— Если под «Великими Компаниями» имеются в виду дорогие наёмники, полагаю, так и есть. И всё же, при ваших деньгах, думаю, вы могли бы добиться большего. По крайней мере, один из ваших парней хотел устроить неприятности, а не погасить их.

— Знаю, — говорит Блэкбёрн. — Вот почему я позвонил тогда, когда позвонил. И обычно он не такой. Обычно он хороший человек. Просто ты его напугал.

— Я? Взгляните на меня. Я одет как девушка из дедвудского дансинга. Как я могу напугать профи?

— Потому что ты по-прежнему Джеймс Старк, и всем известно, что ты творил. И всё сошло тебе с рук.

— Теперь вы заставляете меня краснеть.

Блэкбёрн улыбается мне. Я тоже могу читать людей. Он тешит меня, потому что чего-то хочет.

— Если ты действительно так интересуешься моей безопасностью, почему бы тебе не начать работать на меня? Слышал, у тебя определённые проблемы с источником доходов. — говорит Блэкбёрн.

— Неужели так очевидно, что это не моя одежда?

— Я предлагаю тебе старую должность Аэлиты, руководителя моей службы безопасности. Не хочешь занять её место и показать, насколько ты лучше на этом посту?

— Разве у вас нет уже нового начальника службы безопасности?

— Да. Одсли Исии. Очень компетентный человек. Но я бы предпочёл иметь на своей стороне Сэндмена Слима.

— На зарплате вы имеете в виду.

— Именно. Что скажешь?

Я качаю головой.

— Я пробовал себя в роли наёмного работника в Золотой Страже. Спасибо, но сам по себе я работаю гораздо лучше. А прямо сейчас я вроде как занят, пытаясь спасти, видите ли, весь мир.

— Я думал, что твоё преследование Аэлиты было скорее личным делом.

— Это чертовски личное, но сейчас я гоняюсь не за ней.

Блэкбёрн откидывается в кресле. Складывает руки домиком.

— Ты имеешь в виду тот ёлочный шар?

— Это оружие, убивающее богов.

— Слышал эти истории. Бездоказательные.

— Думаете, когда Ангра Ом Йа топая вернутся, вы подкупите взбешённых древних богов поздним завтраком и VIP-вечером в Диснейленде?

Руки Блэкбёрна расцепляют домик и пренебрежительно отмахиваются.

— Ла ладно, Старк. Ты же видел небесные царства. Ты же не веришь на самом деле во всю эту чушь о старых богах и абсолютном оружии?

— Верю, потому что встречал одного из Ангра. Помнишь того призрака, который некоторое время назад прикончил мэра? Её зовут Ламия.

— Ты имеешь в виду ту маленькую девочку с ножом?

— Она перебила достаточно Мечтателей, чтобы дестабилизировать реальность. Если бы я не остановил её, она могла бы в одиночку уничтожить весь мир. А она всего лишь одна маленькая частица того, на что способны эти уёбки.

Блэкбёрн с минуту молчит. Всё у него на лице. Я тут пичкаю его страшилками о привидениях или говорю правду, и, возможно, ему и остальным повелителям Вселенной следует начать бояться?

— Я заглядывал в будущее Лос-Анджелеса и не видел ничего такого, что ты описываешь.

Я пожимаю плечами.

— Вы не видели, что собиралась сделать ангел. С чего вы взяли, что можете увидеть, чего хотят боги?

Он наклоняется вперёд, опираясь локтями о стол.

— Работай на меня. Я могу обеспечить тебе доступ к большим ресурсам, чем ты можешь получить самостоятельно.

— Спасибо, но я ужасен, серьёзно. Вы через неделю захотите, чтобы я сдох, — отвечаю я. — Но позвольте кое о чём спросить. Это вы держите копов от меня подальше? Может, расчищаете путь ровно настолько, чтобы мне пришлось работать на вас?

Он качает головой.

— Нет. Кто-то другой — твой ангел-хранитель.

— Кто?

— Понятия не имею. Но ты прав. Будешь работать на меня, и тебе больше никогда не придётся волноваться насчёт полиции.

— Я сказал вам, что мне уже есть чем заняться.

— Ты вдруг стал ужасно альтруистичным. Что случилось с монстром Старком? Кажется, я припоминаю, как какой-то тот ещё сумасшедший ворвался в мой дом.

— Я не знаю, что значит альтруистичный, но вполне уверен, что это не я. Я просто хочу уберечь нескольких людей, которые мне нравятся, от того, чтобы сгореть в пламени адского срача.

Он на секунду отводит взгляд, а затем снова смотрит на меня.

— Знаешь, ходит слух, что Комрама Ом Йа уже у тебя. Что ты нашёл Аэлиту и забрал его.

— Знаю. Слышал это сегодня. Узнаёте этого парня?

Я протягиваю свой телефон, чтобы Блэкбёрн смог увидеть фотографию Моcли. Он делает кислое лицо и отводит взгляд.

— Предупреждай, если когда-нибудь ещё соберёшься показать мне нечто подобное, — говорит он. — Не все так привычны к искалеченным телам, как ты.

Я забыл, что кровь и мёртвые глаза могут быть довольно отвратительны для обычных людей. Есть что добавить к списку правил этикета, который, клянусь, я начну вести завтра.

— Простите.

— Кто это был?

— Мясной орнамент на капоте городского автобуса. Он стрелял в меня сегодня после того, как я сказал покупателю, что у меня нет Шара Номер 8.

— Почему ты думаешь, что я могу знать этого человека?

— Я надеялся, что он мог быть одним из команды Аэлиты, когда она заведовала вашей службой безопасности.

Блэкбёрн качает головой.

— Аэлита сама заботилась о людях и держала их на расстоянии от домашних. Я никогда лично не был знаком ни с кем из них.

Было маловероятно, но я должен был попытаться.

— Если хочешь знать моё мнение, — говорит Блэкбёрн, — ты неверно на всё это смотришь. Ты видишь Комраму и сразу думаешь об Аэлите. А как насчёт конкурентов? Если у неё его больше нет — если она потеряла или прячет его — несомненно, в Лос-Анджелесе есть другие люди, которым бы хотелось наложить лапы на столь могущественный предмет.

— Включая вас.

Блэкбёрн качает головой.

— Соблазнительно, но не хочу иметь никаких дел с Аэлитой или с чем-либо, в чём она замешана.

— Рад слышать.

— Возможно, тебе также будет интересно узнать, что кто-то в Лос-Анджелесе недавно выставил на рынок некий магический предмет. Предмет, как утверждают, непревзойдённый по своей важности. Знакомо звучит?

— Думаете, у этого мудака есть