— Сообщи, когда заметишь его. Может, я схожу вниз и задам мистеру Мосли несколько вопросов.

— Можно я тоже пойду? — спрашивает Кэнди.

Мне следовало быть готовым к этому.

— Не знаю, — отвечаю я.

Кэнди отбрасывает журнал, который листала.

— Мы говорили об этом. Если ты оставишь меня здесь и снова исчезнешь внизу, лучше тебе там внизу и оставаться, потому что, клянусь, я засолю твой череп и выпью тебя как дайкири[10].

Кэнди не совсем человек. Она нефрит. Это вроде вампира, только нефриты растворяют ваши внутренности и выпивают вас, как пауки. Знаю, это звучит плохо, но в последнее время она не пьёт сок людей. И это довольно сексуально, когда она выпускает монстра. Я просто должен быть рядом, чтобы убедиться, что тот вернётся.

— В чём разница между настоящей любовью и убийством? — спрашивает Касабян.

— Не знаю. В чём?

Он пожимает плечами.

— Не знаю. Думал, вы, голубки, имеете представление.

Он улыбается, довольный своей недоделанной шуткой.

— Ступай, укуси почтальона, Старый Брехун.

Майк отпускает ногу Касабяна. Тот сгибает её, и, похоже, всё работает нормально. Майк принимается за другую.

— Ну? — произносит Кэнди.

Она прямо возле меня, с кулаками. Она не отступится.

— Ты права. Я обещал. Но это только в том случае, если я действительно отправлюсь. Я не организовываю специальные туры вниз, чтобы сфоткаться со Стивом Баторсом[11].

— Договорились.

Она привстаёт на цыпочки и целует меня в щёку.

— Я понял. — говорит Касабян. — Когда это настоящая любовь, ты знаешь, за что тебя пырнули ножом.

— Касабян, ты романтичный дурачок. — говорит Кэнди. — Ты только что стал на десять процентов привлекательнее.

Он улыбается ей.

— Котёнок, у меня романтика из задницы лезет.

— А теперь привлекательность исчезла.

Майк тихонько хихикает. Касабян двигает ногой, ударяя его по носу.

— Научись вовремя останавливаться.

— У меня было не слишком много практики с женщинами, с тех пор как ты превратил меня в ярмарочное развлечение.

— Ты у меня в мгновение ока будешь танцевать под музыку, — говорит Майк.

— Старк, у тебя же остался номер Бриджит? — как можно небрежнее спрашивает Касабян.

— Нет.

— Лжёшь.

— Да.

— Я не прошу о свидании, лишь о знакомстве.

— Бриджит и так из-за меня достаточно натерпелась. Я не позволю тебе доставать её.

— Ты не хочешь сделать мне одолжения, но хочешь, чтобы я разыскал твоего мёртвого приятеля в Аду.

— Слушай, Майк приводит в порядок твои ноги, так что можешь отправиться в «Бамбуковый дом кукол» и спросить её сам. Может быть, она скажет «да» просто ради новизны траха с роботом.

— Думаю, возможно, она кое с кем встречается, — говорит Кэнди.

— С кем? — спрашивает Касабян.

— С Королём Канди[12]. Или это были Джози и кошечки[13]?

— Здорово. Теперь она становится осмотрительной. Забудь. Чиксам нужен лишь один монстр в жизни, а Старк первым добрался до Бриджит.

Макс прекращает работать, и Касабян пытается встать. На этот раз ему удаётся. Ноги поддерживаю его, и он делает несколько шагов, как цирковая собачка, делающая трюк за печенье.

— Знаешь, как бы хорошо ты ни отладил работу его рук и ног, он всё равно выглядит как дворняжка.

Майк вздыхает и кивает.

— Чтобы переделать всё его тело, придав ему более человеческую форму, мне пришлось бы разрезать его плазменной горелкой, удлинить и распрямить задние ноги, переделать позвоночник, всё ребалансировать и прокалибровать, — говорит он. — Единственный способ сделать это — чтобы Касабян слез с него.

Я смотрю на Касабяна, который ходит устойчиво впервые с тех пор, как я вернулся.

— Может, он и прав. Может, тебе стоит на время вернуться на свой скейтборд, и пусть Майк займётся своим делом.

Касабян кажется напуганным. Он пятится к своему столу, его гончие лапы подкашиваются.

— Никто ни за что не расчленит это тело. Я выглядел как грёбаный жук на том скейтборде. Теперь у меня хотя бы вид млекопитающего.

— На данный момент все твои конечности работают нормально. — говорит Майк. — Возможно, есть какой-нибудь способ сделать тебе ноги, не снимая их.

Касабян садится и хлопает по клавиатуре компьютера. Экран загорается.

— Ага. Поработай над этим. А прямо сейчас дайте мне вернуться к работе над созданием своего сайта.

Пока Майк упаковывает свои инструменты, он смотрит на меня.

— Я ведь сейчас не получу свою душу назад?

— Не сегодня, Майк. Но продолжай хорошо работать. Ты приближаешься к дневному свету.

Я направляюсь в нашу с Кэнди большую спальню. Старая одежда Самаэля всё ещё висит в шкафу. Индивидуально пошитые рубашки и костюмы такие остромодные, что ими можно порезаться, как ножом. Я швыряю на кровать свои джинсы и футболку и переодеваюсь в кроваво-красную рубашку на пуговицах и чёрные шёлковые брюки.

Кэнди проследовала за мной и садится на кровать.

— Почему бы тебе не остаться здесь и не посмотреть, получится ли у Касабяна раздобыть какую-либо информацию о Мосли, когда тот был жив. — Она не двигается. — Я знаю, что ты наряжаешься не для меня, так кто же эта счастливица?

Я причёсываюсь перед зеркалом в спальне. Это не сильно помогает. Чем аккуратнее я причёсываюсь, тем хуже выглядят шрамы на моём лице. На перчатке, скрывающей мой протез левой руки, крошки от пончиков, так что я бросаю перчатку в кучу грязной одежды и натягиваю чистую.

— Когда Комрама исчез, Бриджит была там, но, даже если бы её там и не было, готов поспорить, это не она подсылает ко мне киллеров.

— Тогда, кто?

— Не знаю. Но там были только два других человека, когда Аэлита забрала Шар Номер 8. Сарагоса Блэкбёрн и его жена. Так что, я отправляюсь навестить замечательного Волшебника страны Оз.

Саб Роза — подпольное магическое сообщество, оберегающее старые практики и тайно управляющее несколькими уголками мира. Сарагоса Блэкбёрн — наш Авгур, президент и священный верховный вождь всей команды фриков Саб Роза в Калифорнии. Нет никого выше. С его толстосумами-иллюминатами из политиков, корпоративных боссов, банкиров, подхалимов индустрии развлечений и нечистых на