– Вот как? Сегодня вы словно собираетесь на встречу с тем, кто вам нравится. Переоделись, ещё и благовония взяли.

– Что за ерунда? Если я с кем и встречаюсь, так только с призраками, – покраснела Бин.

– Вот и я об этом. Но почему вы вдруг озаботились одеждой?

Бин кашлянула:

– Всё же фестиваль Фонарей Лотоса в самом разгаре. Все выходят на улицу в красивых нарядах, и только я одна – в рванье! Как тут не бросаться в глаза?

Только теперь Самволь понимающе кивнула:

– Пожалуй, вы правы.

Бин облегчённо вздохнула:

– Тогда я пошла. Думаю, вернусь поздно ночью, так что ложись спать первой.

– Ху-у, да разве я могу? Мне нужно заштопать много вещей, этим и займусь, пока жду вас. До свидания, госпожа!

Под прощальные слова Самволь Бин поспешила на улицу. День был тёплый и солнечный. Бин аккуратно дотронулась до мешочка, который спрятала в рукаве. Она на самом деле волновалась из-за Хён Ынхо. Других украшений у неё не было, и единственным, до чего она смогла додуматься, оказался мешочек с благовониями. Наверняка на душе станет спокойнее, если от неё будет хорошо пахнуть, пока он рядом.

«Конечно, это просто… вежливость. Я и не думаю ни о чём другом».

Хён Ынхо ведь даже не знает, что она девушка.

«Да ещё и его невеста».

Когда они с Ынхо вместе изгоняли призраков и Бин вновь и вновь видела в нём черты, которые помнила с детства, ей казалось, что сердце её сжимается от боли. Каждый раз она повторяла себе, что нужно сдерживать свои чувства, но чем дальше, тем больше осознавала, как колеблется её душа.

«Интересно, что Хён Ынхо думает о своей невесте Сомун Бин?»

Теперь, когда у Хён Ынхо исчезли все их совместные воспоминания, Сомун Бин была для него лишь той, с кем однажды придётся разойтись, не больше и не меньше.

– Наверняка он никогда ничего не узнает.

Ни о том, что сонби, с которым они вместе изгоняли злых духов, была Сомун Бин. Ни о том, как тепло он её обнимал, когда в неё вселялись призраки. Ни о том, как шептал ей, что ничто не сможет их разлучить. Ни о том, как они вместе бегали под дождём. Ни о том, как она держала умиравшего Ынхо за руку, умоляя сохранить ему жизнь.

Всё это знала только Сомун Бин. Воспоминания, которые ей придётся хранить в одиночестве. Воспоминания, от которых осталась лишь половина, поскольку Ынхо всё забыл.

– Сонби, – послышался за спиной голос Хён Ынхо.

Бин быстро приняла невозмутимый вид и повернула голову.

– А вы рано.

– Я живу неподалёку. Ваш дом тоже где-то рядом?

Тут Бин поняла, что проговорилась. Кланы Сомун и Хён жили в двух шагах друг от друга. Поэтому и место встречи оказалось недалеко от дома. Бин цокнула языком, ругая себя за легкомысленность.

– Вот как? Я этого не знал. Если мы собираемся весь день изгонять призраков, времени у нас нет, так что хватит болтать, идёмте.

– У меня кое-что для вас есть. – Ынхо достал что-то из-за пазухи и протянул Бин.

– Что это?

Бин увидела светло-розовый нефрит с изображением персика. Через отверстие в камне была продета верёвка, чтобы носить его в качестве украшения.

– Ничего особенного. Просто Джину… Мужчина, который попросил позаботиться обо мне во время фестиваля Фонарей Лотоса, – это Пак Джину. Он тоже пёксага. Джину сказал, что из-за моря пришли товары, полезные для изгнания призраков.

Несмотря на объяснение, Бин глядела на маленькое нефритовое украшение, ничего не отвечая, и Ынхо торопливо продолжил:

– Он сказал, что такие вещицы хорошо носить с собой, вот я и взял одну. К тому же она красивая.

Ынхо и сам знал, что его ответ звучит как оправдание. Ведь у них не те отношения, чтобы делать друг другу подарки. Но он выбрал эту вещицу, несмотря на неодобрительные взгляды Джину, потому что…

«Я просто хотел что-то подарить».

Вот и всё. Ынхо думал и о других подарках, но он ничего не знал об этом сонби. Что придётся ему по душе? Что он предпочитает? Хотя это и понятно, ведь Ынхо до сих пор даже не знал его имени. Одевался сонби просто, поэтому Ынхо подумал, что лучше всего подарить что-то, что поможет изгонять призраков.

Когда он смотрел на сонби, в его чувствах появлялось что-то странное. Именно потому Ынхо сам решил изгонять призраков, хотя мог отправить кого-то вместо себя. Ему хотелось быть рядом и помогать. Хотелось увидеть ещё хоть раз, как этот человек смеётся. Хотя Ынхо и сам не понимал, что с ним происходит.

– Спасибо, – тихо ответила Бин, приняв его подарок.

На её лице, когда она разглядывала вещицу, отражались смешанные чувства. Бин и подумать не могла, что получит от Хён Ынхо нечто подобное.

– Вы его принимаете?

– Если я откажусь, вы ведь будете стоять здесь до тех пор, пока я его не возьму.

– А вы уже прекрасно меня знаете.

– Но это в первый и последний раз.

– Ладно, согласен. К чему вы привяжете камень? Точно, не хотите украсить им рукоять Меча Четырёх Тигров? Амулет, который изгоняет призраков, на мече для изгнания призраков. Разве они не подходят друг другу? – взволнованно сказал Ынхо, обрадованный тем, что Бин согласилась принять подарок.

Глядя на него, Бин слегка улыбнулась.

– Вы всё такой же, как в дет…

Она замолчала, не договорив. Ынхо удивлённо смотрел на Бин.

– Такой же, как в детстве?

– Н-нет. Я просто оговорился. Откуда мне знать, каким вы были в детстве? Не так ли? – Бин неловко рассмеялась и быстро сменила тему: – Если привязать его здесь, получится очень красиво. Спасибо, буду пользоваться им бережно.

Как и ожидалось, Ынхо заметил странность, но расспрашивать дальше не стал. Не может же человек, встреченный впервые всего полмесяца назад, вправду знать, каким он был в детстве.

– Что ж, идёмте?

Дзынь, дзынь, дзынь!

Под звук колокольчика Бин громко произнесла заклинание, изгоняющее призраков. Духов, которые пытались сбежать, взял на себя стоявший позади Ынхо. Он уже пару раз пробовал изгонять призраков, и его движения стали вполне уверенными.

Под звуки заклинания Меч Четырёх Тигров прочертил в воздухе светящуюся линию. Розовый нефрит, привязанный к рукояти меча, двигался вместе с ним. На этот раз изгонять злых духов оказалось легче, потому что они заранее подготовились. Но лицо Бин, глядевшей на остатки призраков, не выражало никаких эмоций.

– Что такое? Снова нет призрачных бусин? – спросил Ынхо.

Бин только покачала головой: