— Я еще ничего не решил. Вы доказали свою преданность и заслуживаете награды.

— Преданность оборотней их неотъемлемая черта, ваше высочество, — вставила я с намеком. — Они не предают и не улыбаются в лицо, держа кинжал за спиной.

— Чего вы хотите? — резко спросил принц. Встреча явно шла не так, как он рассчитывал.

— У нас одно желание, ваше высочество, мир и процветание в стране.

— Чего вы хотите лично для себя?

— Подтверждения прав зверолюдов, ваше высочество. Нас начали притеснять, ссылаясь на ваши распоряжения.

На скулах принца появились красные пятна.

— Я разберусь, — бросил он нехотя. — Еще раз благодарю, господа. Улли, идем!

Но Ульрика прилипла к Вирру.

— Я хочу котика! — капризно заявила она.

Принц замер, растерянно глядя на дочь.

— Разве ты не хочешь к маме?

Ульрика так замотала головой, что кудряшки дыбом встали.

— Котика!

— Позвольте им поиграть в саду, ваше высочество, — попросила я.

Принц был вынужден согласиться.

С лужайки перед террасой «Королевской» донеся звонкий смех юной герцогини. Крис, Ульрика и оцелот играли в мяч. Развалившиеся по краям лужайки крупные серебристые волки следили за периметром.

— Понимаю, как они могли утащить взрослого мужчину, — сказал принц. — Они же ростом с пони! А Улли? Я никогда не слышал, чтоб она так смеялась.

— Оборотни обожают детей, а коты весьма игривые создания.

Две огромные зверюги с криками ярости кружили над заливом. Игнис вцепился в хрупкое крыло Камрана. Камран не разжимал зубов, держа Игниса за шею. Они так и упали вместе в воду. Прозрачная зеленая вода взметнулась воронкой и снова опала.

Глава 35

Я всей душой потянулась туда.

— Мать честная! — Охнул хозяин дома, когда я выцвела до прозрачности.

Я уже не слушала, стрелой неслась к морю. Миновала лес мачт, грозящих впиться в нежный живот. Кажется, тут. Выдохнула и нырнула в холодную воду. Поток пузырьков снизу подсказал, что место я нашла правильно. Я заработала ногами изо всех сил, но вода выталкивала меня, не давая погрузиться. Меня охватило отчаяние, я заколотила по воде, рыча проклятия. Если Башаланга подхватит тела, их никто никогда не найдет!

— Помочь? — Участливо спросил Орельен, выныривая рядом.

— Да! — Крикнула я и закашлялась. Легкие горели огнем.

Орельен довольно ухмыльнулся и схватил меня за руку. Вода расступилась, как масло.

В полумраке на белом песке лежали два дракона, так и не разжавшие зубов. Мелкие серебристые рыбки уже тыкались в них острыми мордочками.

— Который твой?

— Бронзовый.

— Ага, — кивнул Орельен. — Ты давай-ка в сторонку. Большие туши, тяжело двигать.

Набережная кишела народом. Несколько смельчаков даже вышли в залив на лодках. Хотя, чем они могли помочь? Ни одна рыбацкая лодка не рассчитана на дракона. Ни в качестве улова, ни в качестве пассажира.

Узкая волна стремительной лентой вынесла меня к берегу. Десяток рук протянулись с пирса. На плечи легла чья-то теплая куртка, доставшая мне до колен.

— В таверну, княгинюшка, там тепло!

— Нет, нет, подождите! — меня не смогли оторвать от поручней ограждения.

— Волна! Волна идет на город! — заорал дежурный с вышки и ударил в колокол.

Залив вздыбился горбом, вода будто вскипела и взвилась выше гор, встав сине-зеленой стеной и понеслась на город.

Через минуту все колокола в городе заполошно звонили. Народ с воплями мчался вверх по улицам, не разбирая дороги. Корабли снимались с якорей, пытаясь отойти подальше от порта. Пирсы и набережную захлестнула вода.

Какой-то краснорожий забулдыга вывалился из трактира «У Кальмара» на высокое крыльцо. Вместо мощеной набережной оказался по пояс в воде и мгновенно протрезвел. Взвыл и забарахтался.

— Графиня Сагам, тут опасно! — решительный молодой моряк оторвал меня от поручней и потащил вверх.

— Пустите!

— Мужей много, а жизнь одна! — упрямый верзила тащил меня, не обращая внимания на сопротивление.

— Сюда, сюда! — Старый Марко замахал руками с крыльца таверны. — На чердак! Авось не затопит нас!

— Да вы не понимаете! — Я рвалась обратно на пирс.

— Да что тут непонятного, в одночасье вдовой стать! — гномка Фиона сунула мне в руку дымящийся кубок. — Простыть насмерть решили? А деточки как же? Сиротками оставить хотите? Пейте!

Волна встала стеной перед замершим городом и вдруг опала, рассыпавшись брызгами. На набережной остался лежать бронзовый дракон со сломанным крылом.

Я отбросила кубок и помчалась к мужу.

— Будешь должна! — Орельен, красуясь, встал на хвосте и шутливо отсалютовал.

— Буду! — рыдая и смеясь, я бросилась тормошить Камрана. Как там в сказке, «Ты проснись, пробудись, мой сердечный друг»?

— И на кой нам тут труп дракона? — Раздался осторожный шепот. — Как убирать такую громадину?

— А может, его обратно того? В человека? Человека-то проще увезти.

Холодная мокрая рептилия не подавала признаков жизни. Постепенно вокруг собралась толпа. Ну никакой приватности в этом Милограсе!

— Застрял, — уверенно сказал моряк, дотронувшись до кончика хвоста. — Поздний оборот, так и останется теперь зверем. Графа же никто не учил быть драконом.

— Нигде драконов нет, а у нас будет! Вольер ему построим, — ответил кто-то жизнерадостно.

Я прижалась головой в груди, пытаясь услышать биение сердца.

— Пропустите, я целитель! — люди расступились перед уверенным мужчиной лет сорока, с седыми висками.

— Графиня нир Сагам? Маг жизни Грэм, — коротко кивнул он. — Такой исключительный случай!

Для целителей нет людей, есть интересные случаи. Я гневно прикусила губу.

Целитель достал завернутый в тонкий пергамент порошок и щедро посыпал им ноздри дракона, будто всегда имел с ними дело. Завел веко вверх, деловито ощупал шею.

— Драконья летаргия, — кивнул он сам себе. — Я про такое читал. Истощенный дракон засыпает и…

— Не просыпается? — Крикнул мальчишка, подсунувшись ближе.

— Погружается в подобие сна, но это не сон, он глубже. Зато так он не помешает наложить лубки на крыло! И раны обработать. Да.

— Мы тут портовый кран и платформу грузовую пригнали, — капитан Санторо протолкался через толпу и пожал мне руки, пытливо заглянул в лицо. — Да вы посинели от холода!

Наверное. Я была за толстой коркой льда и воспринимала шум и суету вокруг отдаленно, через мутноватую стену.

— Бренди! — кто-то протянул фляжку.

— Чистейший ром! Разве графиня будет твое пойло пить!

Капитан придирчиво понюхал содержимое нескольких фляжек и выбрал одну.

— Быстро, пять глотков! — приказал он, прижимая горлышко фляги к моим губам. Огненная лава прокатилась по рту и пищеводу, обжигая, выбивая слезы. В голове тут же зашумело.

— Что встали, якорь вам в печенку! — засвистела боцманская дудка. — Грузите графа! Аккуратно!

Погружаясь в зыбкое марево, я успела ощутить, как меня подхватывают сильные руки.

* * *

Выздоравливала я медленно. Красная мгла температуры и слабости сменилась потливостью и слабостью.