Я всхлипываю, почти неслышно. Теринн не смотрит на меня.

— Рорк, извлеки пули и зашей раны, — приказывает он ИИ. — Запусти процесс детоксикации. Подготовь переливание крови.

— Выполняю, Теринн.

С потолка спускается больше манипуляторов, какие-то с тампонами, какие-то с иглами, работа идёт. Тело Рэя облепляют датчиками, в воздухе повисает голограмма с показателями.

— Кстати, Теринн, угроза вторжения ликвидирована.

Теринн резко поднимает голову.

— Что?!

Он уже делает шаг к выходу, когда дверь медблока распахивается.

И я едва не оседаю на пол.

Входит Альтор. Весь в крови. Костюм местами изорван в клочья. На лице — злость, тревога и ещё что-то, от чего у меня по коже бегут мурашки.

Первой он замечает меня и даже не смотрит на отца. Направляется прямо ко мне.

— Куколка, что ты здесь делаешь? — спрашивает обеспокоенно. — Что случилось?

— На производство напали… — выдавливаю я и киваю на Рэйдена. Альтор видит друга и бледнеет.

— А ты во что снова влип? — спрашивает Теринн ледяным тоном.

Альтор фыркает.

— О, мой отец решил поинтересоваться мной? — язвительно спрашивает он. — Пришлось отключить твою систему безопасности, которая приняла меня за врага! Может, не стоило записывать сына в чёрный список?

— Я этого не делал, — глухо отвечает Теринн. — Наверное, система тебя не признала из-за крови. Так во что. Ты. Ввязался. Сын?

— Земляне пытались уничтожить меня, — выговаривает Альтор, смотрит на манипуляторы, которые трудятся над телом Рэйдена.

— Значит, это не твоя кровь, — с едва заметным облегчением выдыхает его отец.

— Не моя, — коротко отвечает Альтор.

— Тебе нужна помощь? — спрашивает Теринн.

— Помоюсь и переоденусь. Больше ничего не нужно, — отвечает Альтор так, будто весь вылечился силой характера.

— Было бы лучше, если бы ты перестал строить из себя независимого и остался тут, пока твой аланир не поправится, — недовольно цедит Теринн.

— Посмотрим, — шипит Альтор.

Отец втыкает в него взгляд, который в любом другом существе вызвал бы инфаркт. А я глубоко вдыхаю, уже понимая, что отношения между отцом и сыном не ладятся.

— Нам нужно продолжить работу с роботами, — говорю тихо. — Они наверняка скрывают в себе что-то, что Кобальт хочет уничтожить. Если мы это найдём, то получим шанс… на безопасность. Для всех нас.

Теринн вдруг поворачивается ко мне полностью. Его глаза сверкают.

— С этого момента, — медленно произносит он, — поподробнее.

25. Дешифровка Ки

Алина

— Состояние пациента стабилизировано, — сообщает Рорк.

— Альтор, помоги, — бросает Теринн. — Нужно переложить твоего аларина на платформу восстановления.

Они вместе с Альтором перегружают Рэя на медицинскую койку у стены. Из потолка опускаются новые манипуляторы, ставят капельницы и приклеивают датчики.

— Восстановление пациента займёт предположительно десять часов, — рапортует ИИ.

Мне хочется расплакаться от облегчения, но я не позволяю себе эмоции. Пока нет.

— Что с роботами? — Теринн кивает на моих питомцев.

Я втягиваю воздух.

— Я выявила в них неисправности. — Я рассказываю всё с начала.

Теринн смотрит с настоящим вниманием и, когда я завершаю рассказ, выдыхает сквозь сжатые губы.

— В моей лаборатории есть всё, что нужно, — произносит он сосредоточенно. — Я занимаюсь медицинскими роботами, но принципиально архитектура у них общая. Пойдём.

Я жестом зову роботов с собой, и мы покидаем медблок.

Лаборатория Теринна — огромный зал, будто высеченный в самом сердце кристальной горы. Где-то наверху гудят энергетические струи. По центру — два диагностических стола. Питание к ним идёт через кристаллические каналы.

Теринн активирует панели на диагностическом столе, протягивает провода к Орфею и Ки. На голограммах вспыхивают диаграммы и схемы. Для модулей памяти Ки он сразу запускает процесс дешифрации.

— Так… — произносит он. — У твоих друзей серьёзные повреждения. У малышки — сектора с преднамеренной криптозащитой. Это не заводской шифр. А вот у второго…

Он хмурится. Я холодею.

— Прошивка изменена не дилетантом. Это инженерный уровень. Вернуть систему невозможно.

Орфей фыркнул бы, если бы мог. Я кусаю губу.

— И как же… починить Орфея? — спрашиваю дрожащим голосом.

Теринн поворачивает голову, глаза холодные, но в них появляется азарт. Он достаёт коммуникатор, совершает вызов.

— Привет, дружище Зиндар. Давненько не слышались. Слушай, у тебя на свалке случаем не завалялись останки робота серии OR1500-LX? — Теринн ждёт, ответа, а я затаиваю дыхание и скрещиваю пальцы. — О, отлично. Именно голову и торс я и ищу. Привезёшь? Жду.

Он поворачивается ко мне.

— Через пару часов у нас будет образец робота, из которого…

— Можно будет сделать дистрибутив прошивки, — догадываюсь я, — и ядро располагается в голове и груди, соединённое шиной.

— Какая ты умница, — довольно произносит Теринн, просматривая логи дешифрации Ки. — Альтор не ошибся, взяв тебя в жёны.

— Я всё ещё тут, — бурчит мой муж из-за спины. — И планы у нас на Алину куда больше, чем просто на Шарин.

Теринн поднимает голову от экрана.

— Ты говоришь про ритуал? — спрашивает он.

— Как только Алина будет готова, — отвечает Альтор.

Я перестаю понимать, о чём они и настораживаюсь.

— К чему? — я смотрю на него с недоверием.

Он не выглядит виноватым, как человек, который что-то скрыл. Напротив, взгляд у Альтора уверенный и тёплый. Он собирается мне ответить, но его прерывает сигнал диагностического стола.

— Доступ к закрытым секторам открыт, — сообщает Рорк. — Обнаружены нестандартные архивы. Метаданные помечены как оперативные.

Теринн резко выпрямляется.

— Ну давай посмотрим, что там за архивы, — произносит Теринн и выводит на голоэкран содержимое зашифрованных секторов.

Архив открывается, и на диске обнаруживается файл с названием «Операция: День насекомых». Я холодею. Это было скрыто. Что за грязный секрет мы только что откопали?