Она хихикает.

– Ты меня раскусила. Его недавно перевели ко мне в отдел. Глупо, конечно, но когда он сказал, что бегает в обеденный перерыв, я решила: а почему бы и нет? Смахнула пыль с кроссовок и понеслось. – Теперь понятно, откуда это внезапное увлечение спортом. – Погоди, сейчас пришлю фотку. Я его тайком сфотографировала, когда мы стояли в очереди в кафе.

Звуковой сигнал оповещает о новом сообщении, и на экране появляется фотка. Иэн оказывается совсем не похож на Иэна из моего воображения. Он небольшого роста, волосы темные. Но он очень хорош собой, насколько можно судить по фотографии в профиль; Лиза любит такой типаж.

– Красавчик, ты права, – говорю я и понимаю, что этот простой разговор на девчачьи темы – то, что нужно мне сейчас. Я расслабляюсь и впервые за долгое время вздыхаю свободно.

– Но хватит обо мне и моих любовных делах. Что там у тебя? – спрашивает она, и я вновь вспоминаю о своих баранах. Тяжело вздыхаю и пытаюсь понять, с чего начать. – Начни с Дэниела – как у вас с ним? – У Лизы есть способность точно предугадывать, о чем я хочу поговорить, это просто удивительно. Наверно, поэтому она моя лучшая подруга.

– Ну, начнем с того, что он, кажется, влюбился по уши.

– В Ребекку?

– Ее зовут Бекка. – Я уже ее поправляла; странно, что шпионка не может запомнить, как зовут мою лучшую подругу здесь, в Волчьем особняке. Возможно, этот Иэн плохо влияет на ее способность к концентрации. – И ответ «нет». Кажется, он влюбился в меня. Точнее, в волчицу Эбби. Хотя нет, это тоже не совсем так. Я местами переставала притворяться волчицей и выпускала на волю настоящую Эбби, то есть себя… не велась на его нарциссизм, сбивала с него спесь. Видимо, ему это понравилось.

– О боже.

– Да. А Бекка съехала из нашей комнаты и сказала, что наша дружба обречена. Мое сердце разбито, Лиз. И писать посты все сложнее, чем ближе к финалу. Пост нужно сдать сегодня, а там полная ерунда. Короче, все катится к чертям, подружка.

– Все?

– Угу.

– Включая Джека?

– А, нет, с этим все нормально. Кажется. В последнее время мы редко видимся, слишком заняты на съемках. И я уже очень устала прятаться. А еще не знаю, как у нас получится встречаться, живя в разных странах, но боюсь об этом с ним поговорить…

– Эбс, – прерывает меня Лиза. «Эбс» звучит как тяжелый вздох.

– Что? – Обычно в такие моменты она дает мне мудрый совет и все налаживается.

– Тебе надо расслабиться. – Тоже мне мудрый совет.

– И как это, по-твоему, сделать? – раздраженно спрашиваю я. Нет, можно, конечно, вышить эти слова на подушечке или сделать мем. Ладно, сделаю мем, так уж и быть.

– Слушай, ты же с самого начала знала, что будет тяжело.

– Ну да, наверно.

– И у тебя было время – недели, даже месяцы – чтобы все продумать и подготовиться. Психологически, я имею в виду.

– Хочешь сказать, что я должна была это предвидеть? Это нечестно, Лиз. Откуда мне было знать, что я понравлюсь Дэниелу, ведь тут столько девушек намного красивее меня… и умнее, и успешнее…

– О Господи, Эбби, хватит себя принижать. Мы это уже проходили. Ты достойна его внимания не меньше, чем любая другая. Хотя это внимание тебе и не нужно. Поэтому да, ты должна была предвидеть, что, возможно, он в тебя влюбится.

– Но…

– Нет никакого «но». Если ты настаиваешь, что Дэниелу не за что тебя полюбить, как в таком случае быть с Джеком? Он тоже ненормальный, раз ты ему нравишься?

– Нет, – обиженно отвечаю я.

– Ты считаешь себя недостойной его внимания?

– Я… нет, не считаю.

– Вот именно. Чувствуешь противоречие? – Теперь чувствую. Но почему я раньше этого не понимала? Видно, попытки примирить мои несколько «я» отняли все мое внимание, и я упустила, что на самом деле у всех моих альтер эго много общего. – Эбс, ты слушаешь?

– Да, извини… я здесь. Просто задумалась, как можно было так ступить.

– Не будь так самокритична.

– Не буду. Мне твоей критики более чем достаточно. – Она усмехается.

– Слушай, я понимаю, что ты в растерянности, но много ли от этого толку? Знаешь, что я делаю, когда проблема по работе кажется неразрешимой? Начинаю с самой простой задачи, которая мне точно по плечу; затем перехожу к следующей по сложности и так далее.

Хороший метод, думаю я, хотя она, наверно, имеет в виду международный шпионаж, а моя проблема куда проще в сравнении. И все же ее совет помогает.

– Тогда для начала попробую дописать пост.

– Вот и отлично. Переключайся на Анастасию и дописывай пост, – говорит она, будто я пылесос, работающий в нескольких режимах.

Но если подумать, совет в самом деле хороший.

– Боже, Лиз. Ты права. Пост такой ерундовый, потому что я пишу его с личной точки зрения. Мне надо переключиться на Анастасию. Она же не знает героев лично, и ей дела до них нет. Ее задача – быть королевой сарказма, а моя – перевоплотиться в нее. Ты гений, Лиз. Спасибо.

Она смеется.

– Ты меня захвалила, Эбс, ну да ладно. Слушай, мне пора возвращаться. Тебе стало лучше?

– Думаю, да. Буду решать проблемы одну за другой, как ты советовала. И скоро же все кончится.

– Вот именно. Когда снимаете финал?

От этих слов у меня в животе ухает; я снова становлюсь заложницей своей пищеварительной системы.

– Завтра.

– Не забывай, начни с самого простого; сделай и вычеркни.

– Тогда напишу пост, а потом придумаю, что ответить Дэниелу, если тот меня выберет. Не дай бог, конечно. Бекку мне вряд ли удастся переубедить, если она услышит все те ужасные вещи, которые я про нее говорила в роли злодейки… после этого она, конечно, не захочет, чтобы мы были подругами. Зато я попробую выкроить время и поговорить с Джеком, хотя при мысли об этом у меня поджилки трясутся.

– Вот и молодец.

– Спасибо. Мне правда намного лучше, хотя хочется, чтобы следующие несколько дней незаметно пролетели и я уже вернулась в Лондон.

– Жаль, что я не могу это ускорить, – говорит она. Почему не может? А я была уверена, что технологи в Британской разведке давно научились путешествовать во времени. – Эбс, мне правда пора. Придется бежать всю дорогу.

– Да, прости. Беги.

– Я тебя люблю. Скоро увидимся.

– Непременно. Я тебя тоже люблю.

Я завершаю звонок, кладу телефон на карточный столик и таращусь на него.

«Дэниел,