— Буду знать, — Понамарёв все же пришел в себя и прочистил горло. — Так, парни, за работу, — бодро скомандовал он остальным полицейским. — Дмитриев, проверь подвальное помещение. Власов, Косов — никого не подпускать. Журналистов тоже. Остальные за мной, к задержанным. — Старший сержант козырнул нам и первым пошел вперед, подавать подчиненным пример личным участием.

— Что там с такси-то? — поинтересовался Дима, нависая надо мной.

— Погоди пока, — кивком головы я указал ему на магазин через дорогу, который только что заметил. — Давай заглянем.

— Это ж магаз со шмотьем, — пренебрежительно фыркнул Димка. — Хер ли мы там забыли?

Я многозначительно поглядел на свои босые ноги, после чего сунул палец в одно из пулевых отверстий на футболке напарника и слегка натянул ткань, чтобы раздался характерный треск.

— Ну да, — вынужден был согласиться Демон. — Товарный вид нам надо бы вернуть.

— Вы на сегодня свободны, — сообщила нам Нина, которая подключилась к камерам и оценила ситуацию. — Эвакуатор для машины я уже вызвала, а вы, пока до офиса доберетесь, смена закончится.

— Ништяк, — довольно потер ладони Димка. — Тогда можно еще и пивка цапануть…

— Цапани говядины на ужин, картошки пару килограмм и сока томатного, — строго велела ему Нина, но тут же спохватилась поняв, что нарушает свои же принципы используя рабочее оборудование для решения личных задач. — Я тебе позже напишу, — быстро сказала она и отключилась.

— Бабы, — недовольно проворчал Демон, вытащил из уха вкладыш и неспешно побрел в сторону магазина. — У твоей тоже беды с башкой случаются?

— Мы, вроде как, не в отношениях, — шагать по раскаленному асфальту босиком у меня получалось лишь благодаря дару, но даже так в ступнях ощущалось неприятное покалывание.

Так как полицейские перекрыли дорогу, мы перешли ее без проблем и стали пробираться через толпу зевак.

— Типа не… — Демон осекся, когда увидел впереди молодую маму с двумя детьми: девочкой лет семи и пацаном не старше пяти. — Кхм, — он поглядел на меня и показал жест, во время которого завел указательный палец правой руки в круг, сформированный большим и указательным пальцами левой.

Я страдальчески закатил глаза.

К этому времени мы миновали детей, так что Димка сразу же перестал стесняться в выражениях.

— Не шпилитесь до сих пор что ли⁈

— Ах вот ты о чем, — делано изумился я.

— Янка-то четкая соска. С характером, конечно, но станок что надо. — Димка толкнул меня плечом так, что я чуть в стену не врезался. — Че ты сиськи мнешь? А точнее до сих пор не мнешь.

— Я уже говорил тебе, что ты животное?

Димка задумался.

— Сегодня еще нет.

— Тогда считай, что сказал.

— Все-таки не стоит, да? — не унимался напарник.

— Слушай, меня уже напрягает то, с каким рвением ты интересуешься моей потенцией. У тебя какие-то проблемы?

Прошедшая мимо пожилая пара с опаской покосилась в нашу сторону.

— Это у тебя проблемы, придурок! Мужик ты, сука, или где? Возьми уже бы… — Димка хотел сказать «быка за рога», но передумал и перефразировал. — Инициативу в свои руки. А еще лучше Янкину жопу в них возьми. Иначе она решит, что не привлекает тебя, сечешь?

Несмотря на то, что в словах Димки прослеживалась некая логика, мне не слишком хотелось с ними соглашаться.

— С чего ты взял?

— Ну ты пораскинь мозгами, — принялся рассуждать Демон. — Пока ты харю на больничной койке плющил, она к тебе каждый день моталась, после, считай, у тебя на хате прописалась.

— Она иногда заходит. — Возразил я.

— Иногда, ага, — Димка хмыкнул. — У тебя в душе сколько банок стоит?

Я промолчал не потому, что не знал, а потому что пытался сосчитать по памяти.

— У нас, мужиков, один гель на все случаи жизни, — Дима принялся загибать пальцы, — и голову помыть, и морду, и руки, и жопу. Можно ещё посуду, если чистая кончилась. У тебя так?

— Нет, — вынужден был признаться я. — Точнее у меня-то так, но…

— Вот! — торжественно заключил Демон. Весьма довольный собой он не переставал скалиться, чем пугал всех без исключения прохожих. — Я-то эту тему секу на раз: всё детство с сестрой прожил, а ща вот с Нинкой, так что слушай меня. Я на опыте.

Я изобразил неуклюжий поклон.

— Конечно, великий красный сенсей.

— Не вы**ывайся, — тут же посоветовал мне великий красный сенсей и продолжил. — Ну вот Янка у тебя тусуется, а ты че?

— А что я? Я ничего.

— Вот и х*й-то! — всплеснул руками Димка. — Это я тебе и пытаюсь сказать — ты «ничего». А ей надо «чего», понял?

— В общих чертах.

— Ну ты затупок, конечно. Надо было, чтобы Кира тебе всё объяснила.

— Ну так пусть заходит на чай, — тут же предложил я с ехидной улыбкой.

— Ща огребешь.

— Да ладно, — я толкнул дверь магазина и первым вошёл внутрь.

— Здрасьте, — выдавила из себя продавщица средних лет, по лицу которой стало ясно, что она предпочла бы нас здесь не видеть.

— Йо, — Димка махнул женщине рукой и продолжил доносить до меня свою житейскую мудрость. — У тебя глаз что ли нет? Не видишь, что Янка раньше одевалась, как на похороны, а сейчас цветёт и пахнет! Я её до тебя в платье никогда не видел.

— В том-то и дело, — не выдержал я. — Ей эти перемены тяжело даются. Если перестараться…

— Да не ссы ты! — рявкнул Димка так, что продавщица икнула. — Если бы она не была готова, то не летала бы вокруг тебя как муха над говном.

Я устало смял лицо рукой.

— Пи**ец, какое поэтичное сравнение, Дима. — И на всякий случай пояснил. — Это не комплимент.

— Да мне насрать, — в привычной манере отозвался напарник. — И вообще, дело твоё. Упустишь шанс — будешь и дальше в темноте теребонькать, — эту реплику он сопроводил весьма недвусмысленным жестом, чем вогнал продавщицу в краску.

За время знакомства с Демоном я отлично научился делать вид, что ничего