— Какой-то парень в друзья просится. Кажется, мы его у театра видели.

В этот момент моя рука нащупала на столе любимую белую "пузатую" кружку, украшенную красным сердечком. Я взяла ее в руки и, наслаждаясь теплом, отхлебнула чай. Мысли о том, кто это может быть, пока не приходили, но вкус чая помог немного успокоиться и сосредоточиться. Кто это может быть?

— Кирилл, посмотри, он красив? Разгляди его полностью! — попросила я брата, слегка наклонившись вперед. И мы с Лилей залились озорным смехом.

Кирилл вздохнул, отрываясь от экрана телефона.

— Ладно, ладно, сейчас посмотрю твоего загадочного парня. Так, Милош Ионеску, значит… Тридцать один год недавно исполнилось. И… всё? Больше нет никакой информации, даже фотографии нет, только одна двухлетней давности — Я нахмурилась, ответ меня явно не удовлетворил.

Лиля откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Ну, все, нарвалась наша Аделька на маньяка, — игриво заявила она, внимательно изучая мою реакцию. В ее голосе сквозила какая-то странная смесь любопытства и… предвкушения?

Я не ответила сразу. Что-то в ее словах меня зацепило, какая-то фальшивая нотка, которую я никак не могла уловить. Лиля, с ее короткой стрижкой, которая, несмотря на длину, всегда выглядела безупречно уложенной, ждала моей реакции. Я чувствовала это по знакомому запаху геля для укладки, который, казалось, стал еще более резким в этой напряженной обстановке.

Однажды я прощупала ее лицо, отмечая каждую деталь. Ее красоту, родинку под левым глазом, пухлые губы, легкую горбинку на переносице. Я знала ее, как будто ощущала кончиками пальцев. Это была моя особенность, моя странная привычка — трогать людей, не в физическом, а в каком-то более глубоком смысле. Я изучала каждый миллиметр их сущности, впитывала их запахи, улавливала малейшие изменения в выражении лица. Это был мой способ понять мир.

— Он похож на подлеца? — спросила я, искоса поглядывая в сторону Кирилла, но все еще стараясь не поднимать глаз. Вопрос повис в воздухе, наполненный невысказанными опасениями и надеждой на опровержение.

— Аделин, я не могу судить по одной фотографии, вроде… нормальный, — ответил Кирилл, пожав плечами.

Уголки моих губ невольно поползли вверх, застыв в довольной улыбке.

— Тогда добавь его! — выпалила я, чувствуя, как предательский румянец расползается по щекам.

— Ты уверена? — резко одернула меня Лиля. В ее голосе сквозило явное предостережение, словно она видела то, чего не видела я.

— Ну-у, может быть, человек просто что-то хотел, автограф, например! — гордо заявила я, стараясь скрыть смущение за напускной бравадой. Улыбка растянулась на лице, становясь неестественно широкой. В голове уже вовсю роились самые невероятные сценарии, и я с нетерпением ждала, что же будет дальше.

— Заявка принята, — констатировал Кирилл, протягивая мне мой телефон.

Милош.

У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди, когда Аделин приняла мою заявку в друзья! Я даже невольно подпрыгнул на стуле от радости. В голове сразу куча мыслей зароилась: "Наконец-то!", "Что ей написать?", и "Серьезно ли у нее с тем парнем…?"

В общем, от переизбытка чувств я тут же написал Тиму и предложил ему сегодня вечером собраться у меня. Надо же как-то отметить это знаменательное событие! Ну, и заодно, конечно, поделиться с ним своими переживаниями и надеждами о скорой помолвке. Думаю, чем-нибудь покрепче будет в самый раз.

* * *

— Помолвка? Милош, она только что добавила тебя в друзья, — с ехидной улыбкой произнес Тим, поднимая пустую бутылку пива. Судя по всему, он уже успел опустошить немалую часть своего запаса.

Я лишь отмахнулся от его слов, как от назойливой мухи.

— Ты не понимаешь, Тим. Я по уши влюблён в неё. В её фигуру, в длинные волосы, в то, как она играет на скрипке. Когда я впервые услышал её музыку, в душе что-то щёлкнуло, словно она посеяла семена счастья в моём сердце, — бормотал я, уставившись в обшарпанный потолок своей коммуналки. Тим, похоже, не обратил на меня внимания, погружённый в свои мысли и пиво.

Он отставил свою бутылку, и его слова, произнесенные слегка заплетающимся языком, прозвучали как холодный душ:

— Ну а если она тебя не полюбит? Если ты забыл — у нее есть парень, или даже муж. В конце концов, она — звезда, а ты…

Он прав. Это абсурд. Между нами пропасть, которую не перепрыгнуть. Она — свет, я — тень. Она — музыка, я — какофония.

— Вор… Спасибо, что вернул меня на землю, друг, — сказал я, делая большой глоток пива. Холодная жидкость обожгла горло, но не смогла охладить жар, бушующий внутри. Он просто напомнил мне о реальности, о той непреодолимой стене, что возвышается между нами. Я — обычный парень, затерянный в толпе, а она — сияющая звезда, недосягаемая и прекрасная.

Глава 6

Милош.

Черт бы побрал этот будильник! Опять орет прямо в ухо. И солнце, как назло, светит вовсю, майское и наглое, пробивается сквозь эту несчастную занавеску. Но ладно, сегодня все по-другому. Сегодня я начинаю новую жизнь. Никаких больше темных делишек, никакой клептомании. Все, завязываю. Только я и мое навзячивое желание понравиться Аделин. Вчера так и не набрался смелости ей написать, трус. Надо это исправить. А еще сегодня с Тимом собираемся пошарить по городу в поисках работы. Может, хоть что-то подвернется. Главное, не сдаваться и помнить, ради чего я все это делаю. Ради моего изумруда.

Первым делом умылся и взбодрился чашкой крепкого кофе. Быстро оделся: белая футболка, поверх нее рубашка в черную клетку, и удобные черные джоггеры. Вышел из подъезда и сразу увидел Тима, который уже нетерпеливо слонялся туда-сюда.

— Здоров, Тим! — буркнул я, стараясь казаться более энергичным, чем чувствовал себя на самом деле.

— Ну ты и придумал, конечно, работу найти, еще и меня в это втянул. Бабы тебя совсем с ума сводят! — выпалил Тим, едва завидев меня. В его голосе звучала привычная ворчливость, но я знал, что он шутит. Просто Тим всегда так выражал свою "любовь" ко мне.

— Ну ты же не будешь все время заниматься воровством и жить на эти грязные деньги и… не "бабы", а девушка! — пробормотал я.

— Ну и хрен с тобой, идем уже! — нетерпеливо прорычал друг и пошел в сторону киоска, которые прирос корнями через дорогу от моего убежища.

День выдался отвратительным. Попытки найти работу, на которые я возлагал столько надежд, закончились полным фиаско. Ни мне, ни Тимофею сегодня не везло.

— Лучше бы