Начинаю читать, и с первых же слов меня захлестывают чувства.

Милая Люси,

Не могу высказать, как я вами горжусь, вами, и вашей силой, и переменами в вас. Когда я с вами познакомился, вы были слабой и печальной, небосвод вашей жизни тогда был затянут серыми и черными тучами.

А потом я увидел, как вы улыбаетесь, увидел, как прорастает в вас надежда. Вы напоминали семечко цветка, который нуждается в воде и заботе, чтобы расцвести, вырасти и окрепнуть.

Я пишу вам это письмо для того, чтобы поблагодарить вас. Оратор из меня никудышный, я, как и вы, предпочитаю взвешивать слова. Эти слова я, несомненно, суну в почтовый ящик перед тем, как отправиться на прогулку, я буду прогуливаться часами, чтобы вы успели спокойно прочитать письмо в мое отсутствие.

Мне хотелось бы, чтобы вы знали, как я вам благодарен за то, что вы дали мне не просто крышу над головой – нет, куда больше. Вы дали мне новую семью.

Я с радостью видел, что после долгого отсутствия слова возвращаются к вам. Я знаю, что вы пишете так сосредоточенно, уткнувшись в свою рукопись. Надеюсь, наша с Рози история вас вдохновляет. Не сердитесь на меня за то, что я догадался, наша архивистка никогда не умела хранить секреты! Я знаю, что у вас получится хорошо. Прошу вас, когда закончите, отправьте ваш роман Карине, чтобы она стала хранительницей этой семейной истории.

И я вижу, как вы день за днем восстанавливаетесь. Ваши улыбки и ваш свет говорят мне о том, что вы готовы. Готовы бегать и танцевать.

Готовы уехать.

Вы готовы снова впустить краски в вашу жизнь. Время пришло.

Но вы, как и я, знаете: для того, чтобы продолжать восстанавливаться, надо сделать еще один шаг. И знаете не хуже меня, что этот шаг вы сделаете не в Сен-Мало, не на песке нашего пляжа.

А на парижских улицах.

Главное – не бойтесь и не тревожьтесь за Камиллу и Вивианну, я за ними присматриваю. И я знаю, что вы вернетесь, это «до свидания», а не «прощайте».

Теперь единственная ваша обязанность – позаботиться о себе. Вы это заслужили.

Люси, верните краски в вашу жизнь. Любуйтесь оттенками, тенями и светом.

Живите.

Дедуля-(не такой уж) – ворчун

Дочитываю письмо сквозь слезы. И когда я кладу его на кровать, из конверта выскальзывает карточка и с шорохом падает на пол. Заинтригованная, я наклоняюсь, подбираю ее и не верю своим глазам. Он осмелился?

Мне хочется рассмеяться.

К письму приложен подарочный сертификат.

На мое имя.

Курсы живописи в Париже.

Смотрю на дату. Занятия начинаются на следующей неделе. Поднимаю глаза к небу. Вот разбойник!

И тут подкатывает новая волна слез, она подхватывает меня и уносит. Так значит, мой дедуля отправляет меня топтать парижские улицы, чтобы вернуть в мою жизнь краски.

Он прав.

Это последнее препятствие, которое мне надо преодолеть. Вернуться в мой город.

Может быть, поговорить с Лионелем.

Разгрести мой туман и впустить в него лучи солнца.

Мне вспоминается, как я ночью застала Леонара, когда он что-то писал, и тут до меня доходит. Так вот что старик втайне готовил – писал письма каждой из нас.

Затем я приступаю к чтению другого документа: это письмо с координатами нотариуса, с которым Леонар предлагает нам встретиться как можно скорее, чтобы в присутствии Карины узнать его последнюю волю.

И на следующий же день мы все собираемся в строгом кабинете нотариуса, чтобы услышать, чего хотел наш дедуля. Карина приехала из Парижа вместе с Бастьеном. Они побудут с нами до похорон. Нотариус, сидящий за огромным письменным столом красного дерева, холодно и торжественно объявляет:

– Распоряжения, которые касаются вас: Леонар решил поручить управление своим предприятием, «Библиотекой счастливых», Камилле. Официальная наследница – Карина. Он также особо просил соблюдать важное и необсуждаемое условие: за Вивианной должно остаться место служащей. Через два года, когда Камилла получит профессиональный диплом, она сможет, если захочет, готовить свою выпечку в «Малуиньер». Несомненно, потребуется оборудование, и для этого Леонар оставил крупную сумму на развитие предприятия, он положил ее до своей кончины на счет компании. Разумеется, если придется производить работы, надо будет получить согласие семьи Шевалье, поскольку дом в ее собственности. Каждое изменение или приобретение должно обсуждаться и быть одобрено вами.

Вивианна с серьезным видом сдвигает брови и, похоже, обдумывает только что произнесенные нотариусом слова. Прищурившись, окидывает взглядом Камиллу, потом поворачивается ко мне и спрашивает:

– Так значит, после старого ворчуна я буду работать на девчонку?

Поскольку мы никогда не знаем, как истолковать слова Вивианны, то приучились выжидать несколько секунд до того, как отреагировать. И правильно сделали – потому что она улыбается и с непритворным воодушевлением выкрикивает:

– Потрясающе!

Все вздыхают с облегчением. Камилла, шмыгнув носом, признается:

– Да, это замечательно, но… как же мне будет его недоставать. А что делать, если появятся вопросы? Если понадобится помощь с управлением? Я только начинаю. И рискую все провалить…

Вивианна издает звук, отдаленно напоминающий «нет», потом с задумчивым видом потирает нос.

– Конечно, я со своей торговлей немножко прогорела, но все-таки продержалась больше десяти лет, прежде чем закрылась моя лавка. Все шло прекрасно, и так, несомненно, и продолжалось бы, если бы я не впала в депрессию из-за моего бывшего мужа. Он просто-напросто…

Мама, стараясь помешать Вивианне говорить гадости и снова начать оскорблять Марка, выдает изумительное:

– …распоследний прихиретник!

Вивианна кивает.

– Как очаровательны эти средневековые ругательства, просто прелесть! Так вот, Камилла, все, что я хочу сказать, – это что я смогу тебе помочь. Мне запрещено управлять магазином, но я знаю, как это делается.

Камилла, слегка успокоившись, благодарит Вивианну, а в моей голове зарождается идея, как поднять нам настроение. Закончив разговор с нотариусом и все бумажные дела с Кариной (она согласилась поддержать наш проект conceptstore), я предлагаю:

– А может, пойдем все вместе к нам в «Малуиньер»? Мы могли бы рассказывать друг другу истории про Леонара. Каждый по очереди вспомнит о чем-то, что мы пережили вместе с ним, или как он нам помог, или какой-нибудь его розыгрыш, понимаете? Просто чтобы подумать о нем и немножко посмеяться вместо того, чтобы реветь в три ручья?

Все соглашаются.