— Это ведь не обычные облака?

— Если бы это были обычные облака, сделанные из воды, они бы просто заслонили Светило, вызвав затруднения при использовании магии. Нет, — Аэнгил покачал головой. — Это своего рода сгустки… даже не энергии, а её суррогата. Если это применение одного из положений Ночной Теории, не обошлось без жертвы… — он прерывисто вздохнул и сменил тему: — Видящие рассказали Гильдии, что полностью затянута область от Озогара до Шестигранника, и завеса продолжает расползаться. Дневное Светило Эленайи уже перестало быть источником энергии, и, скорее всего, чего-то подобного следует ожидать и от ночных Светил. Гильдия просит меня немедленно отправиться в Имбрэал. Призваны все маги, умеющие путешествовать через Преломление. Поэтому мы уходим, прямо сейчас. А где Роман?

— Не знаю. Рассмотрел облака и ушёл, мне велел ждать здесь.

— В любом случае, нам пора, — Аэнгил забрал у Виты рюкзак и закинул на плечо. — С магией могут возникнуть проблемы, поэтому придётся добираться до столицы через Преломление, расстояние слишком велико. Но сначала выйдем за черту города, — последние слова он уже говорил на ходу.

— Зачем? — удивилась Вита, семеня по лестнице следом за Аэнгилом.

— В Преломление проще всего заходить с плоского места, которое открыто свету максимально долго в течение светового дня, — пустился он в разъяснения. — Чем больше открытого пространства, тем легче. Посторонние объекты могут рассеивать и искажать энергию.

— А как же мы вошли в Преломление в Зе-Ро? И как ты выходил? — попыталась Вита поймать его на оговорке.

— Я же сказал «проще». При желании можно войти и выйти практически где угодно, лишь бы там обнаружилась хоть одна частичка света, — Аэнгил остановился на секунду и снисходительно улыбнулся, оглянувшись через плечо. Вите страшно захотелось дать ему тумака. — Кстати, выйти из Преломления гораздо легче, чем войти в него, и та полянка в Зе-Ро была прекрасно освещена. А теперь… не знаю, что будет. Но энергию надо бы поберечь, мало ли что, — задумчиво добавил маг.

Вите стало совестно. Как ни крути, он отдувался в Преломлении за двоих, а она ничем не могла ему помочь, — только повиснуть мёртвым грузом (нет, желательно не мёртвым).

— Прости, — тихо сказала она.

— За что? — удивился Аэнгил и приостановился. — Ты ни в чём не виновата. Кого и следует винить, так это Крадущих. Осторожно, здесь высокая ступенька.

На первом этаже сделалось шумно: дозорные при всеоружии мельтешили туда-сюда, перекрикивались и передавали друг другу разные предметы. Магическое освещение мигало как перегорающие лампочки, добавляя суматохи.

Роман нашёлся почти у самого выхода: стоял и отдавал распоряжения, сверяясь с книгой, которую держал правой рукой, — левой командир яростно жестикулировал, отчего от него буквально сыпались сиреневые искры.

— Доувер, продублируй ночной отчёт и передай копию Рысту! — гремел он на весь холл. — Стейн, пересчитать действующие Звёздные фонари и срочно отправить запрос на производство! Отрезать освещение пустых помещений! Не растрачивать ни одной лишней магической искорки, пока ситуация не стабилизируется! Шевелитесь, слошевы дети! О, простите, — тут же поправился командир, завидев Виту и Аэнгила. — Что сообщает Гильдия, мастер Римнай?

Аэнгил вкратце повторил то, что рассказал Вите. Роман кивнул, потирая подбородок.

— Значит, продолжаем действовать согласно плану. Проклятье. Крадущие, цареубийство, новая напасть… — командир на мгновение отвлёкся, вырвал из своей книги страницу и передал одному из дозорных, затем снова посмотрел на Аэнгила. — Позвольте спросить, — каким путём вы отправитесь в Имбрэал?

— Через Преломление, естественно, — ответил тот. — Время не терпит.

Роман, казалось, только и ждал этих слов:

— Тогда предлагаю вам воспользоваться Волной.

— Нет! — воскликнул Аэнгил. — Нет, я… я не могу. Это отнимет очень много энергии!

— Зато минимизирует потенциальные последствия от происходящего, — настаивал Роман. — Чем скорее вы окажетесь в Гильдии, тем скорее будет исправлено всё то, что натворили Крадущие.

— Что такое Волна? — поспешно вмешалась Вита.

— Артефакт, фокусирующий энергию. С его помощью даже не-маг в одиночку может ходить через Преломление, из любой точки любого мира, — с неохотой ответил Аэнгил.

— Это же хорошо, разве нет?

— Волна на короткое время абсолютно поглощает свет там, где была применена. Весь город останется без магии и в темноте посреди дня!

— И всего на несколько минут, — спокойно сказал командир.

— За эти несколько минут Крадущие…

— Им нужны вы двое, это яснее ясного, — перебил Роман. — Ещё и поэтому вы должны как можно скорее добраться до Имбрэала и Гильдии.

«Крадущих и там хватает», — подумала Вита, но вслух ничего не сказала.

— Хорошо, — Аэнгил сдался. — Тогда поспешим.

Глава 15

Роман быстро отдал подчинённым ещё несколько приказов, назначил Доувера старшим в своё отсутствие и выбрал себе в сопровождение нескладного тщедушного паренька, шлем которого то и дело сползал ему на брови; юный дозорный потешно дёргал головой и бросал взгляды в сторону Виты.

«Мои штаны им покоя не дают. Точно пора новую моду вводить», — со смешанным чувством тоски и веселья подумала девушка.

Она в своей одежде странно смотрелась на улице Ноктура — не потому, что носила очки, и не потому, что немногие эленайские женщины предпочитали брюки. Даже будучи уроженкой Эленайи, Вита являла собой воплощение чужеродности — одним своим присутствием, как Аэнгил в летнем городке Н в Зе-Ро. То, что никакой одеждой не изменить и не скрыть. Как сова и чайка — обе птицы, но одну с другой не спутаешь…

Люди высыпали на улицу, с тревогой смотрели вверх, расспрашивали суетящихся дозорных и бесцеремонно глазели на Виту, когда она попадала в поле зрения. Остро ощущая повышенное внимание к себе, она жалась ближе к Аэнгилу. Он не возражал.

Ноктурийский городской дозорный пункт состоял из большого главного здания, объединённого с казармами, и группы небольших причудливых сооружений геометрических форм — пирамиды, конус, цилиндр…

Роман и паренёк-дозорный, которого звали Лекс, повели Виту и Аэнгила к белому полукруглому строению, похожему на вкопанный в землю шар, разделённый на секции треугольными зарешечёнными окнами.

Путь от одного крыльца до другого занял