавливался.

К полудню мы сделали первый привал. Повозки остановились, охрана спешилась. Нам велели напоить лошадей, перекусить и отдохнуть. Времени было мало, минут двадцать, не больше.

Я слез с седла, чувствуя, как затекли ноги. Привёл лошадь к бочке с водой, дал ей напиться. Алекс рядом растирал бёдра, морщась.

— Задница отваливается, — пожаловался он.

— И не говори, — ответил я. — А ведь это только начало.

Мы достали сухпаёк, выданный перед выходом. Сухари, вяленое мясо, кусок сыра. Жевали молча, глядя на Степь. Она была бескрайней, однообразной. Трава, трава и ещё раз трава. Никаких деревьев, холмов, ничего. Только горизонт, размытый маревом.

— Сначала казалось красиво, а теперь как-то не очень? — сказал Алекс, после того как напоил свою коняшку. — В леса хочется, там прохладно.

— До Серебряного Утёса топать две недели. — ответил капрал Рик, стоя рядом с нами. — Вам хватит время на всё парни.

— И сразу обратно? — уточнил я.

— Пару дней там, пока не соберется обратный караван и да, домой.

Леви обходил охрану, проверяя, все ли на месте. Остановился у нас.

— Как держитесь?

— Нормально, сержант, — ответил я.

— Хорошо. Скоро доберёмся до первой опасной зоны. Там водятся степные шакалы. Держите оружие наготове. Если нападут, строй не ломать, смотрите на опытных и делайте как они, я надеюсь трусов у нас нет.

— Так точно.

Он кивнул и пошёл дальше, общаться с другими нашими и подбадривая их.

— Степные шакалы, — пробормотал Алекс. — Звучит страшно. Марк говорил, что они размером с человека и ходят стаями.

— Марк и куриц видел размером с человека с длинной шеей, — фыркнул я. — Брешет и не почешется.

— Может быть.

— Но лучше быть готовым. Так что бдим.

Привал закончился быстро. Мы снова сели в сёдла и двинулись дальше. Караван шёл ровно, как машина. Я смотрел по сторонам, пытаясь заметить хоть что-то интересное, но Степь оставалась пустой.

Часа через три после привала ветеран с бородой, который ехал рядом, вдруг натянул поводья.

— Тихо, — сказал он спокойно, но властно.

Мы прислюшались. Караван продолжал двигаться, но охрана напряглась. Я увидел, как ветераны переглядываются, сжимают оружие.

— Что случилось? — шёпотом спросил Алекс.

— Тихо, — прошипел бородач. — Смотрите туда.

Он указал вправо. Я присмотрелся и увидел. В высокой траве что-то двигалось. Быстро, низко к земле. Несколько теней, серых, почти неразличимых.

— Шакалы, — прорычал ветеран. — Приготовьтесь!

Моё сердце ухнуло вниз. Я схватил копьё, сжал древко. Алекс рядом побледнел, но тоже взял оружие.

Капрал Рик выехал чуть вперёд, поднял руку, привлекая наше внимание, и махнул рукой вниз, готовый отдать нам приказ спешиться. Воевать на конях мы совершенно не умели.

— Арбалетчики, на изготовку!

А вот палить из арбалетов вполне.

Караван при этом не остановился. Мы перестроились в линию, прикрывая фланги полностью. Я видел, как ветераны стоят спокойно, без паники, копья направлены вперёд, они даже не доставали арбалеты, точнее у большинства их просто не было. В качестве дополнительного оружия у многих были топоры или длинные тесаки, тяжелые, с лезвием, расширяющимся к кончику.

Тени в