Мужчина хмыкает:

— Может быть, тогда не следовало его снимать?

— Мы его не снимали! — я уже просто задыхаюсь от злости, Влад хватает меня за руку, но я тут же вырываю ладонь.

— Может быть, не следовало заниматься сексом в неположенных для этого местах? — снова спрашивает Виктор Андреевич, и я рявкаю:

— Нам нужен другой следователь!

— Дела распределяются автоматически, — усталым голосом говорит мужчина, но я не сдаюсь:

— Тогда мне нужен старший следователь, чтобы поговорить о вашем непрофессионализме, предвзятости и шейминге!

— Да пожалуйста, кабинет триста тринадцать.

Я тут же вскакиваю с места, выбегаю из кабинета и хлопаю дверью, не давая опомниться не то что следователю, но даже собственному брату.

Через минуту я уже отчаянно стучу в тот самый злополучный кабинет триста тринадцать, чтобы поговорить со старшим следователем. За дверью — полная тишина, никто не отвечает. Я стучу еще раз, уже более настойчиво и громко. Снова ноль внимания. У них что, тихий час, черт возьми?!

— Может, там сейчас просто никого нет? — спрашивает брат, подходя ко мне сзади и успокаивающим жестом проводя ладонью по моим волосам. — Ты же прекрасно знала, куда мы пришли, принцесса. Тут явно работают не самые трудолюбивые люди…

— Как и везде, — я закатываю глаза.

— Именно поэтому я предлагал взять частного детектива, — Влад кивает.

— И что же не взял до сих пор? — огрызаюсь я. Сейчас внутри меня столько злости, что спокойствие Влада меня откровенно выбешивает. Мне просто жизненно необходимо, чтобы он возмущался этому полицейскому беспределу вместе со мной! Над нами обоими посмеялись! Выставили виноватыми! Правы были все, кто говорил, что полиция без особого энтузиазма расследует такие вот скандалы. Как и все, связанное с сексом, впрочем… Изнасилования, например. Жертвы сексуального насилия тоже вечно сами «виноваты». Ну, знаете… «была слишком вызывающе одета», «спровоцировала преступника», «неудивительно, с таким-то макияжем и в мини-юбке»… Вы поняли, короче. Сплошной виктимблейминг.

— Немного некогда было, знаешь ли, — фыркает мужчина. Кажется, его немного обижает моя претензия. Тогда в мыслях я вынужденно признаю, что он прав: последние четыре дня были просто безумными, мы не успевали даже нормально есть и спать, какой уж там частный детектив…

Между тем, я снова стучу в день. Изнутри наконец раздается ленивое:

— Да занято, занято, неужели не понятно…

— Это что, туалетная кабинка, чтобы было занято?! — рыкаю я и распахиваю дверь едва ли не с ноги.

— Карина… — Влад пытается меня остановить, играя на данный момент роль разума в нашем тандеме, пока я — обнаженные эмоции, но это совершенно бесполезно: я уже вваливаюсь в кабинет и встречаюсь взглядами с ошалевшим сотрудником полиции:

— Это вы — старший следователь?!

— Майор Терентьев, старший следователь управления, к вашим услугам, — отвечает мужчина. — Вот только я же сказал — занято. Я вообще-то работаю и никого сейчас не принимаю.

— Ваш подчиненный, следователь Виктор Андреевич Астафьев, проявил непрофессионализм и неуважение при работе над нашим делом, — сообщаю я твердо, потому что меня все еще распирает от злости и я не собираюсь останавливаться. — Я прошу вас назначить нам другого следователя. Женщину. У вас в управлении вообще есть женщины?

— Дела распределяются автоматически, ничем не могу помочь, — все тем же ленивым и совершенно равнодушным тоном отзывается майор.

— Если мне не может помочь даже главный следователь, то кто может, в таком случае? — спрашиваю я, прекрасно понимая, что этот человек просто хочет от меня поскорее отвязаться. Даже не факт, что он сейчас реально занят чем-то важным. Вполне возможно, у него на экране компьютера разложен пасьянс какой-нибудь карточной онлайн-игры. — Разве вы здесь не для того, чтобы решать возникающие конфликты между своими подчиненными и гражданами, обращающимися за помощью?

Майор Терентьев тяжело вздыхает и спрашивает:

— Что у вас за дело вообще?

— Дело о сталкинге, съемке и выкладке в сеть фото интимного содержания и угрозе выложить видео, если не будет заплачен выкуп.

— А! — сразу отзывается мужчина. — Я понял. Вы госпожа Кеммерих, видимо? А это — ваш… брат? любовник?

— Мы не являемся братом и сестрой, — Влад закатывает глаза, наконец вступая в диалог, чему я очень рада: одной мне приходится непросто.

— И что же натворил Виктор Андреевич, которому поручили дело? — спрашивает старший следователь.

— Он обвиняет нас в съемке видео, — говорю я. — И в том, что мы…

— Что мы неправильно выбрали место для занятий любовью, — подхватывает Влад, спасая меня от необходимости проговаривать это самой.

— Это обвинение потерпевших, — заявляю я. — Откровенная насмешка. Шейминг.

— Слишком много сложных слов, — майор вздыхает. — Но дело действительно очень резонансное, им заинтересована пресса. Вы ведь не собираетесь жаловаться на нашу работу журналистам, госпожа Кеммерих?

— Вы делаете все, что можете? — усмехаюсь я.

— Именно.

— Вот только если до первого сентября преступник не будет найден, видео сексуального содержания утечет в сеть, и виноваты будете именно вы, майор, так как это ваша обязанность — следить за успешным продвижением расследований. И репортеры будут счастливы перемыть вам косточки.

— Что вы от меня хотите? — мужчина трет переносицу. Он бы и рад послать меня к чертям собачьим, но позориться в прессе совсем не хочется, так что я нашла правильный рычаг давления.

— Чтобы вы направили на расследование нашего дела не одного, а трех следователей минимум, — говорю я. — И чтобы процессом руководила женщина. Как правило, женщины оказываются более понимающими и сочувствующими, когда речь идет о подобных секс-скандалах.

— Ладно, — майор отмахивается. — Я позабочусь об этом и буду лично следить за ходом вашего дела.

— Отлично, — я киваю. — Надеюсь, мы не будем разочарованы.

— Довольно ловко ты с ним обошлась, — восхищается Влад, когда пятнадцать минут спустя мы выходим из полицейского управления на улицу. Как раз начинает накрапывать дождь, так что брат быстро раскрывает над нами большой черный зонт, а я беру его под руку и шагаю через лужи.

— Нам все равно нужен частный детектив, — говорю я спустя минуту.

— Хорошо, — мужчина кивает. — Займемся этим сегодня?

— Да, разумеется. Учитывая, что через пять дней начинается турне, и мы будем заняты еще больше… когда, если не сегодня, блин?!

— Окей. Но сначала — еда. Я ужасно проголодался.

— Конечно.

Мы отправляемся на обед в ближайшую кафешку. Заказываем тыквенный суп, овощное рагу и компот. Там же, воспользовавшись планшетами и бесплатным вай-фаем, начинаем поиски частного детектива. Параллельно приходится отвечать на рабочие звонки: Лиля согласует с нами несколько интервью, Маруся сообщает последние даты турового графика, Анна Александровна расспрашивает про поход в полицейское управление и просит прощения, что не смогла присоединиться. Я хвастаюсь, что заставила