Но муж стоял на своём:

– Гадам, милая, скажи всё-таки, что тебе понравилось больше всего.

Я снова посмотрела на подарки и больше остального мне приглянулась ткань для домашних шаровар.

– Эта ткань красивее всего, – сказала я.

От радости муж вскочил с места и воскликнул:

– Ты представить себе не можешь, в каком настроении я её покупал! В тот день я особенно сильно тосковал по тебе, так что эту ткань покупал с особым чувством. Я тогда настолько соскучился, что хотел уже бросить работу и вернуться к тебе.

Он склонил голову, чтобы я не видела его глаз, полных слёз. С этого дня нас часто приглашали в гости. Родственницы – Шахла, Ширин и другие, – узнав о возвращении Самада, стали наперебой звать нас к себе.

Самад с радостью принимал приглашения, поэтому вечерами мы допоздна сидели в гостях у родственников и знакомых. Мы рассказывали различные истории и беззаботно смеялись, а после возвращения домой Самад сажал меня рядом и заводил беседу.

– Из-за этих визитов у меня совсем нет времени побыть с тобой, – говорил он. – Ты приходишь в гости и сразу идёшь к другим женщинам, поэтому я тебя мало вижу и скучаю. Те несколько дней, когда я дома, мы должны чаще быть вместе, ведь когда я уезжаю, то сильно тоскую по тебе и ругаю себя, что так мало тебя видел и мало с тобой разговаривал.

Как же приятно было слышать такое, но эта радость продлилась не больше недели. Ближе к выходным Самад снова уехал. Это было вечером. Я осталась сидеть в комнате и горько плакала, скрывшись от посторонних глаз. Всё вокруг напоминало о муже. Все вещи в доме хранили на себе его запах. У меня не было сил с кем-то разговаривать или что-то делать и всё время казалось, что вот-вот кто-нибудь из родни скажет, что надо держать себя в руках, и тогда я точно расплачусь. Я почувствовала, что с отъездом Самада осталась совсем одна, и тогда начала думать об отце, понимая, что сильно соскучилась по нему. Помню, я накрылась с головой одеялом, которое хранило запах мужа, и сердце заныло от тоски по родительскому дому.

«Папочка, как же ты смог оставить свою дочь? Мамочка, почему ты не хочешь узнать, как мне живётся?» – думала я в тот вечер и плакала, пока не заснула.

На следующее утро мне было не по себе. Я была легко ранимой и все в доме казались чужими. Даже была мысль вернуться к родителям, но я не могла оставить близнецов, ведь в мои обязанности входило пеленать их и стирать пелёнки. Свекровь ушла куда-то по делам, поэтому я сама напоила малышей молоком, уложила спать и занялась приготовлением обеда, а затем помыла посуду, оставшуюся грязной со вчерашнего дня, подмела во дворе и вернулась приглядывать за детьми.

Я тогда так устала, что заснула ещё до наступления вечера, а на следующее утро вскочила с постели и по обыкновению отдёрнула занавеску. Было уже светло. Я не знала, что мне делать: хлеб уже был испечён и лежал в печке. Почему же я проспала? Почему не смогла вовремя проснуться? Что теперь скажу свекрови? Вдруг я поняла, что у меня нет сил даже на то, чтобы слушать её упрёки и ругань, поэтому, надев чадру, тихонько вышла из дома и побежала в дом родителей.

Увидев мать во дворе, я расплакалась. Отец был дома. Когда он меня заметил, то спросил:

– Что случилось? Кто тебя обидел? Тебе что-то сказали? Почему ты плачешь?

Я не смогла ничего ответить и только рыдала. Всё в доме напоминало мне о детстве, и я с грустью думала о своей прошлой жизни. Никто не понимал, отчего я так мучаюсь. Мне было неловко признаться, что скучаю по мужу, но одиночество было невыносимо, поэтому я сказала родителям, что хочу побыть с ними до возвращения Самада.

Целую неделю я прожила в родительском доме и всё это время не переставала скучать по мужу, хотя в присутствии отца, матери, сестёр и братьев мне стало легче, а однажды дверь нашего дома распахнулась и на пороге появился Самад. Не веря своим глазам, я с удивлением посмотрела на него. Вдруг мне стало нехорошо. Я подумала, что сейчас он станет меня ругать или огорчится из-за того, что я вернулась к родителям, однако муж повёл себя, как и прежде. Он рассмеялся и начал расспрашивать меня о здоровье. Потом признался, что сильно соскучился и всё время не переставал думать обо мне.

– Я переживал, что, не дай Бог, с тобой случилась какая-нибудь беда. У меня было странное предчувствие, и замучили кошмары по ночам.

Потом пришли мои родители. Он поговорил с ними, рассмеялся и сказал мне:

– Гадам, пошли домой.

– Сегодня я останусь здесь, – ответила я.

От обиды он закусил губу, но продолжил стоять на своём:

– Нет, пойдём.

Надев чадру, я попрощалась с отцом и матерью. Мы вышли из дома вдвоём. По дороге он всё время что-то весело мне рассказывал. Деревня у нас маленькая и соседи быстро обо всём узнавали. Ни для кого не было секретом, что неделю назад я ушла из дома свекрови и даже ни с кем не попрощалась, поэтому все кругом удивлялись, когда видели, что мы с мужем идём рядом и весело беседуем. Никто не ожидал, что Самад так отреагирует на мой уход из его дома. Сама я думала, что Самад вообще не знает, что произошло, но когда мы подошли к нашему дому, он остановился и тихо сказал мне: «Гадам, милая, делай вид, что ничего не случилось. Веди себя так, как и прежде. Поздоровайся со всеми, как ни в чём не бывало. Я уже со всеми поговорил и обещал, что приведу тебя обратно. Они тоже не должны ничего говорить. Ладно?»

Я с облегчением вздохнула, а когда мы вошли в дом, сделала всё в точности так, как просил меня муж. Свекровь и свёкор в свою очередь сделали вид, что всё хорошо, и мы спокойно пошли в нашу комнату. Самад взял в углу сумку и весело открыл.

– Иди посмотри, что я тебе купил.

– Опять ты потратился, – сказала я.

Те несколько дней, когда Самад был со мной рядом, были лучшими в моей жизни. Муж не позволял мне ничего делать по дому и всё время повторял: «Ты только сиди и рассказывай что-нибудь, ведь я так по тебе соскучился».

Каждый день по вечерам мы ходили