— Расул Рашидович… — поднимается с лавки. — Вы уже все?

— Нет еще.

Подхожу. Толкаю его ударом в горло и пробиваю в челюсть. Адреналин сворачивает кровь, перед глазами встает сочное марево, поэтому ухожу от греха подальше, разминая руку.

Пока еду по трассе, размышляю.

Жизнь интересна и непредсказуема. Когда на одной чаше весов оказывается все, что тебе дорого, уже не так важно, что на другой. Выбор слишком очевидный.

Нервно смеюсь.

Мое служение республике закончилось в момент сделки с Салтыковым. Как гласит народная мудрость, если к чистому добавить нечистое, то загрязнится все, а жить в грязи — не мой удел.

Моя женщина, моя семья должны жить в чистоте и в достатке. Обеспечить это, включая безопасность, — самая прямая мужская обязанность.

— Ну держись, старый мудак! — хриплю, не сводя глаз с дороги. — Я сделаю так, что от родства со мной ты до конца жизни не отмоешься.

Глава 54. Татьяна

Лето выдается мучительно жаркое. Такое, когда работа в офисе кажется спасением из-за кондиционера, но, как назло, мне предстоит сразу несколько показов в новом жилом комплексе.

Агент по недвижимости — человек, который, как правило, дарит приятные эмоции. Это подкупает. Все тонкости я, конечно, пока не уловила, но всячески стараюсь быть компетентной.

С тех пор как Расул уехал, я изменилась. У нас с Лукой есть настоящий дом, в который мы постоянно что-то покупаем, в том числе и для Хаджаева, есть автомобиль, работа. Та, что нравится.

Нет только его самого… И мне пришлось научиться с этим жить, не корчась от ежеминутной боли.

После работы я забираю сына из сада, и мы немного болтаем со Златой на детской площадке, пока он играет.

Вечером Лука долго плещется в ванной. Боже, как я радуюсь, глядя на него. Озорной, веселый. Здоровый физически и ментально ребенок.

Мой ребенок.

До сих пор не верится…

После водных процедур, вместо того чтобы заснуть, он без остановки болтает и просит почитать. Открываю книжку и тихим голосом, не вникая в сюжет, бубню, пока не замечаю, что сын сладко сопит. Ласково целую теплую макушку и поправляю разноцветное одеяло, а затем сама иду в душ.

Пока передвигаюсь по квартире, которую я так бережно обставляла по первому классу последние месяцы, в душе зарождается нетерпение. Открыв шкаф, пробегаюсь пальцами по мужскому халату, одиноко болтающемуся на вешалке.

Ежевечерний ритуал проходит как-то нервно. Быстро втираю в еще влажную кожу парфюмированный лосьон для тела, надеваю сорочку и шелковый халат, наношу ночной крем.

Долгожданное сообщение приходит, когда я пытаюсь вникнуть в сюжет новой книги. Это что-то вроде медитации. Выдуманным автором миром я хочу заменить свой, неприятный. Иногда получается.

Расул звонит по видеосвязи. Сразу, после того как на его «Спишь?» я отвечаю: «Конечно, нет».

Крепко сжимая телефон, рассматриваю широкие плечи, явно увеличивающиеся в размерах от звонка к звонку, гладковыбритое спокойное лицо. Очки в классической тонкой оправе. Пуговицы черной футболки-поло расстегнуты, ровно под кадыком берет свое начало длинный уродливый шрам. Иногда я прошу Расула снять футболку, чтобы проконтролировать, как все заживает, но сегодня хочу просто поговорить…

— Привет… Отдыхаешь?

— Читаю… — показываю книгу, прижатую к груди. Задерживаю камеру на кружевном шелке чуть дольше, чем полагается. Это тоже часть общения. — Ирвин Ялом. Ты обещал, что почитаешь.

— Не хочу лишний раз углубляться в надуманные психологизмы, — Расул отвечает расслабленно, отодвигая ноутбук.

Откидывается на спинку кресла и сцепляет ладони на животе.

— И что же ты сейчас читаешь?

— Что-то из боевой фантастики. — Кончики жестких губ дергаются.

— Все ясно. Стрелялки в космосе…

Расул смеется так, что даже его глаза улыбаются, потом замолкает и смотрит будто бы сквозь километры. Любящим сердцам они точно не страшны.

— Как вы там?..

— Хорошо. Воспитательница только жалуется. Твои беседы превратили Луку в монстра. Он теперь со всеми дерется.

— Он не дерется, а отвечает, Таня. Это первый шаг к уважению в мужском коллективе.

— А второй какой? Предупреди, чтобы я знала, чего ждать от вашего тандема.

Хаджаев лениво потирает живот, поднимает на меня глаза и подмигивает.

— Подцепить самую красивую девчонку. Лучше немного постарше.

— Ну спасибо, — задыхаюсь от возмущения. — Я и так комплексую из-за возраста.

— Совершенно напрасно.

— Я рано постарею…

— Не за красоту в тебя влюбился и не за старость разлюблю…

— Ого!.. Снова цитируешь своего тезку Гамзатова?

— Думал, ты не знаешь, сойдет за мое.

— Так… и почему «не за красоту»? — прищуриваюсь.

Хаджаев замирает, тяжело вздыхает и тепло на меня смотрит. В груди разливается вязкий кисель. Только от одного его взгляда.

— Я снова признался тебе в любви, а ты не услышала… — с укором говорит.

— Я тебя тоже люблю.

Прикрываю глаза, сдерживая накатывающие слезы.

Мы, конечно, шутим, флиртуем и обсуждаем философские темы. Все, чтобы не говорить о главном.

О том, что нас ждет впереди…

Вот уже два месяца советник главы Республики Хаджаев Расул Рашидович находится под следствием, без права выхода из дома. И он действительно оградил меня от всего. Я ничего до последнего не знала, жила в неведении, пока Злата не проговорилась, тогда-то ему и пришлось мне все рассказать.

Расул подставил себя. Разыграл сложную схему: принял взятку от местного бизнесмена за строительство торгового центра на земле, которая принадлежит республике.

Дело стало резонансным и показательным. И все получилось так, как планировалось. Как по нотам.

Дзаитовы самоустранились.

И Мадина, и ее отец, с которым приличные организации теперь не хотят иметь дел, потому что взятку Расул брал с учетом стопроцентной договоренности — генеральным застройщиком будет выступать фирма тестя.

В тот же день родители забрали свою дочь и сами подали заявление на развод. Через месяц брак был расторгнут по обоюдному согласию сторон.

Но Хаджаевым тоже досталось. И еще достанется. Бизнес Рашида вряд ли выстоит, но он принял эту новость стойко. Особенно когда узнал, кто именно виноват в покушении на сына.

Все закономерно.

Жизненно важно всегда видеть зло. Плохо, если оно оказывается припрятано в твоем близком, но еще хуже обнаружить, что зло — это ты сам. Для властного, не всегда справедливого старшего Хаджаева ситуация стала уроком.

Какой будет финал у этой истории?.. Что нас ждет? Реальный срок, внушительный штраф или Расул отделается условным наказанием?..

Покажет только время.

— Я тебя люблю, — вздыхаю в нервном порыве, часто моргая.

— Мы не виделись три месяца, — иронизирует Рас.

— Значит, моя любовь стала старше на три месяца. И крепче. Только и всего.

Качаю головой.

Не хочу