Саша в который раз посмотрел на часы. Почти полдень. Они выехали ночью, хотя Петрушин вполне резонно предлагал подождать до утра. Но Саша настоял на своём. Игорь смирился, всем видом выражая недовольство. Однако вслух возражать не посмел: всё-таки Саша (Александр Васильевич) был в числе руководителей их фирмы. Начнёшь возмущаться – себе дороже выйдет.

Да и, по правде говоря, Саша был отличный парень. Держался нормально, без пафоса, ломанья, высокомерия. Кто его знает, чего ему приспичило ехать ночью! Может, случилось что-то. Петрушин пару раз порывался поинтересоваться, но видел в зеркале заднего вида каменное лицо, натыкался на напряжённый Сашин взгляд и передумывал. Незачем беспокоить человека.

Саша сходил с ума. Со вчерашнего вечера он не мог дозвониться до Киры. Днём у него не было ни минуты свободной, пришлось отложить все разговоры на потом. Но после поговорить не получилось. Городской телефон молчал. Сотовый был недоступен. Безуспешно пытаясь дозвониться до жены с восьми вечера, в час ночи он не выдержал и разбудил Петрушина. Они быстро собрались, оставили консьержке ключи от съёмной служебной квартиры и выехали из Москвы.

Разумеется, Саша ни на минуту не сумел заснуть. Каждые пятнадцать минут звонил то на один номер, то на другой. Безрезультатно. Он понятия не имел, куда могла подеваться Кира. Глупость про измену даже в голову не приходила. У него была единственная версия: что-то случилось. Саша изо всех сил пытался думать о хорошем, но воображение упорно рисовало жену в больнице, в руках хулиганов, а то и ещё хуже.

Саша помотал головой, отгоняя непрошенные мысли. Набрал оба номера ещё раз. Телефоны упорно молчали.

Утром он связался с Кириными родителями. Звонить им вчера не имело смысла. Они живут за городом, и если Киры у них нет (а в этом Саша был уверен), они переполошатся, чего доброго, поедут в Казань по ночной трассе. Максим Петрович ещё и водитель-то так себе.

Дождавшись шести утра, Саша набрал номер тестя. Тот всегда вставал рано и откликнулся бодрым голосом без признаков сна. Саша, стараясь говорить спокойно, сказал, что едет из Москвы и не может дозвониться до Киры. Она, случайно, не у них?

Через пять минут вся Кирина родня была на ногах. Тёща сказала, что говорила с Кирой вчера днём. Всё у неё было хорошо. Только голос был немножко… не такой, но она не придала значения. А что, Саша думает, с Кирочкой что-то случилось? Тёща начала заводиться, переполняясь беспокойством, и Саша быстренько закончил разговор, попросив Ларису Васильевну позвонить Ирине. Со своими страхами он ещё кое-как справлялся, но если сюда будут примешиваться тёщины…

Вскоре опять позвонил тесть. Он сказал, что связался с Ириной. У неё тоже нет известий от Киры, но они с мужем уже одеваются, чтобы ехать к ней. Около половины восьмого Максим Петрович отрапортовал: дверь Ире никто не открыл. Соседка выглянула и сказала, что Кира как вчера днём ушла, так больше и не возвращалась.

Теперь уже паниковали все. Водитель Петрушин, уяснив-таки причину Сашиного беспокойства, заметно волновался и предложил обзвонить больницы. И морги. На всякий случай. В полицию, сказал, пока рано. Заявление, по всей вероятности, не примут.

К одиннадцати часам тёща и Ирина обзвонили всё, что можно. И хотя плохих новостей не было, Лариса Васильевна рыдала в полный голос. Максим Петрович, отобрав у жены сотовый, сообщил: «Кира никуда не поступала». Саша пообещал, что скоро будет в городе, и тогда сам начнёт искать Киру. Пусть они сидят и не дёргаются. Если что, на связи.

Он откинулся на сиденье и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Петрушин сочувственно смотрел на него и думал, что, пропади его собственная жена, Маринка, он бы, пожалуй, не возражал. За два года семейной жизни она успела достать так, как другая не сумеет и за двадцать.

Саша ругал себя последними словами: как он мог оставить Киру? Ведь чувствовал, что с ней в последнее время творится что-то не то! Нельзя, нельзя было ехать! «Господи, – думал Саша, коченея от страха за жену, – если с ней что-нибудь случится, я не переживу».

С самой первой встречи Кира стала для него всем. Заслонила собой целый мир. Наверное, только ребёнок смог бы потеснить её в Сашином сердце, но он пока с трудом представлял себе, что такое отцовская любовь.

Саша вспомнил вечер, когда впервые увидел Киру в холле ресторана. Она стояла у огромного, от пола до потолка, панорамного окна, спиной к нему. Сверкающий огнями ночной город лежал у её ног, и это было удивительное зрелище. Саша не смог пройти мимо. Остановился в двух шагах. Надо было что-то сказать, но слова не шли с языка. Хотя обычно с этим проблем не было.

Вдруг Кира – тогда он, правда, ещё не знал её имени – обернулась и улыбнулась ему. Саша увидел эту улыбку и сразу всё понял. Оказывается, он всегда ждал именно эту девушку.

Наверное, так веками улыбались женщины, встречая своих мужчин, когда те возвращались живыми с войны, из похода или долгого плавания. В этих улыбках были горечь ожидания, тревога бессонных одиноких ночей, надежда, радость встречи, признание, тёплый свет, нежность, желание, мудрость и обещание покоя – всё сразу.

С тех пор Кира и Саша не расставались. Если приходилось дневать или ночевать по отдельности, они всё равно были рядом. Как она любила говорить, на расстоянии телефонного звонка. Нынешний случай оказался первым, когда один из них не мог дотянуться до другого.

Конечно, до Киры у Саши были женщины. Он быстро сходился с людьми, и девушки не составляли исключения. Отношения всегда были лёгкими, более или менее приятными, не обременительными.

Правда, однажды Саша едва не женился. На девушке по имени Полина. Она никому не разрешала обрезать своё имя до «Поли». Полина была настолько красива, что это казалось нереальным. Саше нравилось любоваться ею, и он почти захотел видеть эту красоту рядом с собой всю жизнь. Они всерьёз поговаривали о свадьбе.

Справедливости ради нужно сказать, что Полина оказалась не только красива, но ещё и умна, образована, хорошо воспитана. У неё был весьма ценный в семейной жизни уравновешенный характер и глубоко запрятанная горделивая уверенность в отсутствии конкуренток. Наверное, она с детства была убеждена, что свет её красоты настолько ярок, что мужчины слепнут и не могут разглядеть других женщин.

Но Полина ошиблась. Саша смог. Так