Сама себя не узнаю. Не помню, чтобы у меня было такое подавленное настроение.

Но кое-кто хочет его еще больше "улучшить".

— Дана Тимофеевна!

Голос Шульгина звучит одновременно радостно и очень недобро. Улыбка сияет, а взгляд так и пронзает насквозь.

— Максим… У вас тут снова дела?

Хочу пройти мимо, но бизнесмен преграждает путь к парковке.

— Нет, я приехал, чтобы увидеть вас.

Мне хочется застонать. Ну вот зачем я сказала про него Алисе?! Даже слезы наворачиваются.

* * *

Макс

Зачем я приехал? А хрен знает. Хотел все услышать из первых уст.

Из ее уст… Которые она сейчас судорожно напрягла и часто моргает. Неужели реветь собралась? Я был настроен встретиться с язвой.

Какое-то время Дана стоит, опустив глаза. Явно старается взять себя в руки.

Я не мешаю.

— И зачем же я вам понадобилась?

Она поднимает взгляд. В нем нет слез, но он сверкает. Так мне больше нравится.

— Да вот… Нарисовалась проблемка. Как выяснилось.

— Выяснилось? — поджимает губы.

— Угу.

— И что же вы узнали? — смотрит скептически.

— Что я, оказывается, гноблю молодых сотрудников. Свободу не даю, штрафую.

— А для вас это новость?

— Именно. Может быть, расскажете подробнее?

Не то что бы я люблю слушать про себя гадости. Порой мне все равно, но удовольствия точно не получаю. Но сейчас мне хочется узнать всё, что она обо мне думает.

— Вы не узнали? — морщится. — Или времени нет, так же, как принять сотрудника, который ищет справедливости? Поставили охрану, чтобы гнали всех.

— По-вашему, я должен беседовать со всеми, кто захочет? Да мне жизни не хватит. А без охраны в приемной будут драки.

Дана сводит красивые брови. Явно хочет выглядеть строже и старше, а выходит с точностью наоборот. По опыту она еще совсем девчонка. К тому же эмоциональная.

Но что-то от училки в ней все равно есть.

— Нормы поведения должны быть и у охраны. У вас же не тюрьма.

— Безусловно. Я разберусь.

Ее строгий тон на меня действует. Срабатывает какая-то детская память.

— А в том, что у вас сотрудников подставляют и держат за рабов, не хотите разобраться? Ведь вы тут, судя по всему, тоже не при делах? Виноват кто-то другой.

Ух. С учителями в школе я не ладил. Два моих старших брата нормально учились, Антон так вообще хорошо. А я, привыкший отстаивать свои права дома и во дворе, быстро получил славу хулигана.

Ко мне относились с повышенной строгостью. А я еще добавлял — мог поспорить с учителем или не выучить откровенно скучное задание.

— Я уже начал разбираться, — "докладываю" Дане.

— Ну-ну.

Качает головой. Точно также мне не верили, что мелкие Таня и Коля уничтожили мою тетрадь с домашкой.

Разминаю плечи и шею, сбрасываю наваждение. В конце концов, я взрослый состоявшийся мужик!

— Я не отслеживаю увольнение каждого консультанта, — перехожу на холодный тон, — но для этого случая делаю исключение. Раз уж мою родню поставили на уши.

Не столько из-за родни я здесь, но…

— Юра знает, что я рассказала?

Она распахивает васильковые глаза, и там… страх? Неужели этот пацан гнобит ее?

За меня даже мать никогда ничего не просила. Хотя в особо сложной ситуации мама сделала бы все для нас, в обычной жизни мы были самостоятельными. И это в детстве.

Жених Даны далеко не ребенок, хоть по ощущению не скажешь. Но девушка изо всех сил хочет ему помочь.

И типа огребет за это?

Мне все больше интересно, что там вообще за пара.

Я помню ту речь про безусловную любовь, которую она толкнула в номере. Как искренне она любит жениха. Просто так и не за какие-то плюшки.

Реально?!

Чувствую, что раздражаюсь.

— С Юрием мы обязательно должны пообщаться. Как по-другому закрыть эту тему? Хотя… есть вариант.

* * *

Дана

Шульгин меня одновременно бесит и пугает. Хотя боюсь я не только его самого. Боюсь реакции Юры на всё вот это.

Пообщаться они должны…

— Какой вариант? — хватаюсь за соломинку.

— Мы сами с вами всё решим.

Таращусь на Максима, а тот внимательно смотрит мне в глаза. Серьезен.

— Вы же не думаете… что я… что я с вами…

Не договариваю — пересплю. Такое решение он придумал?!

Глупый мозг тут же подкидывает картинку! Я и Шульгин… Номер отеля, похожий на тот люкс.

— Вы поедете со мной в командировку.

Это так теперь называется?

— И что мы… будем делать там?

— Будете отрабатывать долг своего жениха, — усмехается.

Даже глазами смеется. Весело? В предвкушении?

— Вы за кого меня принимаете?.. — ахаю. — Снова за проститутку?

Не могла сдержаться. А Шульгин уже хохочет вовсю.

Жду, когда это закончится.

— Дан, на этот раз я предлагаю вам работать в прямом смысле. Поможете мне в бизнесе.

Понятнее не стало.

— Но я не разбираюсь в бизнесе! И у меня уже есть работа.

— Я знаю. Как и то, что скоро у вас каникулы. Сможете поехать со мной в Красноярск.

— Куда?!

Думала, он за границу махнуть планирует. А не в Сибирь.

— Может быть, я отвезу вас домой или куда-нибудь поужинать? Заодно все обсудим…

— Нет! — обрываю бизнесмена.

— Будем стоять посреди тротуара?

Мимо уже прошли две мои возрастные коллеги. Скоро Галка выйдет, та вообще впадет в шок.

— Идем туда, прогуляемся немного, — киваю на сквер.

Он через дорогу. Когда переходим, Шульгин опускает ладонь мне на спину. Инстинктивно, как будто в желании защитить, если что.

Конечно же, я умею ходить по светофорам. И в этот скверик мы часто бегаем с Галей. Вот здесь на углу берем молочный коктейль или кофе, а потом сидим на лавочке.

Но все же от жеста Максима мне стало… приятно. И снова я чувствую странное доверие.

В сквере Шульгин убирает от меня руки. Мы вновь переходим к делу.

— Зачем я вам в командировке?

— Мне нужна спутница, — Макс серьезен, — регион, куда я еду, не столичный. Там к холостякам относятся с куда большим подозрением.

— Вы хотите, чтоб я сыграла вашу жену? — мои глаза округляются.

Раньше я такое только в книжках видела.

— Нет, — усмехается, — до такой степени врать я не намерен. Вы будете в качестве моей помощницы. Очень личной помощницы.

— С интимом? — уточняю тихо.

Макс насмешливо щурится.

— Все именно так и подумают. Что у меня абсолютно здоровая личная жизнь.

— С чего бы? — хмурюсь.

— Ну, со мной рядом везде и всюду будет красавица, которая не участвует по факту ни в каких делах.

Поджимаю губы. Играть полную дуру?

— Что будет за это для Юры?

Шульгин закладывает