Вивиан была единственным хорошим, что было в моей жизни столько, сколько я себя помнил. Моей единственной постоянной. Я бы никогда это не испортил. Даже если сейчас мысль о том, чтобы довести ее до оргазма, не выходила у меня из головы. Этот придурок-бывший ни разу не подарил ей удовольствие. Никогда не изучал, не пробовал ее сладкое тело на вкус. Мне хотелось его избить, но, если честно, маленькая часть меня радовалась, что он не получил этого от нее.

Да, я мрачный ублюдок.

Жадный ублюдок, когда дело касалось Вивиан Томас.

Я хотел для нее самого лучшего и точно знал — это не я. Но уж точно и не этот изменяющий мудак.

Я решил пойти в ванную и принять холодный душ — это был единственный шанс хоть немного поспать. Завтра у меня смена в пожарной части, а в последнее время в Хани-Маунтин творился ад — пожары, вызовы по медицине, все подряд.

Холодная вода стекала по спине, а я уперся лбом в кафель и сжал член, представляя, как Виви извивается подо мной, пока я довожу ее пальцами, языком, членом.

Я этим не гордился.

Это был не первый раз, когда я кончил, думая о своей лучшей подруге, но первый — когда мне захотелось воплотить это в реальность.

А этого не могло случиться.

Я кончил, быстро вытерся, надел вчерашнюю одежду и забрался под одеяло на диване. Вскоре меня я все-таки уснул.

Утром меня разбудил запах кофе. Я открыл глаза и увидел Виви с кружкой в руках. Сел, взял ее.

— Спасибо. Как ты?

Она плюхнулась рядом.

— Где-то между облегчением и желанием сдохнуть.

Я расхохотался:

— Ну выглядишь ты неплохо. Почему облегчение?

— Потому что мы поговорили о сексе. Мне это было нужно. Я всегда думала, что дело во мне, но после разговора с тобой понимаю — проблема была в Дженсене.

— Проблема точно была в нем, — я прочистил горло.

Не верилось, что она обсуждает это на трезвую голову. А у меня, черт возьми, от одного этого разговора с лучшей подругой ума не хватало держать все под контролем.

А мой член вообще молчать не собирался.

— Так ты правда не думаешь, что мог бы… ну… взорвать мне мозг? Сходить «вниз по улице» и показать, чего я лишилась? Научить паре приемов перед следующим парнем?

Я чуть не выплюнул кофе на стол:

— Господи, Пчелка. Предупреждать надо, прежде чем так спокойно такое говорить.

— Что? Ты же у нас «король секса». У тебя все только по-легкому. Почему это вообще проблема? — прищурилась она.

Я встал.

Мне нужен был воздух.

Пространство.

И еще один чертов холодный душ.

— Этого не будет. Переступить эту черту — значит все испортить.

— Потому что я тебе не нравлюсь в этом плане? — спросила она, и от уязвимости в ее глазах у меня сжалось внутри. Вот почему это опасно. Я уже делал ей больно, даже не дотронувшись.

— Вивиан. На этой планете нет мужчины, которому ты бы не понравилась. Ты охренительно красива.

— Так в чем проблема?

— Проблема в том, что ты — единственное хорошее в моей жизни, и я не хочу это потерять. У меня не так много хорошего, Виви. Ты знаешь, — я наклонился и поцеловал ее в макушку.

Она кивнула:

— Черт. Теперь мне еще любопытнее, чего же я лишалась. Похоже, нужно просто найти мужчину и все попробовать.

Я застонал:

— Я ухожу. Дай себе пару дней, прежде чем делать глупости.

— Помни, что я решала за тебя всю алгебру в последний год школы. Думаю, ты мне должен, — крикнула она мне вслед, пока я шел к машине.

— Кто ты и что сделала с Вивиан Томас?

— Ее парень изменил ей, потом быстро обручился, а про свадьбу сообщил, отправив приглашение всей ее семье. Пора Вивиан Томас развлечься, — она рассмеялась и выглядела чертовски мило, стоя в дверях в одной футболке, с растрепанным пучком на голове.

— Иди на работу, — бросил я.

Она махнула рукой и захлопнула дверь. А я подумал, что мысль о Вивиан с каким-то случайным мужиком выводит меня из себя. Когда она встречалась с тем придурком, все было безопасно: они жили далеко друг от друга, и ее отношения не мешали нашей дружбе. Когда он приезжал, я просто держался в стороне. В школе он мне не нравился, а потом стало только хуже. Но теперь… она свободна. Может делать, что захочет. И после нашего разговора о сексе похоже, что хочет она многое.

Да чтоб меня.

Я подъехал к пожарной части и поднялся внутрь.

— Толлбой жарит бекон и яйца, — сказал Расти, пока я поднимался по лестнице.

Расти был рыжим, так что хотя бы его странная кличка имела смысл. Толлбой же был от силы метр семьдесят, так что непонятно, почему за ним это закрепилось. Но готовил он на ура.

Кэп, отец Виви, сидел за столом и жестом позвал меня рядом.

— Девчонки сказали, что Виви расстроилась из-за этого идиотского приглашения на свадьбу. Что он вообще думал? Каждый раз, когда приезжал, и двух слов связать не мог. Ничего там толкового не было. Потом, по словам Дилан, он ей изменил. Виви мне деталей не рассказывала, но Дилан, конечно, не упустила шанса пройтись по нему. Не думаю, что она скучает по нему, но, знаешь, предательство и вот эта скорость, с которой он пошел дальше, — это все равно больно.

— Он мудак. Он мне никогда не нравился, — буркнул я, наливая себе апельсиновый сок.

— Скажи уже прямо, что думаешь, — рассмеялся Биг Эл.

Я закатил глаза. Я всегда говорил, как есть, и либо принимали это, либо нет. Мне было плевать.

— Это и есть прямо, — ответил я.

— Так этот урод уже женится? — спросил Сэмсон.

— Ага, — подтвердил Джек, жуя яйца.

Я положил себе еды и начал есть.

— О ком речь? — спросил Рук. Он недавно в нашей команде и очень старался влиться.

— Бывший парень дочки Кэпа — мудак, — пробормотал Литл Дики. Он и Рук выпустились из академии вместе, но я быстро понял, что Дики до усрачки боится огня. Его звали Ричард, и в академии стали звать Литл Дики, чтобы поддеть, а Руку, по сути, повезло с прозвищем. Хотя, когда он перестанет быть новичком, возможно, пожалеет. — И она — лучшая подруга Нико.

Дед