Световая вспышка угодила прямиком в дементора, отчего тот со злостью завизжал противным скрипящим звуком, вызывающим головную боль.

— Прокурсрус. Прокурсрус! — я продолжал осыпать создание тьмы вспышками, не давая тому подлететь достаточно близко. — Отходим! Быстрее!

Всё что я мог — это пятиться, кастуя заклинание за заклинанием. И стараться прогнать то ощущение безысходности, что вселял в меня дементор.

Гермиона и Лили за моей спиной положили руки Джек на свои плечи и спешно повели её в сторону верхних этажей. Я следовал за ними, прикладывал все силы дабы сохранять концентрацию и правильно произносить чары, вылетающие из моей палочки каждые три-четыре секунды. Как только по тем или иным причинам темп обстрела хоть немного замедлялся, дементор становился на лишний дюйм ближе к моей тушке, а эффект его ауры усиливался.

Так не могло продолжаться долго. Моя рука уставала, горло першило и было лишь вопросом времени, когда чары не получатся, а дементор этим обязательно воспользуется.

— Прокурсрус! — этот момент настал довольно скоро — мы ещё даже не успели покинуть второй этаж. Я выкинул палочку недостаточно резко, из-за чего зачатки вспышки появились на её кончике, но взрыва так и не произошло, а белый свет довольно быстро рассеялся.

Дементор приблизился на критическую для меня дистанцию. Голова утонула в воспоминаниях. Дин, погибающий от обескровливания. Трупы студентов, разбросанные куклами по лестнице и холлу Хогвартса. Люпин, избивающий меня кулаками и ногами с присущей ему животной яростью.

— Прокурсрус! Кайл! Прокурсрус! — Гермиона оказалась подле меня и помогла удержаться на ногах. — Прокурсрус! — пока я приходил в себя, она продолжала осыпать дементора заклинаниями и одновременно с этим пыталась тянуть меня назад.

Я ощутил на себе воздействие дементора. Было холодно и страшно. И лишь огромное усилие воли заставило меня отложить свои впечатления в самый дальний ящик подсознания — Гермионе требовалась моя помощь!

Специально прокусил себе губу до крови, дабы боль вывела меня из-под влияния дементора. Пошатываясь, я окликнул сосредоточенную подругу:

— Гермиона, я в порядке! Давай поочерёдно, как на тренировках в школе! Прокурсрус!

Она кивнула и через несколько секунд тоже произнесла заклинание. Потом я, потом она. Так мы и выработали ритм, при котором держали дементора на отдалении, но при этом не столь быстро выдыхались и страховали друг друга от неизбежных ошибок.

Лили позади нас с упёртостью бульдозера тащила дезориентированную Джек в одиночку. С её-то комплекцией это было ничуть не меньшим подвигом, чем наше сдерживание дементора… А ведь она могла и убежать, и сдаться, но девочка знала свою слабую сторону — она не сможет произносить только что выученное заклинание с той же частотой, что и мы, так что Лили решила полностью сосредоточилась на том, чтобы постепенно отходить с Джек всё дальше.

При подъёме на третий этаж нам начал помогать свет от кристалла — в тех местах, где находились маленькие оконца, лучи света заставляли дементора обжигаться и напрягаться, преодолевая их. Сам он не обращал никакого внимания на заключённых, что вжались в углы своих камер. Смотрел исключительно в нашу сторону и всем своим видом показывал, как сильно жаждет нас поглотить.

Однако, мы справлялись и шаг за шагом двигались в сторону подмоги из стражников, которая когда-нибудь да должна была появиться. И почему Фергюсон с караульным ушли с нижних этажей? Не решились противостоять дементорам вдвоём? Я точно знал, что стражник, шедший рядом с ним, умел колдовать патронус — не телесный, но всё же…

По прошествии двух пролётов из трёх на третьем этаже у меня начало зарождаться воодушевление — у нас получалось! Да и столь светлые эмоции помогали держаться в противостоянии с упёртым дементором, так что я их не отгонял.

А потом вдали коридора я увидел подмогу. Не сзади — спереди. Сквозь клубящийся туман на помощь дементору летело два его собрата.

— Гермиона, беги, — прошептал я обессиленно. Рука моя почти онемела. Давление от трёх тёмных сущностей вместо одного было серьёзно усилено. Надежда почти испарилась.

— Нет, — она упрямо замотала головой и с вызовом смотрела на дементоров.

Мне на миг показалось, что девочка замышляет какую-то героическую глупость. Однако узнать итог её мысли мне, к счастью, не довелось.

— Сюда, мелкие! — услышали мы вдруг крик позади.

К нам тоже спешила помощь! Один стражник и… Мэрилин? Магла с кухни! Она-то что тут забыла?! А с ней лишь один старый Пит…

Где же другие стражники?

— Буллаэ Люцис! — выкрикнул стражник заклинание, и к нам воспарили пузыри чистого света. Дементоры пытались их огибать, но подобных шариков было слишком много, и каждый из них при соприкосновении с дементором взрывался, причиняя им серьёзные неудобства.

Однако, три дементора стали левитировать сообща и будто бы на одной волне, отчего смогли создать вокруг себя нечто вроде барьера, сотканного из тьмы. Тот поглощал исходящий от пузырей свет и позволил монстрам почувствовать себя куда лучше и ускориться в погоне за нами.

За спинами трёх дементоров появились новые тени. Снова подмога! Да сколько их там?!

Наши простенькие вспышки стали абсолютно бесполезные перед полчищем надвигающихся дементоров…

— Локомотор! Кайл, убегайте! Быстрее! — кричал мне старый Пит.

Я оглянулся: стражник поднял Джек в воздух заклинанием, а Лили теперь с лёгкостью могла толкать парящую подругу дальше.

— Гермиона, побежали! — мы рванули с ней одновременно, догоняя Лили. За нашими спинами властвовала кромешная тьма, а её слуги пытались нас нагнать.

Старый Пит успел подбежать к нам вплотную. Но вот зачем он вёл с собой за руку Мэрилин? Он будто бы хочет бросить её на растерзание дементорам ради отвлечения внимания, но ведь это не сработает — вон там их сколько!

— Продолжайте бежать! — сказал нам с уверенностью Пит, остановившись от нас за несколько футов.

Он взял под руку маглу и прислонил палочку к её животу. Та всё так же довольно улыбалась и, заметив знакомые лица, уже собиралась нас поприветствовать со своей фирменной радостью.

— Anima sancta, — стражник провёл палочкой поперёк живота Мэрилин, — mundet omnem viciniam, — он прочертил вертикальную линию на её груди, — lumine suo! — закончил Пит речитатив, проведя палочкой по её шее.

Застывшая улыбка девушки будто бы замерла во времени.

Я успел лишь вздохнуть, после чего всё вокруг затопил живой свет. Он обволок каждую клеточку моего тела, заставил ощутить весь спектр положительных эмоций одновременно. Но главное — он отогнал дементоров.

— Не стойте истуканами! — крикнул нам Пит. — Вперёд, на верхние этажи!

Я проморгался и увидел, как рядом со старым Питом лежит Мэрилин. Мёртвая, но всё