— Котенок, — она морщит нос.

— Ага. Потому что, когда ты смотришь на меня вот так… ты больше не угрюмая кошка, а котенок. Милый. Немного колючий, — пожимаю плечами. — Время покажет.

— Я уже сбилась со счета всех твоих прозвищ. А у меня только…

— Мое настоящее имя. — Я отступаю назад, медленно выпрямляясь. Она произносит его не так, как мои родители, — с презрением. А так, будто это единственная версия меня, которую она хочет знать. И я даже не могу с этим поспорить. Никто не видел эту мою сторону очень давно. — Ладно. Сохрани его для себя.

— Сохраню, — шепчет она, когда я закрываю дверь.

По крайней мере, мне кажется, что она говорит именно это.

Может быть, это просто выдача желаемого за действительное — верить, что она сохранит что-то настолько важное.

17. БРАЙАР

Зрители есть всегда.

Торн прав. С тех пор как разлетелся слух, что мы встречаемся, я ловлю на себе взгляды повсюду. С Беном такого не было. Не знаю, то ли потому что Бен не так известен, то ли потому что я — полная противоположность той, с кем Торн должен быть.

По крайней мере, если верить Лидии.

Я не стану притворяться, будто знаю о своем фальшивом парне все, но чувствую, что он гораздо глубже, чем кажется. Он не поверхностный парень, и я не могу представить, чтобы его по-настоящему устраивала богатая девушка, у которой на лице больше макияжа, чем у двенадцатилетней школьницы, попавшей в «Сефору».

Из раздевалки доносится гул голосов, и мой пульс учащается в такт ноющей боли в колене. Сегодня моя первая тренировка с Торном. Я не ожидала, что в такое позднее время здесь будут люди, но, опять же, зрители есть всегда.

Я останавливаюсь у двери тренажерного зала, не зная, стоит ли заходить или лучше подождать его. Стоять одной в темном коридоре как-то не по себе.

С тех пор, как в тот вечер меня охватило тревожное предчувствие, я стала относиться к футбольной команде с большим подозрением. И теперь наблюдаю за ними пристальнее.

Когда Торн рядом, и когда его нет.

— Эй, Торн! — Я вздрагиваю от внезапного голоса Риза, раздавшегося в коридоре. — Твоя... девушка здесь.

Риз подмигивает мне, проходя мимо. Я показываю ему средний палец. По крайней мере, с ним я могу быть собой и не притворяться, будто без ума от его лучшего друга.

Прислонившись к двери, жду начала тренировки. Шаги заставляют обернуться, но разочарование накрывает с головой.

Не то чтобы я ждала Торна с нетерпением.

Но уж точно не рада видеть бывшего, идущего по коридору прямо ко мне.

— Привет, Брай, — говорит он, останавливаясь передо мной.

Я морщусь, услышав свое старое прозвище. Никто, кроме родителей, не называет меня так — именно у них он его и подхватил.

— Привет, — мое приветствие звучит сухо. Ровно так, как я и задумывала.

Бен вздрагивает. В лучшем случае он выглядит неловко — переступает с ноги на ногу, поправляет сумку на плече, проводит рукой по еще влажным волосам.

— Ну так... как ты? Ты не ответила мне в тот вечер.

Я смеюсь. Саркастично, и он это прекрасно понимает.

— Ты серьезно?

Он отводит взгляд.

— То, что мы расстались, не значит, что я перестал о тебе заботиться.

Я отталкиваюсь от двери, игнорируя ноющую боль в колене. Бен смотрит на меня сверху вниз. Я всматриваюсь в его глаза и не чувствую ничего. Кроме неприязни, которую Торн подметил тогда.

Похоже, он уже научился меня читать.

— Ты не имеешь права говорить такое, Бен. Особенно после того, как ясно дал понять, что тебе плевать на меня, когда мы были вместе. — Я поджимаю губы. — И, пожалуйста, не думай, что этот разговор означает, что ты мне небезразличен. На случай, если ты еще не в курсе, я двинулась дальше.

В каком-то смысле.

Я действительно оправилась от разрыва, но это никак не связано с Торном.

— Привет, детка.

Мы с Беном поворачиваемся и видим, что Торн направляется в нашу сторону. Я не прилагаю никаких усилий, чтобы отойти от своего бывшего, но как только квотербек бросает на него ледяной взгляд, он недовольно рычит и отступает назад.

— Все в порядке? — Торн встает рядом со мной. Он обнимает меня за талию, и внезапно разговор с Беном становится чуть менее раздражающим.

Кто бы мог подумать, что наличие фальшивого бойфренда придаст мне уверенности?

Чем дольше мы втроем стоим в коридоре, тем плотнее становится воздух вокруг. Мимо проходят несколько игроков, бросая на нас подозрительные взгляды. В последний момент я отрываюсь от молчаливой дуэли взглядов между моим фальшивым парнем и бывшим — и замечаю уходящую группу парней.

Взгляд цепляется за того, кто идет последним. На нем черная толстовка, и все мое внимание приковано к натянутому на голову капюшону.

Меня охватывает странное предчувствие, и я невольно прижимаюсь к Торну.

Его пальцы впиваются мне в бок, и только почувствовав легкое прикосновение его кожи, я возвращаюсь в реальность.

— Найду тебя позже, — говорит мне Бен, не сводя злобного взгляда с Торна.

Торн в ответ лишь мрачно усмехается.

Он ждет, пока коридор опустеет, и только потом поворачивается ко мне:

— Ты должна рассказать мне, почему вы расстались, котенок.

Я закатываю глаза и скидываю его руку со своего бедра.

Вокруг никого нет, так что ему незачем прикасаться ко мне.

Я решительно направляюсь в тренажерный зал, желая дать нагрузку мышцам. Это хороший способ отвлечься — как когда-то хоккей был для меня, и, вероятно, как футбол для Торна.

Я швыряю сумку у ближайшей стены и сразу же иду к велотренажеру в углу.

Торн заходит через несколько секунд и усмехается, видя, что я уже выбрала цель.

— Знаешь, — он следует за мной, — если ты уходишь, это не значит, что разговор окончен.

Я пожимаю плечами:

— Окончен, если я так решила.

Он смеется, и у меня перехватывает дыхание.

Это приятный смех. Настоящий. Тот, от которого мои губы сами норовят растянуться в улыбке.

— Похоже, сегодня я имею дело с угрюмой кошкой, а не с моим милым котенком.

Я фыркаю, и его ухмылка становится еще шире.

Мои руки опускаются на ручки велотренажера, и я начинаю крутить педали с такой силой, на какое мое колено вообще способно. Я стараюсь не показывать Торну, как мне больно, и прикусываю внутреннюю сторону щеки. Металлический привкус заполняет рот.

— Нет.

Я резко поднимаю на него взгляд.