Маметкул подошел к пушкам, провел рукой по холодному металлу. На стволах виднелись турецкие клейма — полумесяц и звезда.

— Благородный мурза, — заговорил Мурат-ходжа, вытирая вспотевший лоб, — мы просим тебя… Никто не должен знать, что мы привезли это оружие. Ни эмир бухарский, ни его визири… Никто!

— Боитесь, что головы полетят с плеч? — усмехнулся Маметкул.

— Мы не враги эмира! — поспешно возразил Рахимбай. — Мы просто… купцы. Эти пушки мы сами получили из Турции. Но теперь… теперь они нужнее вам.

— За десятикратную цену, — расхохотался Маметкул. — Вы хорошо заработали на своем страхе, торгаши!

Купцы потупились, не зная что ответить. Рахимбай лишь развел руками:

— Такова цена риска, благородный мурза. Мы рискуем не только имуществом, но и жизнями.

— Ладно, — махнул рукой Маметкул. — Ваши имена и то, что вы привезли мне пушки, останется в тайне. Мне не нужно, чтобы эмир принялся во все глаза смотреть, чем торгуют его купцы.

Он повернулся к своим воинам:

— Забираем все! Быстро!

Затем Маметкул подозвал к себе артиллеристов. Это были немолодые мужчины с обветренными лицами и мозолистыми руками.

— Вы стреляли из таких пушек? — спросил он на тюркском наречии.

— Стреляли, господин, — ответил старший из них, седобородый туркмен. — И из больших тоже. Когда-то мы служили янычарам, обучались у них.

— Хорошо. Против врагов, укрывшихся за деревянными стенами, воевать умеете?

— Дерево — не камень, господин. Его ядра крушат легко. Щепки летят как стрелы, ранят немногим хуже картечи.

Маметкул удовлетворенно кивнул:

— Вот и славно. Разобьем деревянные башни Тобольска, снесем их пушки со стен! А они в нас в поле не попадут — далеко слишком. На стенах и в башнях полетят осколки, даже если мы немного промахнемся. Поубивают их артиллеристов, некому будет стрелять. А нашим пушкам в поле безразлично ядро, упавшее рядом. Картечью же они до нас не достанут.

— Мудро рассуждаешь, господин, — поклонился туркмен. — Только порох беречь надо. От сырости он портится.

— Об этом позаботимся.

Купцы уже садились на коней, явно торопясь покинуть опасное место. Рахимбай напоследок произнес:

— Да поможет тебе Аллах в твоих начинаниях, сын великого хана. Мы… мы надеемся, что сможем еще привезти то, что ты захочешь.

— Посмотрим, — холодно ответил Маметкул. — Езжайте с миром. Поговорим с вами позже.

Бухарцы поспешно скрылись на лесной дороге. Маметкул смотрел им вслед, пока последний всадник не исчез между деревьями.

— Надо было просто отнять пушки, — проворчал нукер, подъезжая к мурзе. — А купцов порубить саблями да закопать тут же. Никто бы и не узнал.

Маметкул рассмеялся:

— Эх! Старый ты, а не понимаешь. Нельзя так. Эти жадные псы нам еще понадобятся. Откуда еще мы будем получать оружие и порох? Из Москвы, что ли? Бухара пока что поддерживает только Кутугая.

Он помолчал и добавил с усмешкой:

— Хотя за такие цены они и впрямь заслуживают сабли.

— Все равно, не нравятся мне эти купцы, — буркнул старый воин. — Продадут и нас при случае.

— Продадут, — согласился Маметкул. — Потому и держать их надо в страхе, но живыми. Мертвый купец золота не привезет и пороха не достанет.

Он окинул взглядом пушки.

— В лагерь их не повезем. Никто не должен знать, что они у нас появились. Узнают, но позже, когда Тобольск будет наш, когда слава о нашей храбрости и силе разойдется по всей земле, и люди призадумаются, за кем идти — за старым и боязливым Кутугаем, или за мной.

Отряд тронулся в путь. Тяжело груженные арбы медленно катились по лесной дороге. Маметкул ехал впереди, и на его обычно хмуром лице играла довольная улыбка. Пять пушек — немного, но для начала хватит. С ними можно будет бить по деревянным укреплениям казаков, не подставляясь под их картечь.

Солнце поднималось выше, разгоняя туман. Где-то далеко прокричала сойка, предупреждая лес о приближении людей. Нужно успеть спрятать пушки побыстрее.

* * *

…— Максим, — начал Ермак без предисловий, подняв на меня тяжёлый взгляд. — Плохие вести пришли от наших людей из-за Иртыша.

Я молчал, ожидая продолжения.

— У Кутугая появились пушки, — сказал Ермак. — Двадцать или тридцать, точно неизвестно. Их привез отряд туркмен из Бухары. Бухарский хан хочет поддержать Кутугая. Если он не стал настоящим вассалом Бухары, то близок к этому. И это очень плохо.

Я вздохнул, хотя понимал, что этого рано или поздно следовало ждать. Наши деревянные укрепления против пушек не предназначены.

— Теперь нам будет гораздо тяжелее, — продолжил атаман. — Поэтому надо думать, что можно сделать.

— Понял, атаман. Придумаю — скажу.

Я направился на стену Кашлыка. Там, глядя на лес или на реку, всегда хорошо размышлялось.

…Главная беда была очевидна. Наши башни — обычные срубы из толстых бревен. Против стрел и даже пищалей они хороши, но ядро… Я представил, как чугунный шар врезается в бревенчатую стену. Щепа полетит во все стороны, превращаясь в смертоносные осколки. Пушкари, стоящие внутри башни за своими орудиями, получат эти осколки в лицо. Даже если ядро не убьет их напрямую, град деревянных обломков сделает свое дело.

Вот они, наши укрепления. Башни по углам, деревянные стены между ними. В Тобольске — примерно так же.

Точно попасть в отдельно стоящую пушку на большом расстоянии — задача почти невыполнимая. На двести метров рассеивание уже в несколько шагов. Но в башню попасть гораздо легче — она большая, неподвижная цель. А наши пушкари будут скучены внутри, как селедки в бочке. Один удачный выстрел — и целое орудие выходит из строя вместе с расчетом.

…Подбой — вот что нужно. Толстые шкуры, натянутые внутри башен. Бычьи, лосиные — любые, какие найдем. Натянуть их в два-три слоя вдоль стен. Когда ядро пробьет бревна, осколки ударятся о кожу и застрянут.

Но одной защиты мало. Нужно думать о контрударе. Татарские пушки будут стрелять по острогу ядрами. Против ядер хороша картечь — она выкашивает пушкарей, не давая им вести прицельный огонь. Но беда в том, что картечь летит ближе, чем ядро, а татары и их бухарские учителя не дураки, они подставляться не будут.

Но что если сделать пушки с более длинным стволом? И стенки потолще, чтобы выдержали больший пороховой заряд. Калибр можно уменьшить — нам не нужны тяжелые ядра, нам необходима дальность картечного выстрела. Длинный ствол даст лучшее сгорание пороха, картечь полетит дальше и кучнее.

В голове уже складывался план. Нам необходима хотя бы пара таких. Можно даже поставить их не