– Где моя шуба? Где моя хорьковая шуба? – спрашивал он, ни к кому особенно не обращаясь.

– Все наши шубы в чулане. В чулан их спрятали, чтобы не смешать с чужими, – отвечал старик Размазов.

– Нельзя ли, папашенька, сейчас мне ее получить? Она должна быть в спальне, а не в чулане. Елены Парамоновны шуба в спальне, и моя должна быть в спальне, – говорил Флегонт.

– Да не пропадет твоя шуба до завтра.

– Знаю-с… Но все-таки прикажите выдать сейчас… – стоял на своем Флегонт. – А то на манер процентных билетов может выйти категория.

Про билеты Размазов пропустил мимо ушей, но шубу приказал выдать. Работница Федосья сбегала в чулан и принесла шубу. Флегонт накинул ее на халат и отправился в спальную.

В спальной он застал Елену Парамоновну сидящей в углу и утиравшей мокрые глаза батистовым платком.

– Жену родную, жену на шубу в первый день свадьбы променяли, – слезливо говорила она. – Стало быть, вам шуба милее жены. Где же тут любовь, спрашивается?

– Простите, ангел небесный Елена Парамоновна, но любовь любовью, а шуба шубой. Вот теперь я принес ее и спокоен, – отвечал Флегонт, вешая шубу. – Ведь если бы примеров не было, то дело другое. А то примеры… Ведь вот деньги-то вам уж были выданы, а потом он пятьсот рублей взял обратно. Так и с шубой-с. Ну, полноте, душечка, не плачьте… Я вас очень люблю, но ведь каждому своя слеза солона, – утешал Флегонт Елену Парамоновну, видя, что она продолжает слезиться, и подсел к ней.

Она тотчас же утерла слезы, улыбнулась и положила ему голову на плечо.

В голове Флегонта бродили мысли о билетах, спрятанных у Елены Парамоновны. Он хотел просить, чтобы она сейчас передала их ему, но ввиду ее недавних слез отложил это намерение до завтра.

«Ведь уж теперь ночь… Ведь уж теперь она при мне… Теперь старик отец не может отнять у ней эти билеты», – утешал он себя, но все-таки спросил:

– А билеты у вас?

– У меня, у меня. Куда же они денутся! – отвечала новобрачная.

– А где они? Все еще на груди?

– Когда снимала корсет, то в сундук положила. А ключ – вот он… Ключ в кармане. Я берегу.

– Умница… – похвалил Елену Парамоновну Флегонт и нежно обнял ее.

LIX

Ночью новобрачные спали плохо. Над ними в мезонине играли в карты до утра и шумели. Очевидно, там ссорились, несколько раз роняли стулья, и слышен был звон разбитой посуды. С вечера на улице долго бурлил дядя Наркис, и происходило это около окон спальни. Затем гости начали уезжать. Звенели бубенчики и колокольчики под окнами, ржали лошади, продрогшие на морозе. Кто-то, очевидно из проигравшихся, кричал:

– Это не свадьба, а, с позволения сказать, разбойничий притон! Так только у разбойников грабят! Да-с…

Новобрачные успокоились только под утро и проснулись поздно. Первым проснулся Флегонт, взглянул на часы и увидал, что двенадцатый час. В соседней комнате слышались шаги. Молодая еще спала. Взор Флегонта упал на окованный железом сундук, и у Флегонта мелькнула мысль посмотреть, там ли процентные билеты, про которые Елена Парамоновна вчера говорила, что положила их туда. Он тотчас же стал тихо одеваться, надел туфли, накинул халат и подошел к сундуку, но сундук был заперт. Флегонт тотчас же начал искать ключ, слазил в карман капота Елены Парамоновны, пошарил на туалетном столе, но ключа не было.

«Наверное, он у нее под подушкой», – подумал он и, подойдя к кровати, стал осторожно засовывать руку под подушку Елены Парамоновны, стараясь ее не разбудить, но Елена Парамоновна тотчас же проснулась, открыла глаза и заговорила:

– Боже мой, вы уж встали… А я-то… Что вы там делаете? Что вы там шарите? – спросила она.

– А я, милушка, ключик ищу от сундука. Хочется вынуть наши билеты и записать их номера.

– Оставьте, пожалуйста! – вскрикнула Елена Парамоновна, и лицо ее быстро омрачилось. – Что это, в самом деле, вы ни о чем, кроме денег, ни разговаривать, ни думать не можете! Целы наши деньги, все целы…

Флегонт несколько опешил от такого тона.

– Да я, собственно, чтобы записать номера… – проговорил он. – А то, храни Бог, пропадут или как-нибудь утеряем…

– Все это сделаем, но нельзя же сразу, только глаза продравши… Который час? – спросила молодая и, получив ответ, прибавила: – Ну, вот видите, как мы проспали! Надо пить кофей… Наши старики уже, поди, напились давно. Скажите, чтобы Федосья самовар поставила.

Флегонт пошел к двери, но Елена Парамоновна окликнула его.

– Подойдите-ка, впрочем, сначала ко мне, – сказала она, и, когда он подошел к кровати, она обхватила его за шею и, притянув к себе, прибавила: – Милый! Ведь как я люблю-то вас! А вы… Вы деньги больше любите, чем меня.

– Нам без денег, Лелечка, быть невозможно. Без денег в люди не выйти, – проговорил он. – А в люди не выйти, так уж какая же тут любовь!

Он пошел заказывать самовар, но самовар уже кипел в кухне, и Федосья ждала пробуждения молодых, чтобы подать его. В доме были все на ногах. Повар Барабаев в белой куртке, переднике и берете стряпал у плиты, а гармонист Кузькин помогал ему.

– Обед вам стряпаю на прощанье, – сказал повар Флегонту. – Пообедаем вместе, да мне и товарищу и ко дворам пора. Поедем к себе в Кувалдино. Суп-биск вам делаю, судак с голландским соусом и бефстроганов. Это ли не обед! Графам кушать, а я шестерок буду кормить.

Флегонт поблагодарил за обед. А повар сообщил ему, что вчера семьдесят восемь рублей в стукалку выиграл.

– Да что ты! – удивился Флегонт.

– Всех, всех намазал. Волостного вашего до копеечки, – похвастался повар. – Да больше бы еще выиграл, но Кутейкин псаломщик восемь рублей не отдал. Схватил свои деньги и убежал. Лавочник тоже напился пьян и не рассчитался. Ну да довольно и того, что я взял.

Через четверть часа молодые сидели в чистой божнице за самоваром и пили кофей. Молодая была в белом капоте и кружевной косынке на голове, молодой – в синем драповом халате с желтой шелковой оторочкой. Явились дружки Селедкин и Скобцов и принесли по ситному пирогу вместо хлеба-соли. У Селедкина был пирог с брусникой, а у Скобцова – с творогом.

– Были бы в Москве, так что-нибудь получше бы поднесли, а уж здесь – извините, – сказал Селедкин.

Скобцов отвел Флегонта в сторону и просил опохмелить его.

– Страсть как башка трещит после вчерашнего.

Елена Парамоновна тайком