— С одной стороны, ты прав. Но с другой — есть риск разоблачения. Такая орава просто не может не оставить следов.

— Допустим, — не сдавался я. — Тогда скажите мне, господин полковник, когда и на ком мне обкатывать бойцов?

— На летней практике. Я тут с княгиней Яриной недавно разговаривал. Она через своих людей из министерства Образования пробивает возможность отправить летом лингвистов на практику в очень горячее место. Также Беда приступил позавчера к подготовке бойцов жандармерии. Из них мы тоже отберём с десяток-другой надёжных, опытных воинов, что по «счастливой случайности» окажутся рядом с твоими ребятишками около границы размытия. Это поможет полностью скомпоновать сильный отряд прикрытия и даст его бойцам сработаться.

— Хорошая идея, Юрий Евдокимович. Думаю, что разбавить молодость опытом не помешает. Но война на границе размытия отличается от городских боёв. Поэтому я настаиваю на том, что кафедру необходимо приучать действовать среди построек уже сейчас.

После Кузьминок я намереваюсь подключить лингвистов и к криминальной войне между Москвой и Питером. Так к моменту Великого Размытия из них получатся бойцы не только сильные, но и понимающие систему ведения боя в наиболее сложных условиях — в самой столице. В противном случае будет много случайных жертв среди мирного населения.

— Я подумаю, Родион, — почти сдался Краснов.

— Подумайте, Юрий Евдокимович. А я пока продолжу планировать уничтожение деревенской банды. Хотите вы этого или нет, но все лингвисты примут в этом участие.

— Я запрещаю тебе это делать без нашего разрешения!

— Это всё слова, полковник. На самом же деле помешать вы мне не сможете. Противодействие с вашей стороны лишь усложнит ситуацию. Вы это должны понимать. Так что соглашайтесь прямо сейчас, и всем будет хорошо.

— Да, Родион… — грустно произнёс Краснов. — Что-то ты очень быстро зубки отрастил. Не по годам и не почину. Смотри! Заиграешься, и тебе клыки мигом вырвут. Мы не потерпим рядом с собой опасного человека, способного поставить под удар всю секретность нашей миссии.

— Угрожаете?

— Нет. Предупреждаю, чтобы не зарывался.

— Понятно. Но я беру ровно столько, сколько смогу унести. И ни на грамм больше. А вот вы идёте полупустыми. От этого устаёте без какого-либо толку. К тому же и хватку теряете, раз простой студент может вам, князьям да графам, ставить условия. Задумайтесь на секунду над моими словами. Просто так убрать меня уже не сможете. Незаметно я стал одним из важных звеньев в общей цепи противостояния Тёмному Князю. Убери меня — цепь сразу порвётся. А времени снова срастить её у вас уже нет.

— Высоко себя оцениваешь.

— Адекватно. Вспомните, сколько было сделано после моего появления в вашей компании. И ещё больше предстоит сделать. Мысленно исключите из расклада персону Родиона Булатова и посчитайте все проблемы от этого. Так что нам лучше дружить и сотрудничать, а не чинами мериться.

— Вот именно! Сотрудничать, а не ультиматумы ставить!

— Я, Юрий Евдокимович, решаю исключительно те вопросы, которые вы и остальные заговорщики по каким-то причинам боитесь затрагивать и обходите стороной. В ваши же политические игры не лезу. Ну, так и вы не лезьте в мои проблемы. Так что подготовка кафедры и ослабление криминального мира столицы лежат на моих плечах. Я жду от вас помощи, а не одобрения. Поэтому, извините, лингвисты скоро разнесут Кузьминки. И вы нас прикроете с тыла. Иначе вся секретность, которую вы так холите и лелеете, пойдёт псу под хвост. Надеюсь, доходчиво объяснил ситуацию?

— Непростой ты парнишка, Родион, — вздохнул полковник. — Иногда мне кажется, что разговариваю с матёрым волком намного старше того возраста, который он себе приписывает.

— Не волк, а более крупный и злой хищник, — усмехнулся я. — Именно такой вам и необходим в борьбе против Тёмного Князя. В подобной войне милым котикам не место.

— Может, ты и прав… Может, и прав…

Уже на следующий день я пришёл в Академию провести занятие для своей кафедры. Но не один. Вместе со мной явился и профессор Зудин. Студенты удивились присутствию самого Дракона на лекции, но тактично промолчали.

— Дамы и господа, — начал я. — Вы все знаете о своей роли во время Великого Размытия. Начальник боевой кафедры тоже в курсе происходящего. И присоединился он сейчас не из праздного любопытства. Для вас есть серьёзное, быть может, даже неприятное дело. В стенах Академии такому не учат, поэтому придётся поработать вдали от города. Наша цель: уничтожение большой банды, состоящей исключительно из кровожадных разбойников. На счету каждого из них не одна загубленная жизнь. Так что жалости к ним не стоит испытывать.

— Почему мы, а не полиция или жандармерия? — задал вопрос один из студентов. — Это же их профиль.

— Потому что вам пора привыкать убивать. Не просто выстрелить в далёкую фигуру, не поразить её на расстоянии своим Даром, а уничтожить, глядя в глаза жертвы, — честно и жёстко за меня ответил профессор Зудин. — Идея Родиона Ивановича, но я её полностью поддерживаю. Время теории и отметок подходит к концу. Пора переходить к страшным, но необходимым для каждого бойца вещам. Чтобы в нужный момент Великого Размытия вы не мучились моральными вопросами, а чётко исполнили важную миссию, возложенную на нас.

— От себя добавлю, — продолжил пояснения я, — что отсидеться в стороне ни у кого не получится. Во время акции по уничтожению банды мы вместе с профессором Зудиным будет отслеживать ваши действия. Ну а потом сделаем выводы, как лучше составить планы боевой подготовки. Нам не нужны красивые дуэльные позы. Во главу угла будет поставлена эффективность. У кого есть ещё вопросы?

Никаких вопросов не возникло, хотя половина студентов явно пребывала в некотором шоке. Мы с Драконом повесили на доску мною начерченную карту с расположением всех зданий в Кузьминках и стали объяснять, какая малая группа должна зачистить тот или иной дом.

На следующий день я вызывал каждого студента к доске и заставлял по памяти показать не только действия своей группы, но и остальных. Так как записей никаких не вели, то неточностей было много. Но сто раз повторённое быстро усваивается, поэтому на третьем занятии практически все ответили без ошибок.

Удовлетворившись этим, я приступил к следующей фазе подготовки кафедры. Объяснил, кто и каким оружием будет пользоваться, строго-настрого предупредив, что если кто применит Дар, то получит по шее вначале от меня, а потом и от Дракона. Мы — конкурирующая банда простолюдинов, а не одарённые студенты. Именно так нас должны воспринимать выжившие свидетели нападения. Ими будут исключительно женщины,