«Если не поверят, пусть пеняют на себя… — решил я. — Я обязан предупредить людей, и я, видит Арахмана, Дева Воды, предупрежу их. А если Паламан, Сухой Мудрец и Зоркий Слепец, не дал этим людям ума, то кто я такой, чтобы пытаться до них достучаться?».

Так, успокаивая себя, я постепенно нагонял перехана Меоли, которая хоть и неплохо держалась в седле, но всё же побаивалась темноты и осторожничала.

Глупая. Переханы видят в ночи не хуже, чем я с амулетом ночного зрения. Они не споткнутся в темноте. И не пойдут туда, где увидят опасность. Обогнут любое препятствие. А если отпустить вожжи, то умные животные двинутся прямиком туда, где почуют воду.

За что их и любят в Вечных Песках.

В мягких широких боках у переханов хранится вода. И хватит её, как минимум, на десидолю — так здесь называют местный месяц протяжённостью в сорок суток. А в огромный желудок перехана вмещается столько еды, что переваривать он её будет дней десять. Да и широкие ступни у этих животных очень удобные: ступают по песку, будто по твёрдой земле.

Спят переханы на ходу. Шагать без остановки могут несколько дней. Едят всё, что растёт среди дюн. На себе могут унести или трёх взрослых человек, или одного с большой поклажей. А что выглядят, как карикатура на травоядных… Ну так вам красоваться или ехать?

— Очень медленно! — поравнявшись с Меоли, пожурил я её.

— У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло! Ну кто так делает⁈ — возмутилась пленница.

Я не стал отвечать этой нахальной девице. Смерил её взглядом и поддал перехану в бока пятками.

— Это же были гухулы? — спросила Меоли у моей спины. — Гухулы же?

— Гухулы, — не стал скрывать я.

— А почему ты жив? Как ты их победил? — продолжала сыпать вопросами девушка.

— Я их не победил. Они там, на месте нашего лагеря, — ответил я, указывая назад.

В темноте ночи был хорошо виден наш костёр и тёмные тени, которые его местами заслоняли. И одна из теней уже вовсю прыгала на углях, пытаясь их затушить.

— Они будут гнаться за нами? — в голосе Меоли прозвучали панические нотки, и она тут же начала меня догонять. — Будут? Да?

— Будут, — ответил я. — Но сильно спешить не будут. Мы слишком далеко.

— Откуда ты всё это знаешь? — спросила Меоли, и будто я мог её не понять, добавила: — Про гухулов.

— Просто знаю, — больше не желая разговаривать, буркнул я.

— Нет, ты скажи! Откуда ты про гухулов так много знаешь? Их не видели уже сотни лет! — сверкая глазами, не отставала девушка.

— Их видели. Во время Долгой Осады, — отрезал я.

— Ты участвовал в Долгой Осаде? — удивилась Меоли, даже на секунду притомозив.

— Да… — мой короткий ответ заставил девушку задуматься и замолчать.

А я задумался о том, что делать ночью. Как добраться до Золотой Воды? Останавливаться нельзя, придётся ехать до рассвета. Но здесь, в глубине Вечных Песков, лучше не совершать такие ночные переходы.

Сухой воздух днём мгновенно раскаляется под солнцем, а в темноте — быстро остывает. Ночь в пустыне — это время большого холода. Он сковывает пальцы, щиплет пятки и забирается под одежду. Лучше проводить ночи рядом с костром, ещё и под тёплым одеялом.

Увы! Гухулы отменили нашу ночёвку. Придётся ехать вперёд, чтобы они меня и Меоли не настигли. А ещё придётся терпеть холод, сидя на спинах переханов. А это не самое лёгкое испытание для таких, как моя пленница.

— И всё-таки ты из знатного рода! — вдруг влез в мои мысли звонкий голос Меоли.

— Да что ж ты никак не угомонишься! — не выдержав, возмутился я. — На этот раз ты почему так решила?

— Мне дя… Один знакомый говорил, что в Долгой Осаде сражались величайшие и благороднейшие люди! Он, кстати, тоже защищал Кечун! — гордо поделилась девушка, чуть не проболтавшись, видимо, о чём-то важном. — А раз так, выходит, ты благородный!

— Ты ошибаешься, — коротко ответил я.

— Ты считаешь, что мой… Знакомый — лжец? Берегись! Как бы он не узнал! За клевету он языки наглецам отрезает! — не на шутку возмутилась Меоли.

«Ну точно она из благородных. Да ещё из рода, что обосновался в Междуречье… — догадался я. — Только у них настолько больное самолюбие».

А вслух сказал совсем другое:

— Твой дя-Знакомый не врал. Но иногда… Иногда правда не совсем такая, как её видят окружающие. Когда ты день за днём встаешь и идёшь сражаться, когда каждый день может стать последним, а таких дней проходит много-много, ты начинаешь считать людей, которые сражались рядом с тобой, лучшими из всех.

На миг я замолчал, загоняя воспоминания обратно. Перед глазами вставали лица тех, кто не сумел пережить нашествие тварей на на злосчастный город Кечун.

— Когда твоя жизнь зависит от соратников, ты поневоле начинаешь видеть в них лучших и благороднейших людей. Даже если большая часть из них — последние деревенские увальни, чудом пережившие первые штурмы! — я повернулся к девушке и добавил: — Долгая Осада была совсем не такой, как о ней поют в песнях. А теперь помолчи… Мне нужны мои уши, чтобы слушать Вечные Пески. И тишина, чтобы различить то, что спасёт нам жизнь.

— А… А мы так и будем ехать без света? — жалобно спросила Меоли.

— Когда станет совсем холодно, я разожгу греющий фонарь, — успокоил я её. — Но пока мы просто едем… Придётся провести в дороге всю ночь. Но утром мы доберёмся до Золотой Воды.

Вечные Пески… Я — тот, кто немного помнит свою прошлую жизнь. Поэтому вижу всё иначе. В том числе, то, что местные люди не замечают за пологом обыденности.

Вечные Пески не могли породить человечество. Слишком скуден этот мир. Слишком пуст, чтобы здесь появился человек. Когда-то этот мир, вероятно, был другим. Совсем другим. Здесь, я уверен, было много воды, и всё вокруг покрывала растительность. Но потом что-то изменилось.

Пески наступали, захватывая всё больше земли. И одинокие островки запустения превратились в целый мировой океан песка. И теперь, наоборот, земли, где может обитать человек, стали в нём островками, на которых теплится жизнь.

Конечно, и здешние люди не лишены любопытства. Когда-то исследователи уходили на тысячи километров от Междуречья, чтобы найти новые земли, пригодные для обитания. Они доходили до Большой Солёной Воды, они плутали между высоких скал… Но всё, что им удалось найти — Дальние Источники. Такую же землю, как наша, где пусть и с трудом, но можно добыть воду.

И эти Дальние Источники так далеко, что сообщение