— М-да, — сказал Несс Хагвир, обойдя тушу дракона. На одном роге висело ожерелье с сапфирами, второй рог украшала тиара с жемчугом и бриллиантами. Золотые цепочки свисали с ушей и обвивали когти. Соединенные между собой ожерелья гроздью висели на шее. Хагвир поцокал языком. — Будто не знаешь, чем драконов будят!

— Да кого тут уже не было, и целители, и храмовники, и вольные маги, даже историк один, — встал на мою защиту Вирр. — Репортеры лезут, как осы на мед.

— И что, дракона историк должен целовать? Или репортер? Или все-таки любящая жена? — подбоченился Несс.

— Да как… — растерялась я. Мне такое и в голову не приходило.

— Целуй! — Хмыкнул Несс.

Коты переглянулись и активно закивали. Ну, раз так… мне не жалко.

Кончик носа как раз немного торчал из-под драконьего крыла. Если он дернется… или пыхнет огнем… или чихнет, меня затянет к нему в пасть, как перышко. Буду без бровей и ресниц, возможно, без скальпа, а возможно, и без головы. Перспективы завораживают.

Я чмокнула кончик носа не без робости. Не холодный, но и не горячий. Интересно, у драконов при болезни нос становится горячим?

— Нормально целуй! — Прошипела Синтия сзади. Ага, группа поддержки собралась. Не отвяжутся.

Обреченно выдохнув, я прижалась губами к шершавому носу и обхватила шипастую голову, насколько хватило рук. Минуту, две, три ничего не происходило. Поэтому я не видела, как Куш вдруг толкнул Вирра, но услышала, как он воскликнул:

— Семейный круг!

— Ну-ка, ребятки, живо в круг! — хлопнул ладонями по ляжкам Вирр.

Справа и слева от меня встали коты, потом Люси с Крисом, за ними волки один за другим прикладывали ладони к шкуре дракона.

— Хуже не будет, — Синтия решительно встала в круг. — Я же ваша невестка!

— Мы тоже не чужие, — засопела Доримена и подтолкнула Файрона.

— Но как-то… — засомневался дриад. Дори сердито пнула его по ноге.

Зато мелкие не сомневались. Они приняли все за новую интересную игру «Обними дракона» и тоже решили поучаствовать. Шани, как была котенком, ухватилась зубками за вырост на хвосте. Дани был в двуногой ипостаси, но это не мешало ему ухватиться за кончик крыла. А Рами залез на хвост верхом и обнял, как мягкую игрушку.

— Осторожно, на касаниях, — Куш закрыл глаза. — Кто умеет, присоединяйтесь, кто не умеет, думайте, как вы его любите! И зовите!

«Бред какой-то», — подумала я, прислонившись лбом к носу дракона. Справа и слева стояли теплые коты и от них веяло знакомой нежностью. Потом вдруг я ощутила… что-то. Твердое и чужое, что не хотело пускать меня внутрь, к мягкому беззащитному человеку.

— Упрямый какой, — прошептала Люси.

— Кто? — спросила Синтия.

— Драконище этот. Не дает пролезть, кокон создал и пробиться не дает!

— Ой, пафосу развели выше крыши! — разозлился Крис. — Давайте его щекотать!

— Мяф! — сказала Шани и укусила краешек хвоста. Кто как, но она всеми лапами всегда была за любое хулиганство.

Что-то внутри дракона удивилось, возмутилось, дрогнуло, и я вдруг ударилась коленями о гору золотых монет. Подо мной лежал Камран, живой, целый, но бледноватый и похудевший.

Он машинально, как-то очень по-хозяйски огладил меня по спине и ягодицам, и только потом открыл глаза.

— Я что-то пропустил? — Спросил Камран хрипло.

Я дала ему с размаху пощечину, потом поцеловала, а потом расплакалась, уткнувшись в изгиб шеи.

— Любимая, слезь с меня, пожалуйста. Не то, чтобы я возражал, но очень много советчиков рядом, — прошептал Камран.

— Получилось, — не веря своим глазам, выдавила Синтия. — Ах вы, паршивцы эдакие! Защекотали дракона!

Паршивцы получили по подзатыльнику, но это не помешало им радостно завопить и заскакать по саду в бешеной джиге.

— Мелких задавите! — спохватился Фай, выхватывая Шани из-под ног.

Коты подхватили Рами и Дани, и все вдруг заорали, запрыгали, замахали руками. Тонко визжа и раскинув руки, кружилась Ульрика.

— Бардак на выезде, — оценила я веселое буйство, неловко сползая с мужа. Как-то все силы разом кончились.

— Это семья, — Камран сел, потянулся и вдруг схватил меня в охапку. — Там, кажется, супружеские долги накопились?

Эпилог

Ликующая Люси вбежала в дом, хлопнув дверью. Люси окончила школу в Милограсе и ездила в Ратимиду поступать в академию.

— Я поступила! Поступила!

— Детка, никто и не сомневался! — Я обняла дочь.

Люси выросла настоящей красавицей, изящной, но невероятно сильной и гибкой, не зря волки их с Крисом гоняли в хвост и гриву. Княгиня Пантар гордится внучатой племянницей, и даже заговаривала о возвращении, но Люси и слышать не хочет о пантерах. Пока удалось отговориться учебой, а потом детка сама решит, нужен ей трон или нет. Заговор удалось раскрыть, убийц родителей Люси казнили, преступники, бросившие котенка в чужой стране, отправились на каторгу, лишившись титулов и имущества.

Принц Элмер, сменив на троне своего отца, обещание сдержал, позволил девушкам поступать в высшие магические заведения. На боевое отделение их по-прежнему не брали, но зато все остальные направления открылись способным и одаренным девушкам. Люси выбрала артефакторику. Кто бы сомневался?

Зато и дела в лавке почти полностью перешли под ее руку. Наши механические мастерские выросли, превратившись в головную боль гильдейцев. Правда, в последнее время Криспиан к созданию механических игрушек охладел. Зато миксеры, стиральные машинки с механическим приводом, кофемолки и велосипеды прочно вошли в обиход милограсцев.

Криса потянуло море. Впрочем, неудивительно. С тех пор, как Куш с Вирром купили бригантину и стали делать первые рейсы, его с корабля было не выгнать. Романтика морских просторов захватила его душу. Немалую роль сыграла, как я подозреваю, одна темпераментная русалочка, но про это тс-с-с!

Куш с Вирром рассказывали, что морской царь катается по воде на черном драконе, запряженном в огромную раковину, но им никто не верит, кроме меня. Но над местом эпической битвы драконов мы ежегодно опускаем в воду сундук с амулетами и артефактами, дары морскому народу.

Король, как только узнал о проснувшемся драконе Камрана, засучил ногами и потребовал графа нир Сагам немедленно вернуться ко двору и получить снова маршальский жезл. Это же какой аргумент для соседей! Дипломаты и дракон действуют лучше, чем просто дипломаты с их говорильней. Камран отбивался, но тщетно; Элмер тоже не хотел оставаться один и отца поддержал. Сейчас Камран полгода проводит в столице, а полгода в поместье. Вот уж когда порадуешься, что есть запасные мужья!

В чудесном поместье у моря растут наши малыши. Шани, Рами и Дани пойдут в этом году в школу. Ульрика превратилась в нескладного подростка с прыщами и страшно переживает по этому поводу, но мы ее поддерживаем.