Лишь звону моего телефона удаётся вывести меня из транса. В первую секунду влюблённая в Пола дура, живущая во мне, зарождает надежду, что это он звонит мне. Хочет сказать, что передумал, что жаждет отправиться в нашу квартиру и, словно куполом, накрыть меня своим горячим телом. Однако, стоит посмотреть на экран, как жестокая реальность бьёт меня по лицу отрезвляющей оплеухой.

Это всего лишь Мариса.

Звонит, чтобы уточнить, когда я буду дома. Джей-Джей уже проснулся и спрашивает, где мама. А мама тут умирает морально из-за мужчины, который попользовался ею, пока не надоело, и с лёгкостью попрощался.

Однако я не собираюсь и дальше скулить от досады, сидя в заснеженной машине в одиночестве. Постонала немного – и хватит. Нужно жить дальше. Как и раньше. Мой маленький здоровый монстр мне в этом поможет. Обязательно.

И это так. Все следующие дни до Нового года я практически не отхожу от своего мальчика. Только с ним рядом боль от расставания с Дэвенпортом уходит на второй план. Однако, стоит наступить вечеру, а Джереми – заснуть, как задача не думать о Поле усложняется до предела. Часы до момента, когда меня накрывает сон, невыносимы. Я ворочаюсь с бока на бок, прокручиваю наши с Полом встречи, представляю, чем он занимается без меня. И главное – с кем?

Эти дурацкие мысли не позволяют мне заснуть до середины ночи, и даже общение с Дарреном не помогает мне отвлечься. Хотя, нужно сказать, я перестала активно вести с ним переписки и отвечать на звонки по вечерам. Он очень мне нравится, но сейчас я не готова слышать другой мужской голос, пока в голове беспрерывно звучит голос Пола.

Я постоянно вру Даррену, что слишком занята новогодней суматохой, а он верит и не навязывается с общением. Какой всё-таки понимающий мужчина. Прелесть. Он лишь разок предложил мне встретить Новый год вместе, но я сказала, что у нас с Джереми уже намечены другие планы, которые слишком поздно отменять. На деле же никаких грандиозных планов нет.

Утром тридцать первого декабря я вожу Джей-Джея на новогодний кукольный спектакль, после дневного сна мы проводим время с Марисой, а когда она уходит к своей сестре на ночь, мы снова остаёмся вдвоём и проводим вечер так же, как и Рождество. Разница лишь в том, я больше не жду поздравлений от Пола. Знаю, что теперь он уж точно ничего не напишет.

В первые дни января я начинаю заниматься поиском работы. Мне жизненно важно начать выходить в люди и общаться с кем-то, помимо Джей-Джея и Марисы. Сын чувствует себя отлично. Теперь, будучи вдали от него дольше, чем пару-тройку часов, моя душа будет спокойна. Да и нужно начинать зарабатывать. Разумеется, деньги Пола ещё есть, но я уверена, что не успею оглянуться, как они закончатся.

Правда, когда я проверяю свой банковский счёт, я почему-то вижу сумму больше, чем рассчитывала увидеть. Странно. Открываю подробную расписку всех платежей, но никаких поступлений не вижу. Да и откуда им быть? Я ведь не работала последние два месяца. Диана со мной уже давно расплатилась, а больше я никого не фотографировала.

Просматриваю перечень платежей ещё раз, а затем и в третий. И только тогда замечаю, что вчера не был произведён ежемесячный автоматический платёж за ипотеку. Что за чёрт?

Звоню в банк, чтобы поинтересоваться, что за технические проблемы у них возникли, раз с меня не сняли деньги, и теряю дар речи, когда мне заявляют, что сумма за кредит была полностью погашена ещё две недели назад неким Полом Дэвенпортом.

Я впадаю в такой шок, что даже не уточняю, почему мне об этом не сообщили и как вообще умудрились провернуть этот платёж без моего ведома? Тут же сбрасываю вызов и, долго не думая, набираю Пола.

Пять гудков, бесконечное количество ударов моего сердца – и на том конце провода я наконец слышу знакомый мужской голос:

– Слушаю.

– Зачем? – с лёту задаю единственно волнующий меня вопрос.

– А поточнее можно?

– Зачем ты оплатил кредит за мою квартиру?

– А, ты про это.

– Да, зачем ты это сделал, Пол? Ты же сам сказал, что я и ста тысяч не стою, а потом оплатил кредит примерно в такую же сумму. Где логика?

– Я оплатил его не взамен на твои… услуги, – последнее слово он произносит тише, и я слышу шуршание в трубке, будто Пол куда-то идёт.

– А взамен на что? – теряя терпение, уточняю я.

– Ни на что, Кортни. Это просто был подарок на Рождество.

– Подарок? – я в полном ауте. – Не слишком ли щедрый подарок для своей… эм… работницы?

– Для меня не слишком. Я никогда не был жадным, тебе ли не знать. К тому же всегда любил делать подарки. А если дело касается женщин – так особенно. Даже если они мои работницы, как ты. Это всего лишь рождественский презент. Не раздувай из мухи слона. Или ты звонишь, потому что хотела какую-то левую безделушку от Cartier?

– Не хотела. Я вообще не ждала от тебя никаких подарков.

– Ну а я подарил. Есть ещё вопросы?

Вопросов море.

Всем ли своим работницам на Рождество он оплатил квартиру? Думал ли он обо мне все эти дни хоть немного? Где он сейчас? Что делает? С кем?

Но я благоразумно ничего из этого не спрашиваю, а просто выдыхаю:

– Спасибо.

А сразу после моё сердце подскакивает к горлу, перекрывает дыхание и на всей скорости падает вниз, потому что вместо голоса Пола в трубке на фоне раздаётся женский:

– Милый, я готова. Мы можем идти.

– Да, хорошо. Сейчас, – отвечает он мягким голосом и вновь обращается ко мне. – У тебя всё?

– Да… Всё, – произношу я на удивление твёрдо и сбрасываю вызов раньше, чем Пол произнесёт хоть слово или же я услышу, как другая женщина скажет что-то ещё. Мне хватило и предыдущей её фразы.

Милый.

Я готова.

Мы можем идти.

Вот так всего одной репликой я получила ответы на многие невысказанные вопросы.

Пол с другой женщиной. Вместе. Куда-то собирается идти. А обо мне он даже не думал вспоминать все эти дни, пока я каждый вечер изнывала от тоски по нему.

Опускаю руку с айфоном и до боли сжимаю его в ладони. Кажется, ещё немного – и корпус треснет так же, как трещат все мои органы. Но в этот раз не от досады, а