Его улыбка снова стала профессиональной и ничего не значащей.

— Удачи вам, Эйден. И вашему пациенту.

Я кивнул, больше не сказав ни слова, вышел из кабинета, прошел через торговый зал и вырвался на улицу. Солнце слепило глаза. Глубоко вдохнул, пытаясь смыть с себя ощущение наигранной любезности Горгана. Однако у меня в руках были ящички, а в них — шанс для спасения Грайма, так что все было не зря.

Вернувшись в лавку, с облегчением обнаружил, что всё спокойно. Люмин, услышав меня, проснулся и, стоя на задних лапках, приветственно пищал, упираясь в прутья.

— Привет, путешественник, — устало улыбнулся я.

Подошёл к клетке Грайма, отметив, что состояние не ухудшилось. Затем поставил сумку под стол, достал Люмина и накормил зеленью, что вчера принёс Борк. Пока зайцелоп с энтузиазмом хрустел морковкой, сделал себе бутерброд из колбасок и сыра. Еда была вкусной и сытной, но я почти не чувствовал вкуса. Все мысли были там, на столе с купленными травами.

Вернувшись, увидел, что Люмин уже закончил и сидел, умывая лапку.

— Молодец, — сказал я, сажая его обратно в клетку. — Чуть позже осмотрю тебя, а сейчас у меня важная работа.

Он посмотрел на меня своими огромными глазами, полными понимания, свернулся на сене и закрыл глаза.

Я подошёл к столу и подготовил рабочее пространство — чистый лоскут ткани, ступку с пестиком, небольшой горшочек для варки и чистую воду. Затем с благоговением открыл ящички Горгана.

Первым делом взял корень «Железной Воли». Он оказался твёрдым, как камень. Мне потребовалось несколько минут, чтобы острым ножом отрезать от него небольшой кусочек с ноготь большого пальца, остальное бережно убрал обратно.

Отрезанный кусочек положил в ступку, взял пестик, но прежде, чем начать растирать, закрыл глаза. Рецепт говорил, что корню требовалось магическое растирание и я без понятия, что это значило, но банальная логика подсказывала, что нужно действовать как с нейронником.

Стоило сосредоточиться, как магические каналы в груди откликнулись — слабое, но уже знакомое тепло разлилось от центра груди и потянулось к рукам. Нужно не просто измельчить корень, а активировать его, высвободить запертую внутри магическую энергию и направить её в нужное русло. Система подсказывала базовые принципы, но тонкости приходилось чувствовать самому.

Начал медленно растирать корень о стенки ступки. Сперва он лишь крошился, издавая сухой, скрипучий звук, но по мере того, как я вкладывал в процесс ману, что-то менялось — тёмно-бурая пыль начала светиться изнутри тусклым, медным светом.

Я не ослаблял усилий. Пестик двигался по кругу, дробил и превращал твёрдый корень в мелкую, сияющую пудру. Каждая крупица будто вибрировала, наполняя пространство низким гулом. В висках застучало — энергия уходила, но я видел результат.

Когда корень был растёрт в однородную, светящуюся массу, отложил пестик, взял два хрупких, почти невесомых цветка «Лунной росы» и аккуратно положил их сверху на медную пыль.

Контраст был поразительным — грубая энергия корня и нежная цветов. Они должны соединиться и дополнить друг друга, сбалансировать.

Снова взял пестик, но теперь движения были другими — лёгкими, почти ласкающими. Я не растирал, а скорее «вбивал» цветы в пудру корня, позволяя их энергиям смешаться. Лепестки таяли, растворяясь в медном сиянии, добавляя в него серебристые, холодные искорки. Запах грозы смягчился, приобрёл оттенок свежести, как после ливня в горах.

И вот, наконец, система откликнулась.

[Промежуточный синтез завершен]

[Получено: Порошок «Стойкость скалы» (промежуточный продукт)]

[Свойства: Концентрат регенеративных и стимулирующих свойств. Требует активации в жидкой среде]

Я открыл глаза, отдышался. В ступке лежала небольшая кучка порошка, переливающегося от медного к серебристому. Он пульсировал едва заметным светом.

Теперь нужно приготовить основу. Развёл огонь в очаге, налил в маленький горшочек чистой воды, и поставил его на решётку. Нужно довести её до состояния, когда со дна начнут подниматься первые, крошечные пузырьки воздуха, но не более.

И вот, момент настал. Я снял горшочек с огня, поставил на стол, взял ступку и медленно начал всыпать в тёплую воду сияющий порошок.

Реакция была мгновенной. Вода не зашипела, а засветилась. Медно-серебристое сияние заполнило горшочек, заиграло на стенках. Запах стал сложным, насыщенным. Я стал медленно, по часовой стрелке, перемешивать.

Порошок растворялся не полностью. Он образовывал в жидкости миллионы сверкающих микрочастиц, создавая эффект светящейся взвеси. Зелье готово.

[Синтез завершен. Задействованы базовые магические каналы (уровень «Зародыш»)]

[Получено: Зелье «Сердце Горы»]

[Свойства: Комплексное восстанавливающее средство. Мощно стимулирует регенерацию, подавляет бактериальную инфекцию, укрепляет иммунитет, поддерживает сердечную деятельность и тонус. Действие: 8–12 часов]

[Качество: Хорошее]

[Рекомендуемая доза: ½ от полученного объёма за один приём]

Я поставил горшочек в сторону, дав зелью немного остыть и «устояться», тем временем подготовил всё необходимое для Грайма: свежие тряпичные тампоны, смоченные в растворе «Железнолиста» и новые полоски ткани для дренажа, затем сел на табурет, вытерев пот со лба. Голова слегка кружилась, в груди было пусто из-за потраченной энергии, но внутри бушевала буря удовлетворения.

Вскоре зелье остыло до температуры тела. Я обработал стол, вымыл руки до локтей, подошёл к клетке, открыл её и осторожно, стараясь не причинить зверю боли, взял его на руки, перенёс к столу и уложил на правый бок.

Сперва обработал рану, осторожно сняв повязку. Промыл область вокруг дренажа свежим антисептиком, аккуратно удалил старый дренаж — полоска ткани вышла, пропитанная сукровицей, но без крупных сгустков гноя. Это хороший знак — значит, полость очищалась.

Промыл рану ещё раз, затем ввёл новый, чистый дренаж и наложил свежую повязку, не слишком тугую.

Теперь главное. Осторожно приподнял голову, стараясь держать её вытянутой, разжал челюсти Грайма, взял горшочек и медленно, по капле, начал вливать зелье в рот.

Первые миллилитры просто вытекли обратно, но я не сдавался. Помассировал горло, спровоцировав глотательный рефлекс. Грайм сглотнул. Снова. И ещё. Постепенно, за несколько минут, влил половину зелья. Оставалось только ждать.

Я положил руку на его грудь, чувствуя под пальцами учащённое, слабое сердцебиение. Прошло пять минут, десять. Казалось, ничего не менялось, но потом заметил, как его дыхание стало чуть глубже, хриплый оттенок начал сглаживаться.

Ещё через десять минут ощутил под пальцами на его животе, рядом с раной, лёгкое, едва уловимое тепло притока крови — зелье работало!

Облегчение, смешанное с дикой усталостью, накрыло меня с головой. Я бережно, с бесконечной осторожностью, перенёс Грайма обратно в клетку, уложил на сено, поправил повязку.

Он ещё не спасён — впереди часы или дни наблюдения, повторный приём лекарства, риск