Он никогда не думал, что станет с облегчением думать о своих цепях. Но он никогда не думал, что освободится от Паркера.

— Давай двигаться. Мне нужно отвезти Миган в город на прием к гинекологу сегодня днем. — Кейн задержался в дверях. *Хм.*

Голос в его голове принадлежал Кейну, но подспудный рокот был целиком от адской гончей. Флинс склонил голову. Кейн был его альфой, и хорошим альфой, но Флинс по горькому опыту знал, как работают эти вещи. Если альфа говорит «прыгай», ты не ждешь, чтобы услышать «как высоко». Если твой альфа говорит хм, ты держишь рот на замке, пока он не закончит думать.

Кейн холодно посмотрел на него через плечо.

— Перед тем как уйти… еще кое-что.

Он подошел к сейфу, где хранилась недельная выручка Puppy Express, и просунул руку сквозь дверцу. Металл замерцал вокруг его запястья, когда он использовал силы своей адской гончей, чтобы сделать его неосязаемым, как туман.

Когда он вынул руку, в ней была пачка банкнот. Флинс наблюдал, как тот небрежно сунул их в карман.

— Что ты… — Он замолчал, когда его адская гончая вздыбилась внутри него, полная огня и ярости. Дым заплелся на краях зрения. Если бы он взглянул в зеркало, то увидел бы, как его обычно спокойные серо-голубые глаза превратились в плюющиеся адским пламенем бездны.

Его адская гончая сдержалась… едва. Кейн был его альфой. Флинс даже не мог представить, чтобы его адская гончая напала на своего альфу. Но…

Его адская гончая зарычала, низкий, свирепый гул, от которого зрение Флинса поплыло.

Флинс снова сел и вцепился пальцами в подлокотники кресла. Потертый винил треснул под его кончиками пальцев. Нет, не кончиками пальцев. Когтями.

— Босс, — выдавил он. Кейн бросил ему улыбку, которая говорила мы-здесь-все-друзья, и похлопал по карману.

— Пошли, — сказал он обычным голосом. — Я провожу тебя до дома и дам знать остальным, что они будут замещать тебя в сменах, пока мы не разберемся с этим.

— Но ты же… — Флинс замолчал, когда у него пересохло в горле.

Кейн уходил с деньгами в кармане куртки. И даже несмотря на то, что Флинс знал, что это какая-то уловка, испытание, и поскольку он это знал, его адская гончая тоже должна была знать, зверь внутри него выл от ярости.

Его голос гремел в его черепе. Нет! Выла она. Не в этот раз! Мы не позволим ему уйти с этим!

Флинс вскочил, не в силах остановиться. Его адская гончая рвалась наружу, вынуждая превращение, которое…

— Ладно, достаточно.

Альфа-авторитет Кейна обвился, как цепи, вокруг конечностей Флинса. Его адская гончая остановилась. Ее ярость все еще была там, но сдержана силой приказа его альфы. Грудь Флинса вздымалась, когда он хватал воздух. Он шлепнулся обратно на стул, как марионетка с обрезанными нитями.

— Это доказывает одну вещь, — сказал Кейн, усмехаясь. Флинс уставился на него. Он что, с ума сошел? — Не волнуйся, Фли. Возможно, мне не нравится их использовать, но если мои альфа-силы означают, что я могу остановить тебя от…

Не в этот раз! ревела адская гончая Флинса. Заставь его… останови его… наш альфа не должен…

Остальные ее слова потонули в вихре огня, отдающего серой. Позвоночник Флинса хрустнул, и он рухнул вперед, когда трансформация захватила его. Мышцы горели, он отчаянно пытался ухватиться за свою гончую, но существо из дыма и пламени ускользало от его хватки. Он преобразился во вспышке страха и ярости.

Страх излился из него. Он пускал щупальца, чтобы перехватить дыхание любого, кого найдет, вогнать острые кончики пальцев в позвоночники и затылки, заставить тени плясать на краях зрения, сделать каждый вдох короче предыдущего. Найдя добычу, он прилипнет к ней, как клещ, пугая, заставляя бежать. Начнется охота.

Он нашел Кейна.

Преображенная адская гончая Флинса заполнила тесную комнату персонала. Он нависал над своим все еще человеческим альфой, из пасти вырывался дым. Жажда охоты затопила вены Флинса — главный инстинкт его гончей, первобытный и неудержимый.

Злодей… чудовище… останови его… защити…

Голос его адской гончей выл в голове Флинса, выкрикивая слова отрывистые, но спаянные воедино ее костровой яростью.

Остановись! приказал он. Его слова исчезли, как папиросная бумага, поднесенная к пламени.

Его адская гончая кралась вперед, осторожно, тяжело ставя свои массивные лапы. Пол шипел, дым поднимался из-под его когтей.

*Не делай этого, Флинс.* Кейн все еще был в человеческой форме, но его голос ударил, как грузовой поезд. Неужели его адская гончая не могла его игнорировать.

Его адская гончая сделала еще шаг вперед.

На краю сознания Флинса затрещало осознание: остальная стая. Ману и Риз, двое младших адских гончих, были в домике Гиннессов. Позыв Флинса к охоте опалил края их сознаний, как спичка, поднесенная к растопке. Хаски, оставшиеся в вольерах, подняли вой, а те, кого Боб взял с детьми, замерли на месте, дрожа в предвкушении.

Кейн не отступал. Флинс чувствовал разочарование своей адской гончей: она хотела охотиться, преследовать. Она не могла преследовать того, кто не убегает.

Он наш альфа! закричал Флинс внутри своей головы. Остановись!

Ближе… труднее различить, ее человеческий разум не пылал, как у адских гончих, но сиял, как луна, с двумя драгоценными огоньками на близкой орбите — пара его альфы. Миган. Кейн тихо выругался.

Они слишком малы, чтобы охотиться, зарычала адская гончая Флинса. Слишком малы, чтобы защищаться. Если альфа не остановит его, стая должна… ЗАСТАВЬ ЕГО ОСТАНОВИТЬСЯ! МЫ НЕ ДОПУСТИМ, ЧТОБЫ ЭТО ПОВТОРИЛОСЬ!

Кейн бросил на Флинса взгляд, в котором мелькнуло нечто опасное, вынул деньги из кармана и швырнул их обратно в сторону сейфа. Без магии его гончей они отскочили от дверцы и упали на пол. Он выругался — на этот раз вслух — и наклонился, чтобы поднять их.

Флинс расслабился, когда его альфа засунул украденные купюры обратно в сейф. Вот, сказал он своей адской гончей. Довольна теперь?

Приемлемо. Мурашки побежали по затылку Флинса. Его адская гончая опустилась на задние лапы, выйдя из угрожающей стойки. Если он не сделает этого снова.

— Это нехорошо, — констатировал Кейн. Он не звучал расстроенным. Скорее… смирившимся. Он потер лоб, усталость залегла в уголках его рта. — Если бы я мог тебя контролировать, это было бы одно, но… Ты говорил, стало хуже с Рождества? А у Миган срок в конце месяца. Придется… черт. — Он понизил голос. — Жаль, что к этому дерьму нет инструкции.

Флинс превратился обратно. Ему удалось вернуть с собой одежду, но она была порвана и изодрана.

— Нет, — сказал он, задыхаясь. — Это то, что мне было нужно. Теперь я знаю, что не так с моей адской