Новогоднее чудо
Глава 1
— Всё-таки гирлянды — это явно нечеловеческое изобретение, — проникновенно вещал Мирон, жестикулируя бокалом пива. Жидкость в сосуде периодически опасно приближалась к краю, что явно не нравилось сидящему рядом полковнику. Тем более, Эдик весь вечер пребывал в весьма дурном настроении и явно не планировал поддерживать светскую беседу об особенностях новогодних украшений.
«А мы начинаем наше шоу Новогоднее чудо»! — донеслось из висящего на стене телевизора. Молодой парень в ярко-желтом пуховике стоял где-то на уличном тротуаре и вдохновенно вещал в камеру с улыбкой от уха до уха. — «Мы будем подходить к случайным прохожим и стараться исполнить их новогодние желания! Вот, например, девушка! Девушка! Девушка! Что вы хотите на Новый год?»
Что ответила девушка, я уже не стал слушать, только краем глаза заметил, как парень дарит прохожей цветастый конверт с логотипом известного фитнес-клуба.
— Эдуард Алексеевич, вы же у себя в конторе наверняка всё знаете, — чуть ли не локтем в печень потревожил Мирон соседа, ни капли не обращая внимания на его кислую физиономию. — Кто изобрел гирлянды? Маг какой-нибудь? Или ведьма? Ну не могут простые фонарики просто так поднимать настроение. Явно же секрет какой-то…
— Андрей, может быть твоему другу уже хватит пива? — осведомился у меня полковник. — Попроси Артема, пусть ему кофе нальет. Или вовсе коктейль из свежих яиц сделает.
— Зачем? — пожал я плечами. — Сидим культурно, никого не трогаем. Тем более, после тяжелой работы отдохнуть святое дело.
— Еще бы работу вы сделали, так цены бы вам не было, — проворчал Эдик. — Андрей, ну я же объяснял тебе. «Артефакт здоровья» был нужен для очень высокопоставленного человека. У него три инфаркта на работе случилось, возраст уже давно не юношеский, а стране жизненно необходим именно он на своей должности.
— Чиновник не может быть жизненно необходим, — икнул в бокал Мирон. — Они все сплошь и рядом бюрократы и взяточники. В Конституции четко сказано, что всё в стране держится на плечах народа. Значит народу артефакт нужнее.
— Тем более, чего уже теперь переживать, — добавил я. — Артефакт все равно, судя по твоим рассказам, одноразовый.
— Как это чего переживать⁈ — вскинулся было Эдик, но затем только обреченно махнул рукой. — Что с вами, идиотами, разговаривать?
* * *
Заброшенную усадьбу купчихи Глуховой мы искали долго, кружа по дорогам и полям Рязанской области. Координаты Эдика оказались неправильными, а связь в этих местах отказывалась работать от слова «совсем». Не то что навигатор, даже обычные звонки по мобильному не проходили. А к исходу пятого часа поисков желание набрать господина полковника, оставшегося в Москве, становилось всё сильнее и сильнее. Набрать и обматерить по матушке.
К тому моменту, когда фары выхватили из вечернего пейзажа давно облупившиеся колонны полуразрушенного здания, на улице уже начало стремительно темнеть, так что разглядеть развалины целиком не получалось. Окна зияли слепотой, а само здание, казалось, втянулось в землю от старости и всеобщего забвения. Но именно сюда вели ниточки старых легенд и полустёртые записи в архивах, которые откуда-то выкопал Эдик.
«Артефакт Здоровья» — звучало, конечно, пафосно, но господин полковник клялся, что в этом названии нет ни капельки шутки. Чудодейственное средство, способное исцелить от любых болезней и омолодить на десятки лет. Эдик утверждал, что мы ищем небольшой, вырезанный из яшмы, амулет в форме древа жизни, способный исцелять недуги и даровать физическую крепость. В легенде говорилось, что артефакт может стать ключом к спасению для многих, но излечит только кого-то одного.
Кстати, очень интересно, для кого именно старается Эдик? Наверняка у человека есть деньги, и он сможет заплатить более, чем щедро. Здоровье по нынешним временам дорогое удовольствие, а уж дополнительные года жизни… Мирон наверняка опять машину поменяет, а я…
— Андрюха, мы похоже опоздали, — отвлек меня от мечтаний про несметные богатства напарник. — Смотри, машина какая-то.
— Может мы просто не туда приехали? — пытался разглядеть я через окно местность. Впрочем, лесные пейзажи уже давно слились для меня в нечто одинаковое и невыразительное, но сейчас возле обочины в свете фар виднелась небольшая иномарка. Из машины никак не получалось разглядеть, есть ли кто-то в салоне или нет?
— Ну ты же у нас хранитель карты, — пожал плечами Мирон и потянул из пачки очередную сигарету. — Тебе Эдик схему рисовал какую-то, фотографии давал. Смотри, сравнивай. Просто мне кажется, что мы на месте, но вот информация Эдика явно протухла.
— То есть машина тебя не волнует? — кивнул я в сторону чужого автомобиля.
— Абсолютно, — Мирон выпустил длинную струю дыма. — Если мы опоздали, то переживать бессмысленно, приз ушел кому-то другому. А если это просто какие-то туристы, тогда вряд ли они нам помешают.
— Туристы? Здесь? В такое время? — удивился я. — Ты серьезно?
Я вытянул с заднего сиденья сумку и достал из нее книгу. «Хроники забытых усадеб Рязанской Губернии. Том II». Кстати, дореволюционное издание. Если Эдик про нее не вспомнит, то можно будет продать Мосе с огромным наваром.
— Приметы вроде бы сходятся. Вид по фотографиям тоже. Хотя в такой темноте уже и не разглядеть ничего. Так что думаю, что мы по адресу. А вот кто наши конкуренты, это уже вопрос.
Мы вылезли из машины, и я непроизвольно поежился от холодного ветра. Подняв воротник куртки, я спрятал руки в карманы и подумал, что нам еще отсюда до Москвы часа четыре пилить придется. Как бы не опоздать до Нового года, иначе и Светка обидится, и Алиса расстроится.
— Ну вот, — ухмыльнулся Мирон. — А говорят, что медведи не боятся морозов. Неправильный ты медведь, Андрюха. Шарлатан.
— Ага, панда, китайская подделка, — беззлобно огрызнулся я. — Порядочные медведи в такую погоду давно в спячку впали. Лежат себе в берлоге, лапу сосут, а не по заброшкам бродят в поисках сокровищ.
— Вот так бы Эдику и ответил, — пожал плечами мой напарник. — Но ты ж сам говорил, что гонорар неплохой наклевывается, а я просто не могу бросить друга в одиночестве.
— Хорош заливать, — непроизвольно улыбнулся я. — А то я не знаю, что у тебя теща приехала на праздники, вот ты
