– Я знаю, Пол, знаю, – с горечью произношу я, с трудом удерживая с ним зрительный контакт и сдерживая слёзы. – И поверь мне, себя в тот вечер я уничтожила тоже, но так было нужно. Это было необходимо.

– Да зачем, мать твою?! Зачем?

– Затем, что мы должны были расстаться. Давно уже должны были, но ты отказывался это понимать. Ты хотел детей. Ты мечтал стать отцом, а я не могла тебе этого дать. И, как думала тогда, никогда не смогла бы. А я хотела, чтобы в твоей жизни было всё, о чём ты так отчаянно мечтаешь. Пусть даже не со мной. И я неоднократно предлагала тебе развестись, но ты и слушать об этом не хотел. Поэтому мне пришлось сделать тебе больно. Пришлось сделать нечто настолько мерзкое, на что я бы ни за что в жизни не пошла, если бы нашла другой способ оттолкнуть тебя от себя. Но ничто другое не смогло бы разрушить нашу крепкую связь. Ты должен был разочароваться во мне и возненавидеть. Только увидев меня с другим мужчиной, ты бросил бы меня и перестал отказываться от своих желаний.

Пол замирает на несколько секунд, по всему его телу проходит судорога. Я даже представить не могу, что именно он сейчас испытывает и как правда действует на него, да и не хочу узнавать. Иначе боюсь, развалюсь морально окончательно прямо на этом же месте.

– Ты реально считаешь, что я поверю, будто ты мне изменила из-за этого? Это же полный идиотизм.

– Это не идиотизм, а моя правда, которую я таю в себе уже много лет. И да, ты должен поверить, Пол. Просто отбрось эмоции в сторону, подумай как следует и ты поверишь, – я набираюсь смелости и подхожу к нему вплотную. Обхватываю ладонями его лицо, заставляя смотреть точно мне в глаза. – Посмотри на меня и вспомни нас. Вспомни, что между нами было. Неужели ты правда считаешь, что я была бы с тобой столько лет и параллельно трахалась с другими? Неужели я могла бы найти кого-то лучше тебя? Неужели могла бы годами притворяться, будто счастлива с тобой, а за спиной ходить налево? Мы же были не просто любовниками, а самыми лучшими друзьями. Не только мужем и женой, а одним целым, даже несмотря на огромное количество отличий. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда и не прекращали любить на протяжении долгих лет. Ты был моей жизнью, Дэвенпорт. Всей чёртовой жизнью, но я решила разрушить её, чтобы дать тебе возможность получить то, что я бы не смогла тебе дать.

В комнате опять повисает напряжённое молчание. Одни лишь частые дыхания рассекают звенящую тишину. Взгляды сталкиваются в немом поединке, сердце работает на убой, по телу прокатывается дрожь. И чем дольше Пол пристально разглядывает моё лицо, тем страшнее мне становится.

Страшно, что Пол не поверит ни единому моему слову и вновь назовёт меня лгуньей. Страшно, что оттолкнёт меня, пошлёт к чёрту и покинет квартиру, так и не выслушав до конца. Страшно вновь ощущать его ненависть, презрение и разочарование…

Однако бушующий во мне ураган страхов как по щелчку пальцев стихает, когда злость в любимом взгляде разбавляется толикой веры. Совсем крошечным проблеском, но это наполняет меня силами и надеждой на то, что Пол согласится выслушать меня до конца.

– Ты реально считала, что я хотел детей больше, чем быть с тобой? Ты серьёзно, Кортни? – с беспощадной болью проговаривает Пол, поглощая меня своим тёмным, отчаянным взглядом.

– Да, серьёзно. И так оно и было, Пол.

– Нет, не было. И я тебе неоднократно говорил об этом.

– Да, говорил, а также ежедневно пытался скрыть от меня своё истинное состояние, чтобы я не чувствовала себя виноватой. Но я же знала правду и всё чувствовала. А ещё видела, с какой тоской ты постоянно смотрел на витрины детских магазинов, когда мы проходили мимо. Или же когда ты смотрел, как дети играют на детской площадке во дворе. Я до сих пор помню твой взгляд в те моменты… Он убивал меня, потому что в эти моменты ты выглядел таким несчастным. И всё из-за меня. Сначала я пыталась игнорировать это и делать вид, будто не замечаю твою грусть. Пыталась убедить себя, что всё будет в порядке, что мы сможем быть счастливыми без детей и что через лет десять, пятнадцать ты не станешь жалеть о своём решении быть со мной, тем самым отказавшись от отцовства, но не смогла.

– И поэтому додумалась изменить мне, чтобы я начал жалеть о том, что был с тобой куда раньше, да? – он окольцовывает мои запястья и со злостью отрывает руки от своего лица. – Я правильно тебя понял, Кортни?

– В общем, да. Однако принять окончательное решение разрушить наш брак меня сподвигла не твоя грусть при взгляде на детей, а слова, которые я услышала во время нашего последнего визита к твоим родителям.

– Так тебе ещё и моя мать что-то наплела в очередной раз?

– Нет. Твоя мама в тот раз ничего мне не говорила. Эти слова сказал ты сам.

– Я? – Пол непонимающе хмурится, будучи не в состоянии вспомнить, что именно он сказал. Но это и неудивительно. Это было много лет назад. Плюс говорил он не со мной, а со своей кузиной. Пол точно не вспомнит, но зато я помню ту роковую фразу, что окончательно дала мне понять, что нам с Полом нужно расстаться.

– В тот день к твоим родителям приехали не только мы, но и твоя кузина Сюзанна с мужем и новорождённой дочкой. Я отошла в туалет, а, когда возвращалась, из коридора увидела, как ты держишь малышку в руках, и услышала твой разговор с Сюзанной. Она сказала, что тебе очень подходит роль папы. А затем в очередной раз спросила, когда же мы наконец созреем для ребёнка? Ты, как всегда, тактично ушёл от ответа. Не стал говорить, что это я являюсь проблемной стороной в данной теме, хотя в твоей семье и так все это знали, включая кузину и её мужа. Именно поэтому Сюзанна тогда задала тебе ещё один вопрос… – я прерываюсь, прикрывая глаза. Колючий шар тоски в груди по обычаю раздувается, будто прокалывая мою грудную клетку, стоит картине из того дня вновь всплыть в памяти.

– Какой? – спрашивает Пол, когда я слишком