Оба кивают с опустошенным видом.

Собираюсь выйти из дома, как вдруг из-за спины раздается голос Грейс:

– Инспектор Паркер.

Она что-то вспомнила? Чего-то не рассказала? Оборачиваюсь, полуулыбка на ее губах озадачивает меня.

– Я рада, что именно вы восстановите справедливость для Сары.

10

Уильям Паркер

2017-й, Лос-Анджелес

Внутри кабины лифта открылась картина из числа тех, что обжигают взгляд. Картина, которая вонзилась в Уильяма, словно булавка, и пробуравила себе путь до его мозга.

Женщина азиатской внешности и среднего возраста сидела на полу, ровно по центру, со скрещенными ногами и головой, откинутой к стенке, противоположной входу. Все ее тело было истерзано, в результате чего оно страшно деформировалось.

Уильям ощутил, как в нем вскипела желчь и осела горечью во рту.

– Известно, кто это?

– Вен Ванг, – ответил женский голос за его спиной.

Оба повернулись и увидели молодую женщину с приятным цветом лица, зелеными глазами и заплетенными в косу каштановыми волосами, которая поднималась по лестнице, направляясь к ним уверенным шагом.

– Сорок лет, замужем, есть дети. Из соседнего здания, бывшая хозяйка одного из самых посещаемых восточных шоу в Лос-Анджелесе.

Уильям молчал, обескураженно глядя на новоприбывшую. В ответ она посмотрела на него с безразличием, в котором сквозили нотки враждебности, что инспектор не преминул отметить про себя. Кто она? Главный детектив Кокс, позабывший про улыбку, внес ясность:

– Это детектив Дженнифер Морган.

Слово «детектив» срикошетило в голове Уильяма несколько раз, как мячик для игры в пинг-понг. Он хорошо знал, что значит иметь внешнего напарника, умника, что приезжает из другого города и мнит себя волшебником, способным все исправить, но единственное, что он умеет, – только мешать расследованию. И было неприятно почувствовать себя таковым.

– А это, – Кокс указал на него, – инспектор Уильям Паркер из Сан-Франциско.

Теперь, думал Уильям, настал черед детектива Морган выступить с одним из дежурных лестных высказываний, которых он наслушался за последние несколько недель. Однако ее слова были противоположностью лести:

– Ваше присутствие здесь неуместно, инспектор Паркер. Я прошу вас удалиться и впредь не появляться на моей территории.

Яснее не выразить, хотя можно было бы и не кричать.

– Дженнифер, – удивился Кокс, – что ты тут делаешь?

– Парни впустили.

– Я не про это.

– Я не понимаю, зачем ты позвал кого-то выполнять мою работу, – ответила она сердито. – Это дело – мое. Ты не можешь отстранить меня просто так.

– Я не обязан перед тобой отчитываться.

– Мы проработали вместе столько времени, а теперь ты меняешь меня на него?

Учитывая, что Уильям стоял рядом, ситуация была несколько неловкой.

– Обстоятельства обязывают, если тебе так хочется знать, – отрезал Кокс.

– Если считаешь, что я недостаточно хороша для этого дела, имей смелость сказать мне это в лицо.

– Думай как хочешь, Дженнифер, но факт остается фактом.

Перепалка длилась еще некоторое время, но Уильям не следил за ней, а вернулся к осмотру кабины лифта, дверца которого оставалась открытой благодаря механизму, включенному Коксом. Он исследовал труп на расстоянии, поскольку чувствовал себя не в силах хоть на шаг приблизиться к нему. Более того, в какой-то момент отступил, не осознавая этого, натолкнулся на главного детектива и упал плашмя на спину. Послышался слабый хруст.

– Паркер! Вы в порядке?

Уильям, лежа на полу, сморщил лицо от боли, неуклюже поднялся – скорее сконфуженный, нежели страдающий, – и, отряхивая штаны, заверил инспектора:

– Да. Не знаю, что на меня нашло.

– На этого недотепу ты меня заменил, Кокс? Серьезно? – выпалила Дженнифер в недоумении.

Уильям почувствовал укол в правую ягодицу. Он отвел руку назад и вытащил из кармана брюк рабочий мобильник: экран был разбит вдребезги. Он нажал на кнопку разблокировки, но ничего не произошло – ремонту не подлежит. «Как я теперь встречусь с Альфредом?» – подумал он. Хранить телефон в заднем кармане брюк – не лучшая идея. А то, что Уильям не создан для мобильников, нельзя было выразить нагляднее.

После этого детектива Морган точно ветром сдуло, и Уильям приступил к своим обязанностям, начиная с осмотра трупа. Кроме глубоких порезов, на теле виднелись царапины на шее и руках и небольшие прямые отметины на плече.

– Предшествующие убийства были менее жестокими, чем это, – заметил Кокс.

– Как они умерли?

– От ножевых ранений, как и эта женщина, но те были нанесены один и два раза соответственно. Это чересчур. Это свирепая расправа.

– А что дает вам основания полагать, что речь идет о серийном убийце?

– Все три преступления совершены в лифте.

– Только это?

Кокс указал на одну из стенок кабины. На ней виднелась отметка, которую Уильям совсем не заметил. Это была буква W, написанная кровью.

– Мы обнаружили ее в трех местах, где совершены убийства.

Действительно, это было неопровержимым доказательством того, что между тремя убийствами существовала связь.

– Вы опросили соседей?

– Да, – ответил Кокс. – Они ничего не видели.

– Вы опросили всех?

– Да.

– Тогда сделаем это снова, – сказал он, поднимаясь в полный рост, чтобы выйти из лифта.

Один из парней Кокса остался стеречь кабину, пока детективы обходили соседей квартира за квартирой. Опрос проходил странно, прежде всего потому, что главный детектив следовал за Уильямом, как верный пес. Поскольку они задавали лишь самые необходимые вопросы, обход занял немного времени. Вероятность говорила против предположения о том, что убийца засел в здании, однако это все равно стоило проверить.

Они поднялись на восьмой этаж и позвонили в дверь квартиры номер пятнадцать. Им открыла женщина лет тридцати с короткими выкрашенными в белый волосами. Макияж на ее лице чуть заметно сморщился, как только она увидела их, а звук дыхания мгновенно прервался. Дорогая одежда, украшения Swarovski вокруг шеи и на запястьях, каблуки – наверное, она собиралась на вечеринку?

– Добрый день. Я инспектор Уильям Паркер из отдела убийств. А вы…

– Эмма Кларк.

– Приятно познакомиться, миссис Кларк. – Уильям протянул ей руку.

Она ответила на приветствие. Он обратил внимание на ногти из розового геля на кончиках ее длинных пальцев и тут же вспомнил о следах на плече Вен Ванг. Уильям вынудил себя улыбнуться и спросил:

– Мы можем пройти и поговорить с вами?

– Полицейские уже приходили.

– О, я в курсе, я в курсе. Но теперь все иначе.

Женщина дверь не открыла, а лишь притаилась за ней. Она хотела, чтобы они ушли прочь, чтобы оставили ее в покое. Почему? Может быть, ей было что скрывать?

– Что изменилось?

– А