— Дак как же не могу, когда она мне и потом письма присылала? — возмутилась женщина. — Правда, перерыв был, а вот в сорок третьем пришло письмо, и потом каждые две недели обязательно писала. Так еще и подруга ее ко мне приехала, Лариса.

— Ну это все надо проверять, — сказал Маркову Ватагин.

— Проверим, — согласился участковый.

— Сынки, — заволновалась женщина, — что это вы меня совсем запутали. У меня дома и письма все сложены, и Лариса ее, как увидела, обрадовалась, стала про мужа своего расспрашивать. А Оля ей все подробно рассказывает. Как же? Ой сынки, что-то вы меня совсем запутали.

— Елизавета Никитична, — Ватагин взял женщину за руки и наклонился вперед. — Вам совершенно не о чем волноваться. Вы мне только скажите, племянница ваша сейчас дома?

— На работе должна быть, — ответила женщина. — Она, как приехала, сразу работать на сортировочную станцию телефонисткой попросилась. Ее как демобилизованную и взяли. Она мне так и говорит: «Нехорошо, мол, у родной тети на шее сидеть. А я хоть и в положении, а пока трудиться могу, стану на работу проситься. А там и место за мной могут сохранить. Рук-то везде сейчас не хватает».

— И она сейчас, значит, на работе? — спросил Марков.

— А где же ей быть? — удивилась ткачиха. — Ее на другой день и взяли и на смену ночную поставили.

— А когда она сегодня сменится? — вкрадчиво спросил Марков.

— В десять обещала быть, — утвердительно ответила Муханова.

К дому тетушки Ватагин с Марковым шли окольным путем через соседнюю улицу. Костиков окликнул их, когда они проходили мимо покосившегося дровяного сарая на перекрестке.

— Как сходили? — коротко спросил он.

— Тетка уверяет, что это ее племянница, хотя призналась, что не видела ее с двенадцатилетнего возраста, — ответил Ватагин. — Сейчас племянница уже работает на телефонном узле на станции. Не позднее чем через полтора часа вернется.

— А я тоже много интересного узнал. В доме сейчас одна молодая женщина, видимо, Лариса Первак. Утром она вышла и пошла в магазин отоварить карточки.

— Точно, — вставил Марков. — У нас хлеб сейчас рано поутру привозят.

— Совершенно верно, — подтвердил Костиков. — Пошла и вернулась с хлебом. Но есть один интересный персонаж. — Костиков указал пальцем в сторону соседнего дома. — Видите в палисаднике мужичка?

— Поленницу складывает, — сообщил Ватагин, глянув в указанном направлении.

— Вот! — Костиков поднял палец. — Он там у себя в палисаднике все утро чем-то занимается. Однако, когда Первак пошла за хлебом, он все бросил и за ней. Только держался так, в отдалении, чтобы она его не приметила. После того как она вернулась, он снова в свой палисадник и опять поленницу складывает.

— Милютин, — сказал Марков, — поселился здесь месяца полтора назад, демобилизован по ранению. Здесь поденной работой перебивается. То печку сложит, то крышу поправит.

— А по-моему, он тут не печки поправляет, а присматривает за Первак, — решительно сказал Костиков. — Я, похоже, понял, зачем Серпик понадобилась беременная женщина.

— Если ты прав, Антон, то нужно заставить этого печника себя проявить, — предложил Ватагин. — Я сейчас прямо по улице пройду и постучу в дом. Посмотрим, что он станет делать.

— Рискованно, — засомневался Марков.

— Давай, Коля, — согласился капитан. — А мы его, если что, возьмем.

Николай обошел сарай и вышел на улицу, так, чтобы его можно было заметить издали. Он шел, как идет по незнакомой улице всякий прохожий. Встретив случайную прохожую, он спросил у нее дорогу. Потом долго крутил головой, демонстративно сверялся с бумажкой, на которой якобы был записан адрес.

Мужичек в палисаднике как раз закончил возиться с поленницей, присел на ступеньку крыльца и закурил.

Николай решительно повернулся к дому, поднялся на крыльцо и постучал.

— Кто там? — отозвался женский голос.

— Гражданка Муханова Елизавета Николаевна здесь проживает? — громко спросил Ватагин через дверь.

Щелкнул замок, и в образовавшуюся щель выглянула Первак.

— Тетя Лиза не Николаевна, а Никитична, — настороженно сообщила женщина.

Ватагин отстранился, снова заглянул в блокнот и расплылся в улыбке.

— Так и есть, Никитична, — сказал он. — Лева мне на ходу записал, но адрес вроде ваш.

— Вы от Левы? — обрадовалась Лариса.

— Так точно, — Ватагин щелкнул каблуками и козырнул: — Так вы Муханова?

— Да нет же! — прыснула женщина и тут же снова стала серьезной. — Я Лариса, Левина жена. Он что, вас ко мне прислал?.. Как он, все в порядке?

— В полном порядке, — подтвердил Ватагин. — Он как узнал, что я тут проезжать буду, так прям у меня в блокноте адресок и записал.

— Да что же мы стоим-то, вы проходите, — весело сказала женщина и открыла дверь, впуская Ватагина.

Николай прошел в дом. Здесь все было уютно и совершенно по-городскому.

Были даже книжные полки и несколько картин на стенах.

— Вот так, значит, здесь и живете, — заключил Ватагин. — Мило. Сами хозяйничаете?

— Да ну что вы? — засмущалась Первак. — Это все тетя Лиза.

— Так вы, значит, вдвоем живете, — праздно спросил Николай, внимательно осматривая комнату.

— Нет, сейчас втроем, — поправила лейтенанта женщина. — Оля, ее племянница, недавно приехала. Ее тоже демобилизовали. Она сейчас на работе, вот-вот придет. А как там Лева? Он что-нибудь передавал?

— С ним все в полном порядке, мы с ним, правда, мельком виделись, — стал на ходу сочинять Николай. — Он к нам в часть приехал заметку про меня писать, а тут слово за слово, оказалось, что мне по дороге, вот я и заехал…

На улице послышалась возня, удары и сдавленный стон, что-то упало. Лариса взволнованно встрепенулась, вознамерилась встать со стула и пойти посмотреть, но Ватагин остановил ее, загораживая ее от двери и дверь от нее.

— Я закричу, — сжав губы, предупредила Первак.

— Лариса Ильинична, — спокойно ответил ей Николай. — Успокойтесь. Все, кто мог прибежать на ваш крик о помощи, уже здесь.

А в подкрепление своих слов он вынул из кармана и показал женщине удостоверение.

В комнату вошли Костиков и Марков. Они тащили под руки бесчувственного мужичка из палисадника. Марков усадил его на стул и быстро обыскал, передавая Костикову содержимое карманов.

— Что здесь происходит? — голосом со стальными нотками произнесла Первак.

— Где вещи этой женщины? — спросил Николай, показывая Ларисе фотографию.

— Ольги?

— Она не Ольга, — коротко сказал Костиков, потирая ушибленную руку. — Где ее комната? Где ее вещи? У нас мало времени.

— Вон там, — ответила Лариса, указывая на кровать в противоположном углу. — И чемодан ее под кроватью.

Костиков подошел к кровати, ощупал ее сквозь одеяло, поднял подушку, пошарил под матрацем и вынул за ствол пистолет.

— Будем смотреть сейчас? — бросил он