Она здесь! Она видит нас!

Я должен как-то это остановить. Пожалуйста, Боже, не дай ему причинить ей вред.

Причинить ей вред?

Демон обратил все свое внимание на Кейна. Его дыхание споткнулось. Он сражался со своим демоном раньше, показывал ему свой гнев, свою ярость и бешенство из-за того, что жизнь у него отняли — но он никогда не позволял ему чувствовать свой страх.

Женщина схватила его за руку. Внутри него его демон извился, обнажив свои ножевые клыки. Боль и замешательство излились из него, густые и удушающие, как дым, который он извергал. Затем он прыгнул вперед, и глаза Кейна зажглись, когда демон смотрел из них.

— Попался! — торжествующе воскликнула женщина.

Зрение Кейна прояснилось. Он уставился в широкие, медово-карие глаза женщины.

И его демон исчез.

Глава 2. Миган

Миган пошатнулась. Взгляд мужчины полыхал. А еще в его глазах было что-то, что прокатилось по ней волной жара, будто от костра.

Ощущение было… радостным.

Я схожу с ума, решила она. Но в одном я чертовски уверена.

Я потратила весь день, катаясь по горе в поисках этих несчастных собак и этих дурацких саней Санты. Я устала, голодна и все болит.

Но собаки в порядке. Сани Санты не разбиты.

И не только этот парень — единственный человек, которого я видела за много миль, он еще и появляется прямо рядом с украденными санями и упряжкой?

Он должен быть одним из придурков, которые их взяли.

— Это мой счастливый день, — пробормотала она, сильнее сжимая руку мужчины.

— Мой тоже, — выдохнул он голосом, похожим на карамельный соус.

Брови Миган гневно сдвинулись.

— Что? — вырвалось у нее, и по его лицу промелькнуло виноватое выражение. Она сделала шаг ближе к нему. — Даже не думай убегать! И… а-а-а!

Миган вскрикнула, когда под ее ногой провалилась снежная корка.

Она попыталась удержать равновесие, не отпуская мужчину. Его нога тоже поскользнулась, и они вместе чуть не упали. Запыхавшись, Миган выпрямилась.

И обнаружила, что смотрит прямо на… ключицы мужчины?

Она покачала головой. Этого не может быть. Никто не был настолько выше ее. И разве она только что не смотрела прямо в его глаза?

В его горящие, как костер, глаза с той дикой вспышкой радости в глубине.

Она встряхнулась. Проблема в том, что они барахтаются в сугробе. Нужно выбраться на твердую землю, чтобы снова заглянуть ему в глаза.

Нет, чтобы убедиться, что он не сбежит. О чем ты думаешь?

Под деревьями снег был не таким глубоким. Миган, крепче вцепившись в руку мужчины — его обнаженную, мускулистую руку, — выбралась на небольшой склон, пока они не оказались глазами к…

…губам.

Очень даже ничего губы. Неприлично привлекательные, мягкие на вид губы, обрамленные щетиной темной бородки.

Миган стиснула зубы и посмотрела вверх — вверх! — в глаза мужчины. Они не горели, конечно, потому что она это вообразила. Вместо этого они были поразительно голубого цвета, как вечернее небо сразу после заката.

Он смотрел на нее в ответ, его брови соблазнительно сдвинулись, и у нее упало сердце.

Ну конечно, такое могло случиться только с тобой. Ты два месяца выслеживаешь придурков, которые терроризируют Pine Valley, и как только удается поймать одного, у тебя, черт возьми, возникает к нему симпатия? Браво. Поздравляю, девочка, это официально самая тупая твоя затея за всю жизнь.

Она пришла утром на работу в Puppy Express1 и обнаружила свою коллегу Оливию Локки — Олли — в слезах. Парочка придурков явилась до открытия, вломилась в вольеры и украла шесть ездовых собак, которых Puppy Express использовал для катаний на санях в фильме «Страна рождественских чудес»2, а также сани Санты, которые они как раз готовили к рождественскому параду.

В другое время Миган, возможно, списала бы все на пару подвыпивших братанов, которые решили пошутить. Она бы все равно бросилась за ними — ни за что не позволила бы кому-либо рисковать жизнями милых туповатых псин, с которыми работала, но это был не первый розыгрыш, вышедший из-под контроля, от которого страдал Pine Valley за последние месяцы.

И Миган знала: если она хочет, чтобы к ее подозрениям отнеслись всерьез, нужны доказательства.

Она просто не ожидала, что найденные доказательства окажутся такими горячими.

Или такими полуобнаженными.

— Я не собираюсь убегать, — сказал мужчина. — На самом деле, не думаю, что смогу. — Его голос слегка дрогнул в конце фразы, и у Миган екнуло в животе.

Она снова посмотрела на него. На этот раз как следует.

На нем была куртка, но она была расстегнута наполовину, открывая голую грудь. Без рубашки. Его штаны были спортивными, что для зимнего дня в горах немногим лучше голых ног, не говоря уже о времени после захода солнца. Шнурки на одном из его ботинок были завязаны лишь наполовину.

Как только она преодолела шок от невероятно голубых глаз, стало невозможно не заметить глубокие тени под ними. И легкую дрожь, которая сотрясала его тело с каждым вдохом.

Миган выругалась про себя.

— Хороши же у тебя друзья, оставить тебя здесь в таком виде.

— Друзья? — Мужчина прозвучал удивленно. Искренне удивленно. Впервые Миган почувствовала проблеск сомнения.

Она открыла рот. Слова Ты знаешь, твои друзья, которые помогли тебе украсть собак вертелись на кончике языка, когда удивление на лице парня сменилось выражением тревожной, но несомненной вины.

— Ты выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание, — сказала она вместо этого. И не пришлось даже притворяться — в ее голосе прозвучала сама собой разумеющаяся забота, потому что ее искренне беспокоило, что если этот тип впадет в гипотермическую кому, она так и не получит ответы. — Давай, давай, черт возьми, Луни, что?

Луни — так прозванная из-за белого пятна в форме полумесяца на половине морды и уровней неукротимой глупости, сравнимых разве что с ее братом Паркуром — каким-то образом умудрилась вывернуться из упряжи и теперь срочно тыкалась мордой в ноги Миган.

— Я знаю, что ты пропустила ужин, детка, но… о черт. — Миган взглянула мимо Луни на остальных собак и перевернутые сани.

Луни тыкалась не ради угощений. Она была собачьим эквивалентом ребенка, который ноет: Мама, мама, мама, смотри, он делает что-то пло-о-о-хое!

— Паркур! Слезай оттуда!

Миган неохотно отпустила руку мужчины. Паркур — такой же пегий и как минимум в три раза более глупый, чем его сестра Луни — карабкался на бок саней Санты.

Саней Санты, которые перевернулись в снежном сугробе.

Саней Санты, которые перевернулись очень ненадежно в снежном сугробе, причем все