Назар, не скрывая боли в глазах, наблюдает за представленной его взору картиной. Стас переводит взгляд с дочери на Назара и поджимает губы. Он прекрасно понимает, что так будет не всегда. Но он любит нашу девочку как свою, упрекнуть его тут нельзя. Со временем всё обязательно встанет на свои места. Просто не сейчас.

Пашка вызывается помочь Назару довезти его до уборной, и Сенька тоже предлагает свою помощь. Мишка не слезает с Трис, а Маруся с рук отца.

Почти идиллия.

В зал возвращается Ксюша с конвертом в руках. Не видела, когда она уходила. Но вернулась она с красными глазами, полными слёз. Подскакиваю со стула и спешу к подруге.

— Ксюш, что случилось?

Она всхлипывает и вытирает слёзы левой рукой. Правая — в которой зажат белый конверт — дрожит.

— Плохие новости?

Ксюша оглядывает зал и, не найдя того, кого искала, спрашивает:

— Где Назар? Это адресовано ему. — Протягивает мне распечатанный конверт. — Это от отца.

Виктория Степановна, услышав имя супруга, тут же подрывается к нам, вырывает письмо из рук дочери и пытается разорвать его.

— Мам, ты чего? — Ксюша забирает конверт обратно. — Он вправе знать правду.

— Нет! — повышает голос свекровь. — Не смей отнимать у меня ещё и сына! Саша бы не хотел этого!

— Но он сделал это, мам. Он оставил нам завещание и эти документы, — Ксюша тоже повышает голос и трясёт конвертом.

— Назар не выдержит ещё и этого, — опустив плечи, произносит Виктория Степановна.

Никто не замечает, что Назар уже вернулся и пытается понять, по какой причине спорят мать с сестрой.

— Что я не выдержу? — наконец задаёт вопрос, когда свекровь уже опустилась на стул и закрыла лицо руками.

— Прости, мама. Но Назар должен знать правду, — с этими словами Ксюша передаёт бумаги брату.

Словно в кино все, кроме Трис и Стаса, занявших детей, молча наблюдают, как напряжение накаливает пространство, а Назар не спеша пробегается глазами по записям, после чего складывает бумаги пополам и возвращает их в конверт.

Я не смею первой задать вопрос, понимая, что, если он захочет поделиться с нами, он сам всё расскажет.

— Отец поделил активы между всеми детьми, включая меня, внебрачного сына, — безэмоциональным голосом произносит Назар, и мы все в немом шоке смотрим на него.

Что значит внебрачный сын?

— Ты не должен был этого узнать, — тихо произносит Виктория Степановна. — Мы же с Сашей всё решили.

Скулы Назара напрягаются, губы, сжатые в тонкую линию, демонстрируют его явное отношение к словам матери.

Кончики пальцев покалывает от желания подойти и обнять мужчину.

— Ты знала, кто она… — запинается, — моя биологическая мать?

— Нет, — качает головой. — Я её не видела никогда. — отвечает глухо и с явным нежеланием. — Она оставила тебя в доме малютки с именем твоего отца. С ним связались, и он забрал тебя. Скорее всего, ты не помнишь, но почти до пяти лет ты жил с родителями Саши. Я не была готова воспитывать чужого ребенка. — Взглядом, полным сожаления, смотрит на Назара, но продолжает: — Но, когда родился Стас, мы решили забрать тебя. — Женщина подходит к Назару и опускается перед ним на колени, обхватив кулак сына своими ладонями. — Все годы я была тебе матерью, возможно, неидеальной. Но я так сильно любила твоего отца, что не смела ему перечить. Мы не отказывались от тебя, мы защищали тебя. Наш мальчик, ты такой импульсивный, взрывной, своевольный. Ты всегда всем шёл наперекор, отстаивал свою правду. А ещё ты был потерян. Ты хотел найти свой путь. Мы это знали. Твой отец желал тебе лучшего будущего. Не держи на него обиды. И знай, ты мой сын, Назар, даже если и не по крови.

Назар накрывает второй рукой ладонь матери поглаживая, принимая её откровения.

— Я устал, мам. Бороться за семью в первую очередь. Поэтому не жди, что я буду тебе идеальным сыном. Для этой роли я точно не подойду.

— Сынок… — хочет сказать что-то ещё, но Назар качает головой, прося её остановиться.

— Я устал, правда. Лиз, — ловит мой взгляд, — проводишь меня до гостевой комнаты?

— Конечно, — вскакиваю со своего места, и оборачиваюсь в поисках Маруси.

Дети всё это время, не обращая внимания на развернувшуюся драму, в компании Трис и Стаса в дальнем углу зала продолжают собирать башню из лего. Сестра сжимает мою руку и произносит одними губами: “Иди”.

В спальне Назар просит меня помочь ему переместиться в постель. Если честно, моей помощи не требуется. Я лишь поддерживаю его, когда он встаёт с кресла. В остальном он прекрасно справляется сам. Делает один шаг и немного неуклюже заваливается на постель.

— Полежи со мной немного, — произносит слегка хриплым голосом, от которого у меня по коже разбегаются мурашки и волны тепла разливаются по всему телу. До самых пальчиков на ногах. Невероятные ощущения трепета и любви.

— Ладно, — соглашаюсь и забираюсь на широкую кровать с бежевым кожаным изголовьем, ложась на спину рядом с Назаром.

Свет в комнате приглушён до минимума.

Наши плечи соприкасаются, наши локти касаются друг друга, наши пальцы переплетаются. Мы снова невинно лежим на одной постели. Мы оба одеты, и мы не делаем ничего, за что можно было бы обвинить нас в непристойности. Слышу его размеренное дыхание и аромат его тела. Не в силах повернуть голову, так и лежу, смотря в тёмный потолок. Чувствую его теплое дыхание, он повернул голову и смотрит на меня. Щёку покалывает от его взгляда.

— Посмотри на меня, — просит сипло, и я поворачиваю голову, встречаясь с горящим блеском его аквамариновых глаз. — Я люблю тебя, Лиза.

Внутри образуется ураган эмоций, который я не в силах удержать в себе. Слёзы счастья собираются в уголках глаз. Тону в водовороте чувств к этому мужчине. Всегда был только он.

Назар обхватывает мою шею и притягивает меня к себе. Его теплое дыхание почти касается моих губ.

— Всегда любил, — шепчет так тихо, но я слышу и прикрываю глаза, не в силах выдержать пронизывающего мужского взгляда.

Он словно проникает вглубь меня. Но даже с закрытыми глазами я знаю, что продолжает смотреть на меня, а я просто пытаюсь выровнять учащенное дыхание и разбушевавшийся пульс. Чувствую себя полем после жаркого лета, а его признание словно проливной дождь, насыщающий иссохшие земли. Долгожданная вода в сезон засухи.

Назар не ждёт от меня никах слов, а просто невероятно трепетно прихватывает своими губами мою нижнюю губу. Касания такие лёгкие, словно он боится спугнуть меня своими чувствами. Приоткрываю губы, позволяя ему