− Привести Пятьдесят третью роту на смену Восьмой. Перевести три взвода Лэндфоллского гарнизона на восточный фланг. Отозвать назад добровольцев − от них никакого толку, только стреляют в спины своим же.

Влора при каждом удобном случае подрывала порох, проделывая бреши в линиях дайнизов, но каждый раз отдача била по ней, угрожая оглушить и лишить сил.

Штуцерники задали жару в начале боя, но постепенно преимущество начало переходить к дайнизам. Хотя от их офицерского корпуса остались одни ошмётки, они продолжали переть вперёд. Прошёл час, другой. Начало смеркаться. Скоро люди Влоры отступили до третьей линии, а добровольцы на правом фланге пали под натиском дайнизов. Влора призвала последние резервы − две роты штуцерников, раненых в битве при Лэндфолле, − и скрепя сердце отправила их на растерзание.

Откинувшись назад в седле, она глубоко вдыхала пороховой дым. Это всё, что у неё есть. Дайнизы выстояли против резни в самом начале, и теперь их более многочисленные войска удерживали равновесие.

− Вижу дайнизский арьергард! − раздался крик за её спиной.

Влора попыталась что-то разглядеть в дыму позади целого моря солдат и трупов. В глазах всё расплывалось, но она заметила движение и попыталась определить, что это.

Кавалерия. Нагрудники блестят на солнце. У неё перехватило дыхание. Дайнизские кирасиры, как минимум пять сотен. Они движутся на помощь пехоте.

Она отчаянно пыталась придумать, как им противостоять. Может, пороховые маги смогут подорвать их моральный дух? Она окинула взглядом поле боя, выискивая самый свежий отряд, который можно поставить стеной штыков на пути кавалерии. Ничего не найдя, беспомощно повернулась к врагу и покачала головой. Ей показалось, она что-то упустила из виду. Почему они атакуют с арьергарда? Почему не обошли её армию с флангов? Олем привстал на стременах и, неподвижно застыв, смотрел в подзорную трубу.

− Они сломают наши ряды, − сказала Влора. − Собери легкораненых. Нам нужна линия обороны со штыками.

Олем молчал.

− Сейчас же, Олем!

− Не думаю, что это необходимо, − ответил он.

− Почему?

− Потому что вряд ли дайнизские кирасиры будут вооружены пиками. Или будут нападать на своих же. Или во главе них окажется уродливый верзила.

У Влоры словно гора с плеч свалилась. Она невольно испустила нечто среднее между вскриком и вздохом и выпрямилась в седле.

Прибыл Бешеный Бен Стайк.

Глава 4

Под лучами заходящего солнца Стайк медленно брёл по речной долине, перешагивая через трупы и не обращая внимания на стоны раненых. Он сам получил множество ран; они кровоточили, на некоторые нужно было наложить швы. После двух тяжёлых сражений за один день он едва держался на ногах от усталости. Спина и голова болели, левое плечо было исполосовано. Кирасу он снял с самого крупного дайниза, какого нашёл среди убитых, и всё равно она была тесновата в груди, пряжки впивались в рёбра.

Да и труп, который он тащил за собой, был не из лёгких.

Он окинул взглядом тела: друзья, враги... Даже некоторые его уланы. Все они цепляли его не больше, чем мясника − горы мяса. Стайк задумался: шокировал ли его когда-нибудь вид такого грандиозного побоища? Если когда-то и шокировал, он уже не помнил. Подумал о Селине, которая прячется с беженцами. Не следует ли ради неё бросить это ремесло? Потом вспомнил ветер, треплющий волосы, азарт боя, Амрека в галопе и пику, пронзающую нагрудник врага.

Да, это ремесло следует бросить. Но не сейчас.

Он заметил Ибану. Сидя на лошади, она равнодушно смотрела, как хирург штуцерников избавляет от страданий орущего дайниза. Стайк направился к ней, не выпуская мёртвое тело, и поднял руку в знак приветствия.

− Вот ты где, − нахмурилась Ибана. − А где Амрек?

Стайк махнул куда-то в сторону реки.

− Ушёл на водопой.

− Тебя дважды за один день выбивали из седла. И в Лэндфолле тоже. Бездна, Бен, удивительно, как ты не сломал спину. Тебе нужно заново привыкать к верховой езде.

Он хотел было возразить, но прикусил язык. Разумеется, она права.

− Главное уметь падать.

− Кто это? − Ибана показала подбородком на тело, которое он тащил.

Тело принадлежало мужчине средних лет с худым лицом. На нём сохранились обгорелые лохмотья бирюзовой униформы и оранжевый лакированный нагрудник.

− Дайнизский генерал, − проворчал Стайк и ткнул труп ногой.

На боку не хватало изрядного куска в том месте, где генерал носил пистолет и запасные пороховые заряды.

− Должно быть, он разозлил Флинт. Из её пороховых магов только она могла подорвать порох на таком расстоянии, а этого парня практически разорвало пополам.

Ибана издала резкий смешок.

− Флинт мне всё больше нравится.

− А я-то думал, что рано или поздно вы поубиваете друг друга.

− Она пришлась мне по душе. Но всё может измениться. Где она?

Стайк показал на невысокие каменные блоки в сотне ярдов от них. Он предположил, что пару недель назад здесь была небольшая конюшня и станция курьерской службы, но теперь здание разобрали на дрова беженцы, остался лишь фундамент. Сейчас здесь находились десяток штуцерников в алых мундирах, среди которых выделялись двое в синем − Влора и Олем.

Стайк побрёл дальше, таща за собой труп. Было бы проще оставить его на месте и вернуться позже, предпочтительно с Амреком. Но в перетаскивании вражеского генерала по залитому кровью полю таился особый смысл. Какой именно, Стайк ещё не решил, но смысл определённо был.

Добравшись до импровизированного штаба, он удивился, увидев майора Гастара, который вернулся из экспедиции на другой берег. Майор выглядел немного потрёпанным, и Стайку стало интересно, нашёл ли он вражеский отряд. Майор первым заметил Стайка и коснулся шапки из медвежьей шкуры.

− Добрый вечер, полковник.

− Добрый, майор. Как ваша поездка за реку?

− Весьма насыщена событиями. А ваша на природу?

− Тоже.

Стайк приподнял тело и взгромоздил на старый фундамент. Собравшиеся офицеры замолчали, уставившись на Стайка. Большинство были ранены, с покрасневшими от усталости и порохового дыма глазами. Быстро наступала ночь, и все знали, что после такой битвы выспаться не придётся. Из «Бешеных уланов» здесь уже был Шакал. Стоял рядом с леди Флинт, под расстёгнутым жёлтым мундиром виднелся татуированный торс − он не